уход?
Я проснулась в незнакомой комнате и попыталась сесть.
— Не стоит так напрягаться, — сказала акула, стоявшая рядом.
— Ой, акула, тебя я ещё не спрашивала, — ответила я, скрестив руки.
— Где я? — спросила я.
— В Акацуки, — ответил он, закатив глаза.
Я огляделась и почувствовала знакомый запах, как у Конан.
— Здесь живёт Конан? — спросила я, вставая. Но акула подошла и осторожно уложила меня обратно.
— Не стоит, говорю же, — сказал он, — да, она живёт здесь, и можно задать вопрос.
— Валяй, рыба, — ответила я.
Он снова закатил глаза и спросил:
— Кто тебе Конан?
— А зачем тебе это?
— Она так за тебя переживала, я не думаю, что ты ей подруга.
— Всё возможно. А теперь будь добр, позови мне её.
Он кивнул и ушёл, а через пару минут пришла Конан и села рядом.
— Как ты? — спросила она.
— Пойдёт.
— Ти, прошу, дай мне всё исправить.
— В каком смысле?
— Останься пока у нас, мне будет так спокойнее.
— Нет, я уже говорила тебе это, так что всё.
— Ну пожалуйста, я переживаю за тебя.
— Да ну.
Конан опустила взгляд в пол, и в комнату зашёл Пейн.
— Тебе чего? — спросила я.
— Общайся нормально.
— Сейчас ты не достоин, чтобы я разговаривала с тобой нормально.
— Ти будет у нас, — сказала Конан.
— Нет! — сказали мы в один голос с ним.
— Вот в коем-то веке я согласна с рыжим, — сказала я, скрестив руки на груди.
— Ага, стоп, я не рыжий, то есть я рыжий, но не настолько, чтобы меня какая-то мелкая звала рыжим, — ответил он.
— Вам придётся с этим смириться.
— Не придётся, и да, я сейчас приду, — сказала Конан, удаляясь.
— Ага, кто тебя послушает? — сказала я и начала вставать.
— Не стоит, — сказал Пейн, облокотившись на стену. Но я не слушала его и пошла на выход, но начала падать. Пейн поймал меня.
— Я, конечно, всё понимаю, мы не ладим, но сейчас ты слаба, и не спорь со мной, — сказал он, укладывая меня на кровать и накрывая одеялом.
— Эх, всё равно сбегу, — сказала я, отвернувшись на другой бок.
— Не получится.
— Ты сомневаешься в моих способностях?
— Нет, ни капли не думаю, что ты все силы показала в битве с Данзо.
— Действительно.
— Оо, вы уже разговариваете нормально, — сказала Конан, входя в комнату.
— Тебе психушку вызвать? — спросила я. На что Конан рассмеялась и подала мне таблетку.
— Че, отровить меня решила?
— Если бы захотела, давно бы это сделала.
— Не не сможешь, — сказала я и прикрыла глаза.
— Ты же собралась уходить, а как ты уйдешь, если ты слаба?
Я посмотрела на неё с презрением и выпила таблетку, а потом прикрыла глаза. Вскоре мне полегчало, но я не могла уйти, сестра наблюдала за мной. Так прошло три месяца. Я всё время ругалась с Пейном, но с другими было всё хорошо.
— Слушай, он доведет меня, я уйду, — сказала я.
— Да ты уже уходишь три месяца и не можешь, — ответила она.
— Окей.
Я пошла в комнату, дождалась ночи, натянула катаны и вышла через двери.
— Ты куда? — спросил Кисамэ.
— Ухожу.
— Тебя слова главного задели, так забей.
— Я тут по ошибке, так что ты меня не видел, и я тебя тоже.
— А если я видел и я расскажу?
— К тому времени я уже уйду далеко.
— Это ещё почему?
— Не думаю, что ты быстро очнёшься от этого.
Я резко оказалась за спиной Кисамэ, вырубила его и ушла.