22.
Жар от мангала не сравнить с тем, что творилось у меня внутри, когда я перевёл взгляд на неё. Милена лежала на лежаке, будто сошла с чёртовой обложки журнала. Эти её волосы — светлые, тёплые, раскиданные по поверхности так небрежно, как будто ветер сам решил нарисовать идеальную картину. А этот бордовый купальник… да, чёрт, он просто убивал. Плотно облегал её фигуру, подчёркивая всё: грудь, которая так идеально ложилась под ткань, тонкую талию, плоский живот и… ну а уж про попу вообще молчу — будто у скульптора руки чесались вырезать нечто совершенное.
Я залип. Прямо вот жёстко. Минуты две не мог оторваться, пока не услышал:
— Макс, ты чё застыл? — Это был Егор. Его тон уже был не просто любопытный, а… как будто чуть-чуть напряжённый.
Я перевёл взгляд, на автомате выпрямился.
— А? Что? — сделал вид, будто просто задумался.
— Я спрашиваю, — продолжил он, прищурив глаза, — ты там чё, на мою сестру залипаешь? Может, расскажешь уже, чё между вами?
Саня с Асланом, конечно, сразу уши навострили. Типа, вот оно, щас будет мясо. А у меня в голове прокрутилось сразу сто вариантов, как ответить. Но в итоге я просто выдохнул и сказал спокойно:
— Ну… встречаемся мы.
Егор приподнял бровь. Секунду молчал, а потом кивнул, немного расслабился:
— А она знает, что вы встречаетесь? Или только ты пока в курсе?
Я хмыкнул.
— Она первая мне это сказала. Я тоже не сразу понял, что влип по уши. Но теперь, когда понял, отпускать точно не собираюсь.
Он посмотрел на меня чуть дольше, чем хотелось бы, а потом ухмыльнулся:
— Ну смотри. Милена у меня одна, если обидишь — я тебя в этом же мангале и запеку.
— Принято, — кивнул я. — Но, честно, братан… я смотрю на неё и понимаю, какая же она у меня охрененная. Не просто красивая, не просто умная — а вообще… вот она и всё. Остальное как-то потускнело. Мне просто везёт быть рядом.
Егор кивнул одобрительно и вернулся к мясу, а я снова взглянул на неё. Лежит, глаза закрыты, лицо спокойное. Солнечные лучи скользят по её коже, как будто сами не могут налюбоваться. И в этот момент меня реально накрыло — вот она, моя девушка. Моя Милена. Самая офигенная. И с каждым часом мне в это всё труднее поверить.
***
На улице уже повисал вечерний сумрак, небо темнело, окрашиваясь в глубокий синий оттенок, а воздух стал чуть прохладнее после жаркого дня. Где-то вдалеке стрекотали кузнечики, и запах жареного мяса висел в воздухе густым ароматом лета. Мы с девочками — Соней и Яной — давно уже переоделись. Я надела свои любимые джинсовые шорты и простую белую майку на бретельках, волосы собрала в высокий хвост, чтобы не мешали, а на губах снова была бордовая помада. Приятно ощущать сухую одежду после воды, а ещё — тепло, исходящее от костра.
Парни позвали нас сесть поближе, мол, маршмеллоу на подходе, да и шашлык уже готов. Мы устроились в круг у костра, каждый взял свою порцию и вилку или шампур. Слышался смех, хруст костра, переговаривающиеся голоса. Я села на бревно ближе к краю, бросила взгляд на Макса — он стоял чуть поодаль, говорил по телефону. Что-то быстро, внятно, деловито. Всё же в нём была эта уверенность, от которой внутри становилось спокойно.
Когда он закончил, он направился ко мне. Я почувствовала, как сердце немного учащённо застучало — будто в первый раз вижу его. Макс сел рядом, кинул на меня взгляд — тёплый, спокойный, немного хитроватый, как всегда. В одной руке у него был шампур с мясом, в другой — банка колы. Мы начали есть, переглядываясь, и я чуть не рассмеялась, когда он выдал:
— Ты заметила, что у меня шашлык получается лучше, чем у Егора? — и подмигнул.
— Ну да, ты у нас теперь шеф-повар? — фыркнула я, прикусив кусочек.
Он усмехнулся, а потом подал мне шампур с маршмеллоу:
— На, держи. Только не поджарь до угольков, как в прошлый раз.
— Это была творческая задумка, — парировала я, а он только покачал головой и протянул мне зажигалку.
Маршмеллоу начали медленно таять над пламенем, становясь золотистыми, почти карамельными. Я наблюдала за игрой огня, и в этот момент Макс обнял меня одной рукой за плечи. Плавно, без резких движений. Я сразу как-то машинально прислонилась к нему, уткнувшись в его плечо. От него пахло чем-то свежим — может, мятной жвачкой и чуть-чуть дымом от костра. Он тихо спросил:
— Удобно?
— Очень, — прошептала я и чуть улыбнулась.
Разговор постепенно перешёл к съёмкам. Соня первой завела тему:
— Кстати, а что у нас там по графику на следующую неделю?
Макс ответил, не отпуская меня:
— В понедельник — пробные кадры. Потом на площадке будут строить декорации, и где-то со среды можно начинать снимать. Главное — всё без суеты.
— А ты снимать будешь? — спросила я, приподнимая голову и смотря на него снизу вверх.
— Обязательно, — кивнул он. — А ещё ты у меня будешь самой красивой девочкой в кадре.
— Даже если просто буду стоять в кадре и есть маршмеллоу?
— Особенно тогда, — рассмеялся он, и я почувствовала, как его грудь чуть дрожит от смеха.
В тот момент я подумала — пусть это лето никогда не кончается. Костёр трещал, звёзды начинали проступать на небе, а я сидела под рукой любимого человека, ела горячий зефир и знала, что меня любят и берегут.
Ночь легла на наш маленький лагерь, обволакивая всё тёплой темнотой и убаюкивающим звуком стрекочущих насекомых и далёких всплесков реки. Костёр догорал, и мы, переглянувшись, стали по одному расходиться по домикам. День был насыщенный, и в теле уже чувствовалась приятная усталость, но внутри, наоборот, всё будто пульсировало от тепла, эмоций и его прикосновений.
Как только мы с Максом зашли внутрь нашего домика, дверь за нами щёлкнула, и не прошло и пары секунд, как он резко, но аккуратно, прижал меня к стене. Его ладони легли по бокам моего лица, тёплые и уверенные. Его глаза в темноте блестели, как два огня, и голос прозвучал чуть хрипловато, сдержанно, будто он весь день держал это в себе:
— Знала бы ты, как я сегодня сдерживался… — он склонился ближе, и я чувствовала, как его дыхание обжигает мою кожу. — Ты в этом купальнике… на солнце, с распущенными волосами… я с ума сходил. Только мысль, что рядом Егор, хоть как-то сдерживала.
Я улыбнулась, а сердце застучало в груди громко, как барабан. Макс не стал ждать — его губы коснулись моих, сначала мягко, пробуя, будто спрашивая разрешение, а потом крепче, увереннее. Я сразу ответила, обвив руками его шею, прижимаясь ближе. В этом поцелуе было всё: желание, нежность, накопившаяся за день жажда чувств. Его руки скользнули по моим бокам, а одна из них сжала мою талию так, будто он боялся отпустить.
Когда мы отстранились, тяжело дыша, я посмотрела на него. Свет из окна был тусклым, почти не освещал комнату, но мне хватало того, как блестят его глаза, как очерченны его скулы, как на губах осталась моя помада. Я провела пальцами по его щеке и чуть улыбнулась:
— А пойдём… покупаемся?
Он чуть прищурился, на лице появилась дерзкая ухмылка.
— С тобой хоть на край света, — прошептал он и провёл пальцем по моим ключицам, — только скажи слово.
Я чмокнула его в щёку, тая внутри от того, как он на меня смотрел, и прошептала:
— Сейчас только переоденусь.
Схватила с кровати свой купальник, он всё ещё был тёплым после дневного солнца, и прошла в ванную. За мной закрылась дверь, и я, глядя в зеркало, не могла сдержать улыбку. На щеках — румянец, на губах след от его поцелуя, а внутри — то самое щемящее и трепетное ощущение, когда ты знаешь: он — твой.
Мы с Максом шли по узкой тропке, ведущей к реке, босиком, освещённые только светом луны. На мне был мой бордовый купальник, волосы всё так же собраны в небрежный пучок, кожа ещё хранила тепло после дня, а сердце замирало от предвкушения. Макс шёл рядом, уже переодетый в плавательные шорты, немного растрёпанный, но такой красивый, как будто создан для этих летних ночей.
Он наклонился к воде, опустил ладонь и тут же резко отдёрнул:
— Блин… она реально холодная. Может ну его, а?
Я рассмеялась, глядя на него с вызовом:
— Ты что, струсил?
— Я? — он приподнял брови и усмехнулся. — Просто не хочу, чтобы моя девушка потом чихала и простыла от такой романтики.
— Ничего со мной не будет, — сказала я и, не сводя с него взгляда, медленно зашла в воду.
Сначала холод слегка кольнул кожу, но стоило чуть-чуть продвинуться вперёд, как тело привыкло. Я шла осторожно, пока вода не коснулась груди. Там и остановилась. Глубже — уже не комфортно. Повернулась, и он стоял на берегу, наблюдая. Несколько секунд — и я увидела, как он уверенно вошёл в воду, а затем, плавно и без шума, подплыл ко мне.
— Вот ты какая, — тихо сказал он, когда оказался рядом, — стоило чуть-чуть поддеть моё эго — и я уже в ледяной воде.
Он смотрел на меня пристально. Лунный свет отбрасывал серебряные блики на его плечи, на лицо, на тёмные мокрые волосы, прилипшие к вискам. Я чувствовала, как вода чуть подрагивает, касаясь кожи, но всё тело горело изнутри — от его взгляда, от этого напряжения между нами.
— А ты... такая красивая сейчас. — Он говорил мягко, низко. — Мокрая. Холодная вода, а ты — будто горячее солнце.
— Макс... — прошептала я, не совсем уверенно, но он уже был близко.
Он вдруг притянул меня к себе за талию, резко, но нежно. Я не думала, просто инстинктивно обвила его торс ногами, прижимаясь ближе. Его руки прошли по моей спине, одна осталась на пояснице, другая — легко скользнула вверх, по плечу, к ключицам. Он проводил пальцами по ним, кругами, будто изучал, будто запоминал.
— Здесь, — сказал он, почти шёпотом, — я люблю твои ключицы. Как будто хрупкие, но на самом деле — стальные.
Макс стоял напротив, его руки крепко обнимали мою талию, а мои ноги всё ещё обвивали его торс. Вода была прохладной, но внутри всё пылало — от его прикосновений, от взгляда, от самого дыхания, которое стало чаще и глубже. Он провёл ладонью по моей спине, по изгибу талии, и наклонился, целуя меня в губы — глубоко, с жадным желанием, в котором было всё: тоска, страсть, любовь.
— Ты такая красивая, — прошептал он мне на ухо, обжигая дыханием, — ты сводишь меня с ума.
Он скользнул губами по моей шее, по ключице, продолжая держать меня крепко в воде. Я чувствовала, как напряжены его мышцы, как дрожит дыхание. В какой-то момент он отстранился совсем немного, чтобы посмотреть в глаза:
— Уверена?
Я только кивнула, не в силах сказать ни слова. Всё внутри сжалось и разжалось от ожидания. Макс придвинулся ближе, и я почувствовала, как он медленно входит в меня. Всё было осторожно, мягко, будто он боялся сделать больно. Я вцепилась в его плечи, зажмурилась от ощущений — это было нежно, но глубоко, медленно, но жадно.
Он не отрывался от моего взгляда, целовал меня снова, всё глубже проникая в моё пространство. Наши тела двигались в унисон, вода вокруг нас колыхалась, отражая мерцание луны. Всё слилось в одно — дыхание, движения, поцелуи, шёпот.
— Я обожаю тебя. Ты моя, — выдохнул он, сжав мою талию крепче, — и всегда будешь моей.
Я прижалась к нему, почти плача от счастья, от этой невероятной близости, от чувства, что я — на своём месте. Его губы снова нашли мои, и всё остальное исчезло.
Только мы. Только это. Только любовь.
На такой нежной, чувственной ноте хочется поставить точку в нашей истории. Спасибо, что были со мной до самого конца — проживали каждую эмоцию, улыбались, переживали, любили вместе с героями.
Если вам понравилось, оставляйте свои отзывы, делитесь впечатлениями и, конечно же, не забывайте: каждая история живёт благодаря вам — читателям.
До новых встреч. ♥
С любовью, ваша Минтекс♡