16.
Утро было тихим и мягким, как будто само солнце решило не спешить с приходом, чтобы не нарушить покой. Лёгкий свет пробивался сквозь шторы, освещая комнату приглушённым тёплым оттенком. Макс спал рядом, уткнувшись носом в подушку, с растрепанными волосами и безмятежным выражением на лице. Он выглядел таким спокойным, что на сердце становилось удивительно тепло.
Я уже проснулась — ещё минут десять назад — и теперь лежала, листая в телефоне TikTok, едва слышно улыбаясь под видео с котами и неудачами на кухне. Время было чуть позже десяти. Мы с Яной договорились встретиться раньше, чтобы вместе дойти до студии — сегодня ведь тот день, когда должны были снимать пранк-ролик на Макса. А значит, надо собираться. Но пока я лежала, прижавшись к подушке, не решаясь нарушить это утреннее спокойствие.
И вдруг я услышала тихий вздох. Потом лёгкое движение простыни — Макс начал просыпаться. Он пошевелился, потянулся, не открывая глаз, и что-то пробормотал в подушку. Я улыбнулась, отложила телефон и повернула голову к нему.
— Оо, доброе утро, — сказала я мягко.
Он приоткрыл один глаз, взглянул на меня, а потом, чуть охрипшим, низким голосом ответил:
— И тебе… родная.
От этого его голоса у меня внутри всё сразу потеплело. Без слов, он медленно переложил голову на мою грудь, обнял меня крепко, как будто я была единственным якорем в его мире. Я обняла его в ответ, прижала к себе, чувствуя, как он всем телом прижимается ближе, цепляется за это утро.
— Ты чего? — спросила я, мягко перебирая пальцами его волосы.
Он не сразу ответил, просто сжал меня чуть сильнее, и только потом, чуть слышно:
— Я соскучился.
Я тихо рассмеялась, коснулась губами его лба:
— Так мы всего одну ночь не виделись.
— Вот именно, — пробормотал он, зарываясь лицом в мою майку. — Одна ночь — это уже много.
Он обвил меня ещё крепче, прижимая к себе так, будто боялся, что я могу исчезнуть. Я погладила его по голове, по мягким волосам, чувствуя, как его дыхание становится ровным, спокойным, как он словно растворяется в этом моменте.
— Котик прям, — прошептала я, не сдержав улыбку.
Он ничего не ответил, просто продолжал держать меня. Его ладони осторожно, но крепко сжимали мою талию, будто проверяя — здесь ли я. И в этих его движениях было что-то большее, чем просто утренние объятия. Там было всё: тепло, привычка, потребность и что-то почти детское, уязвимое.
***
Мы с Максом вышли из квартиры, и я сразу ощутила, как утро резко отличалось от вчерашнего. Вроде и было тепло, но холодный ветер пробегал по коже, заставляя поёжиться. Он дул порывами, играл с волосами, трепал одежду — будто предупреждал, что день будет непростой.
На мне были чёрные джинсовые шорты до колен и чёрная футболка с крупным принтом черепа. Свободная, мягкая, немного заношенная — моя любимая. Я обняла себя за плечи, словно пытаясь согреться, пока Макс шел рядом, немного впереди, направляясь к своей «Ауди». Машина блестела на солнце, будто только с мойки, и я уже знала, что он собирался отвезти меня, как всегда.
Но я его опередила.
— Я с Яной пойду, — сказала я, останавливаясь.
Макс повернулся ко мне, вопрос в глазах.
— Сама?
— Не сама, — я усмехнулась. — С Яной. Мы договорились встретиться раньше, погулять чуть-чуть перед посиделками этими.
Он прищурился, смотрел внимательно, почти серьёзно.
— Точно всё нормально?
Я кивнула, уверенно.
— Всё хорошо. Просто хочется немного пройтись, размяться. Да и у нас с ней свои девчачьи разговоры.
Макс медленно подошёл ближе, не спеша, будто всё ещё сомневался. А потом — будто бы с какой-то внутренней тяжестью — притянул меня к себе. Его руки обвили мою талию, прижали к себе, и я почувствовала, как его подбородок коснулся моей макушки. Я закрыла глаза на секунду, прижалась к его плечу, чувствуя знакомое тепло.
— Я люблю тебя, — сказал он тихо, почти шепотом, и поцеловал в шею. Легко, нежно, но с таким надрывом, будто хотел вложить в этот поцелуй всё, что чувствовал.
Я чуть отпрянула, прикрывая смущение лёгкой усмешкой.
— Так, всё, хватит, — пошутила я, касаясь его щеки и быстро целуя. — Мы всё равно скоро увидимся.
Макс чуть усмехнулся, но глаза его оставались серьёзными. Он отпустил меня, но не сразу.
— Давай, топай, красотка моя, — сказал он с такой теплотой, от которой в груди защемило.
Я кивнула, отвернулась и пошла. Шаг за шагом — легко, непринуждённо, с улыбкой на губах. Ветер всё ещё играл с моими волосами, футболка чуть прилипала к телу. Я шла навстречу Яне, к студии, к тому дню, что должен был быть обычным.
Но всё никак не отпускало это странное чувство в груди.
Словно в ней что-то стянулось. Незаметно, изнутри. Как будто что-то готовилось. Что-то близкое. Что-то, что уже кралось за углом.
И не зря это было. Не зря.
Я уже почти дошла до того места, где мы с Яной договорились встретиться. Оставалось буквально пару минут, я уже видела знакомое здание впереди, и сердце даже немного радостно ускорилось — хотелось пораньше встретиться, попить кофе, поугарать, отвлечься. Но вдруг…
"Тынь."
Тот самый звук. Уведомление.
Как выстрел. Как пощёчина. Как затяжка, от которой подступает тошнота.
В груди мгновенно сжалось. Всё тело отреагировало само — замерло, будто от этого звука уже давно натренировалось ждать беду. Я машинально достала телефон, пальцы будто сами разблокировали экран.
Чат от Матвея.
— Чёрт, — вырвалось у меня полушёпотом. — Только не сейчас… пожалуйста…
Сердце застучало быстрее. Проглотила воздух, смахнула с экрана и открыла чат. Одно сообщение. Простое. Но от него как будто всё внутри пошло под откос.
"Я уже представляю, как твой ухажорчик с брательником будут искать тебя по всему городу, шалава."
Меня будто ударили током.
Что?.. Что он несёт?.. Что за бред?..
Я застыла на месте. Телефон в руке дрожал, ладони вспотели. Что-то не так. Очень не так. По коже побежали мурашки, и вместе с ними — страх. Такой, что дыхание стало рваным, как перед паникой.
Я написала дрожащими пальцами:
— Ты о чём?..
В тот момент ветер усилился, словно мир сам отреагировал на угрозу. И в этом же порыве — я услышала шаги за спиной.
Отрывистые. Быстрые. Неуверенные — как будто кто-то старался не шуметь, но не до конца.
Я начала разворачиваться, но не успела.
Сзади на меня резко налетели.
Рука — крепкая, грубая — зажала мне рот. Я пыталась крикнуть, дернулась, но меня вжимали в себя, как будто в чёрную дыру. Второй рукой мне прижали что-то к лицу — тряпку. Она пахла резко, химически, как больничные палаты или бензин. В нос ударил тяжёлый запах, в глазах заплясали чёрные точки.
Я ничего не видела. Лишь успела заметить мельком — чёрная балаклава. Ни единой черты. Ни одного взгляда. Только тьма.
Я пыталась бороться, ударить, оттолкнуть. Руки не слушались. Всё тело стало ватным. Ноги подкашивались.
Темнело.
Мир ушёл из-под ног.
Звук улицы исчез. Яны не было. Небо над головой померкло. В груди стало пусто.
И всё погасло.
*ЯНА*
Я стояла возле кафешки, чуть переминаясь с ноги на ногу. Ветер трепал мои волосы, а солнце било в лицо, слепило глаза, но мне было уже всё равно. Милены не было. Время шло, мы же договаривались встретиться пораньше, вместе пойти в студию, а её всё не было. Сначала я думала, опаздывает — с кем не бывает, но потом накатило какое-то тревожное чувство. Всё тело напряглось.
Я вытащила телефон, чтобы написать ей — и тут пришло уведомление.
"Тынь."
— Фух… наверное от Милены, — пробормотала я с облегчением и уже нажала на экран. Да, действительно от неё.
Я выдохнула. Почувствовала, как напряжение слегка отпускает. Но это было только на секунду.
Там была вкладка с фото. Не сообщение, не голосовуха, а вложение. Я нажала.И ахренела.
Мир начал качаться. Дыхание сбилось, и руки стали как будто чужими. Телефон едва не выпал.
На фото была Милена. Она сидела на старом стуле. Привязанная. Рот заклеен. Глаза будто полные ужаса, безмолвного крика.
Я непроизвольно сделала шаг назад. По телу пошёл озноб, будто изнутри всё замерло.
Под фото — текст.
"Если хотите спасти эту мелкую шалаву — миллион рублей наличными по адресу **. У вас сутки."
У меня сердце ушло в пятки.
Я не могла поверить. Не хотела верить.
— Нет… Милена… только не ты… — прошептала я, а в голосе было столько отчаяния, что прохожая женщина на секунду обернулась.
Пальцы задрожали. Я сразу же открыла контакты, нашла Егорика и ткнула на звонок. Набиралось слишком долго, каждое гудение будто било по нервам.
— Алло?
— Егор! — почти закричала я, идя быстрым шагом вперёд, уже не чувствуя под собой земли. — Егор, срочно! Звони всем, кого можешь! В студию! Сейчас же! И полицию! Сразу полицию, слышишь?!
— Что случилось?
— Милена у Матвея! Я только что получила фото… она… я не могу!… — у меня перехватило дыхание, голос сорвался. — Он требует миллион… это не шутка, Егор… это не просто угроза… это реально…
Я свернула с дороги, направляясь уже почти бегом в сторону студии. Сердце колотилось как бешеное. Слёзы подступали, но я не имела права на слабость. Милена была в беде. И если я сейчас не сделаю всё, что могу — она может… Нет. Я не позволю. Мы тебя вытащим. Обещаю.