20
- Что ты здесь делаешь? - блондинке потребовалась пара минут, чтобы отойти от первого шока и прийти в себя.
- Могу задать тот же вопрос. Ты должна быть в коттедже с подругами, насколько я помню, - дочь с матерью буравили друг друга взглядами, и выглядело это весьма угрожающе.
- Планы изменились, - спокойно сказала Снежана, - ты ко всем подчиненным заходишь в гости?
- К счастью, нет, - проговорила Горгона и повернулась ко мне, - не хочешь объясниться?
Я пожевала губу, дважды обреченно вздохнула и открыла рот, чтобы сказать хоть что-то, но блондинка меня опередила.
- Я сама все объясню. Мы, - Снежана пальчиком указала на себя и на меня, - вместе. Я ночевала здесь. И буду ночевать еще не раз.
- Что?! - глаза Горгоны были такие огромные, что я удивилась, как они вообще поместились на лице, - ты себя слышишь?! Она же девушка!
- Я это успела отметить, - спокойно сказала Снежана и, прислонившись к стене, начала разглядывать свои ногти со скучающим видом.
- Вы обе девушки! Вы не можете встречаться! - продолжала негодовать Горгона.
- Мама, двадцать первый век уже. Сейчас даже жениться уже можно. И детей рожать.
- Ты... Ты вообще себя слышишь?! Да что тебя ждет с ней?!
- Да ладно! - наконец, не выдержала и блондинка, и направилась в нашу сторону, - мне двадцать пять. Я уже взрослая девочка.
- Она тебе не пара! - продолжала возмущаться Горгона, в ответ наступая на дочь. Было ощущение, будто схлестнулись два урагана.
- Я люблю ее, - пожала плечами блондинка и решительно посмотрела на Ольгу Викторовну.
В этот момент наши лица с Горгоной были, наверное, очень похожи. По крайней мере, удивились мы обе. Только я - приятно. Момент выбран был так себе, конечно, но узнать об этом было просто невероятным удовольствием. Это ведь приятно, когда чувства взаимны.
- Ты... что? Любишь? - женщина сморщилась так, будто ей под нос сунули протухшую капусту.
- Да.
- То есть вы с ней уже... - Горгона растерянно посмотрела на меня. Честно, я боялась, что Ольга Викторовна меня ударит.
- Да, мы уже целуемся, обнимаемся и спим. И под "спим" я имею в виду не просто сон, - быстро проговорила Снежана, - знаю, ты не слишком от этой новости счастлива, но это моя жизнь.
- Встречаетесь, значит, - протянула Горгона после небольшой паузы и холодно усмехнулась, - и насколько у вас честные отношения? Вы же все наверняка друг другу рассказываете?
- Что ты имеешь в виду? - нахмурилась Снежана.
- Ну, она все знает о тебе? Знает, как ты играла с людьми? Знает, как отбивала парней просто из-за веселья? Знает? Любит она ее, видите ли, - хмыкнула женщина.
- Да, - твердо сказала Снежана, - знает.
И это было правдой. Блондинка недели через две после того, как мы окончательно разобрались в том, что происходит между нами, решила рассказать всю свою "подноготную". Ей далось это нелегко, но я поражалась смелости девушки. Так открыто признать и ошибки, и поступки, и все то, что большинство людей посчитало бы неправильным. Она сказала, что ей жаль сейчас, когда она поняла, что это такое - испытывать чувства и эмоции, ощущать потребность в человеке и привязанность. Но тогда ей это было неведомо, поэтому она и не задумывалась особо над тем, что делала и чем руководствовалась.
Надо ли говорить, что я чувствовала себя как уж на сковородке в тот момент. Куда более дерьмово знать, что человек говорит тебе что-то личное, а у тебя внутри такая сточная канава.
- Знает, значит, - задумчиво протянула Горгона, изучающе уставившись на меня. Я неловко кивнула. Готова спорить, мой вид был жалкий. Я знала, что Ольга Викторовна испробует все способы, чтобы Снежана не была со мной. И к сожалению, у нее в рукаве был беспроигрышный козырь. И я была уверена, что она смело воспользуется им, рискнув даже их более-менее наладившимися отношениями.
- А ты? - холодным, если не ледяным голосом спросила Горгона у меня, - ты "облегчила" душу?
Кажется, вот он. Момент истины.
- О чем ты говоришь? - вновь вмешалась Снежана, - знаешь, я понимаю твое негодование, но давай обойдемся без высокопарных высказываний и так далее. Мы вместе, и нравится тебе это или...
- Помолчи, - резко оборвала дочь Ольга Викторовна, - тебя я уже выслушала. Если ты решила быть с... ней, - женщина пренебрежительно кивнула в сторону меня, - это твое дело. Только я платить за это не собираюсь.
- О чем ты говоришь вообще?! - Снежана ничего не понимала в словах Ольги Викторовны, зато я все поняла прекрасно.
- А, так она не говорила? Что ж, думаю, что раз у вас тут любовь, чувства и все такое, для тебя не будет помехой то, что твоя... девушка, - она явно с трудом произнесла это слово, - получила за тебя неплохие "дивиденды".
- Что это значит? О чем она? - блондинка перевела взгляд на меня.
- Я это и хотела тебе сказать, - тихо проговорила я.
- О, так я вовремя. Отлично. Давай, говори. Вы же не против, если я поприсутствую? Думаю, нет, - нагло улыбаясь, Ольга Викторовна опёрлась спиной о стену, - хотя знаешь, я вижу, ты немного растеряна. Наверное, я смущаю? Тогда я помогу. Твоя подруга получила награждение - отличную должность и очень неплохую премию за то, что встречалась с тобой. Свидания, поездки к ее сестре, твоя спонтанная ночевка у нее. Все было оплачено. Ну как, хорошая любовь? Искренняя?
Блондинка молча смотрела на меня, будто пытаясь отыскать в моем затравленном взгляде хоть какое-то объяснение. Наконец, через пару минут угнетающей тишины она спросила:
- О чем она говорит?
- Ну же, Марина, не скромничай. Или скажи, может, это не правда? - Горгона подняла бровь и усмехнулась.
Я смотрела на Снежану и злилась на себя. Что не сказала обо всем раньше. Что не объяснила. И что все это всплыло самым неприглядным образом.
- Правда, - тихо сказала я и глубоко вдохнула, зажмурившись. Не так все должно было быть. Не так.
- Ты... Ты была со мной из-за... денег? - казалось, Снежана абсолютно не замечала присутствия Ольги Викторовны. В любом случае, смотрела она только на меня.
- Нет. То есть не совсем. Черт. Поначалу - да. Я думала, что ты наглая высокомерная выскочка, которая хочет поиграться. К слову, так и было, - напомнила я девушке часть правды, но тут же об этом пожалела, потому что у Снежаны вспыхнули щеки, а глаза сверкнули весьма угрожающе, - но это неважно. Когда ты пропала, ну, исчезла, то на этом было все закончено. Этот чертов "договор" уже не имел силы, когда ты пришла. И я не обманывала, когда говорила, что ты мне нравишься.
- И я должна тебе поверить?
- Скажи, почему ты не имеешь оснований для того, чтобы мне верить? Я не обманывала. Кроме этого момента, - покачала я головой.
- Марина, у тебя было больше месяца, чтобы это объяснить. А ты решила это сделать только сейчас? Когда "запахло жареным"? Теперь ясно, почему тебе она звонила. И ты говоришь, что ваш... договор уже давно не действителен?
- Она звонила, потому что искала тебя! - воскликнула я. Нет, я конечно понимала, что маловероятно, что блондинка мне тут же поверит, но ставить под сомнения все наши отношения, это ведь тоже как-то несправедливо.
- Снежана, - Ольга Викторовна, видимо, уже заскучала, - я все понимаю, ты развлеклась, утолила интересы, пусть и странные, но довольно. Пойдем домой. Или ты предпочитаешь остаться здесь?
- А ты чем лучше? Платила, чтобы она со мной общалась? Это так ты любовь свою показываешь? - в глазах блондинки стояли слезы. Предательство двух людей, близких людей, в один момент. Не самый лучший день.
- Я лишь хотела тебе... помочь.
- Купить ее? Как покупала игрушки в детстве? Знаете, а вы обе имеете куда больше общего, чем вам кажется. Советую присмотреться друг к другу, - бросила блондинка, схватила куртку и сумку и, быстро надев туфли, направилась к выходу.
- Снежана, пожалуйста, - я схватила девушку за руку, - дай мне объяснить, я не...
Хорошая и звонкая оплеуха помогла мне забыть то, что я собиралась сказать. Щека горела, а в подъезде затихал звук каблуков девушки.
Кажется, из-за этого договора пострадали все три стороны.