Глава 9
Джейсона бесило в омеге всё. Внешность, манера говорить, даже стоять. А ещё больше его раздражал феромон, от которого он готов был ползать на коленях перед ним.
За это омеге нужно было свернуть шею. Джейсон рассматривал такой вариант развития событий, когда вошёл в эту комнату. Но она пропиталась его запахом. Он даже мыслить здраво не мог. Желание проснулось мгновенно, стоило коснуться его. А это плохо. Это слабость.
А свои слабости Джейсон предпочитал держать в узде. Благо и тут было давить на что. Любой омега на всё пойдёт ради своего щенка. Самое дурацкое, что это и его щенок тоже. И вряд ли, как бы он ни желал, не сможет сделать ему больно. Но об этом лучше молчать.
От предложения трахаться в обмен на свидания с сыном омегу забила дрожь. Его лицо побледнело, он что-то лепетал про «не может», «не хочет», но долго сопротивляться не мог. Да и Джейсон не выдержал бы долго. Внутри всё кипело от желания поставить омегу на колени, шлёпнуть по голой заднице и трахнуть. Собственно, даже без его согласия он сделал бы то же самое.
— Можно я… подготовлюсь?
Вопрос Кевина дошёл до него как через вату. Он отрицательно качнул головой, тогда глаза омеги панически заблестели.
Мужчина вздохнул.
— Две минуты, — процедил он, указывая на ванную.
Омега скрылся за дверью. И это позволило Джейсону передохнуть. Он не рассматривал вариантов правильности своего поведения.
Все омеги — хотят быть под альфой. Под ним хотят быть все, даже некоторые альфы. Так что Кевину нечего выделываться и набивать себе цену. А то, что он с ним сделает, навсегда отнимет у окружающих любое желание даже стоять рядом. Кевин не достоин ни жалости, ни помощи. Сам виноват. Отнял у него привычный уклад жизни и внёс хаос. И Джейсон всего лишь берёт своё по праву пострадавшей стороны.
Он стянул с себя рубашку и подошёл к двери, громко постучал.
— Время вышло.
Ответили ему не сразу. Что-то нечленораздельное между всхлипом и криком.
— С-сейчас.
Подобная нерасторопность его раздражала. Он решил, что если успеет досчитать до пяти и дверь по-прежнему будет заперта, он снесёт её с петель.
Даже самому стало страшно, насколько этот омега смог манипулировать им. Определённо эту феромоновую бомбу стоит держать близко к себе, чтобы дотрахать его до того, когда перестаёшь реагировать на запах.
Джейсон досчитал до двух, когда дверь открылась. У омеги даже губы были синие. С волос стекала вода. Он всё ещё был одет. Казалось, вся подготовка заключалась в умывании.
— Прошу вас… я ведь не могу, вы этого тоже не хотите…
Мужчина оскалился. Если бы он не хотел, всё было бы по-другому. Он подошёл к Кевину, который попятился и снова упёрся спиной в стену.
— Не строй из себя невинность, мы оба прекрасно знаем, что это не так.
Кевин посмотрел на него, кажется, вообще первый раз без течной поволоки. Посмотрел серьёзно и упрекающе. Только сейчас Джейсон заметил, что цвет его глаз похож на чистый янтарного цвета мед. Красивые.
Кевин молчал. Вновь отвёл взгляд и начал расстегивать рубашку. Маленькие пуговицы и дрожащие руки справлялись с этой задачей очень медленно. А Джейсон уже достаточно ждал. Он перехватил его за ворот и с силой рванул полы в сторону. С характерным звуком пуговицы заскакали по полу. Омега вздрогнул и будто застыл.
— Прошу вас…
Джейсон совершенно не понимал, о чем тот просит. Толкнув к кровати, он повалил его и быстро стянул брюки, следом полетели и трусы. Омега постоянно мешал то руками, то ногами, какими-то просьбами. Джейсон навалился сверху, грубо обхватив запястья своими руками, и заглянул прямо в лицо.
— Я свяжу тебя, если будешь дёргаться.
Кевин затих. Это позволило Джейсону отстраниться. Он развёл его ноги в стороны и с интересом смотрел на открывшуюся картину. То ли фетиш такой, то ли привычка, но Джейсон всегда любил рассматривать промежность своих любовников. Уже по цвету их дырки можно было сказать, как часто они трахались.
А этот как девственник. Их первый секс Джейсон не помнил. Но именно тогда, кажется, у омеги был первый раз. Но, черт возьми, какого хрена его дырка всё такая же узкая, розовая и маленькая? В тюрьме его должны были по десять раз на дню иметь.
Стоило коснуться пальцами задницы, как омега вздрогнул и начал отодвигаться. Мужчина схватил его под коленкой и, будто тот ничерта не весил, подтянул к себе.
Прелюдию он любил. Долго и тщательно подготавливал партнера, превращая это в занимательную, доставляющую обоим удовольствие, игру. Так что когда переходили к основным действиям, омега был растянут до предела, возбуждён и кончал вскоре от нескольких фрикций.
Вот только сейчас у Джейсона не было желания заниматься бесполезным делом, да и куда ему, когда член словно нарывал, твёрдый и пульсирующий, распирал штаны. Он потянул за собачку и расстегнул ширинку, стянул бельё. Уже влажный. Смазка обильно собралась на кончике, и стоило отодвинуть крайнюю плоть, как закапала на бедро Кевина. Тот дёрнулся так, будто он его ошпарил. Снова затрепыхался. Но Джейсону это и нужно было.
Он вытащил ремень.
— Я же предупреждал? — вкрадчиво спросил он.
Кевин дёрнулся, но потом позволил обмотать запястья, при этом он отвернулся и закрыл глаза. Мужчина закрепил ремень на декоративном пруте, который раньше считал безделицей и только сейчас оценил.
Отлично. Вид открывался чудесный.
Униженный и оскорблённый, полностью в его власти. Такой расклад Джейсону нравился. Пускай не думает, что может приходить к нему и диктовать свои условия, пускай знает, что действие его феромона не даёт ему никаких прав. Здесь всё решает он — альфа.
Джейсон шикнул, сцепив зубы, направил член в его дырку. Кевин сжался так, что хоть ножницами режь.
Черт. Рвать уздечку не хотелось. Джейсон чуть ли не пополам его согнул, заставляя приподнять задницу. Омега болезненно всхлипнул, но молчал. Физиология омег не враг себе. Мужчина беззастенчиво просунул в него безымянный палец. Даже на нём омега сжимался и не пускал.
— Твоей задницей надо заняться вплотную, — пообещал Джейсон, — скоро спокойно кулак мой принимать будешь.
Омега лишь пискнул и закусил нижнюю губу. От манипуляций альфы дырка чуть увлажнилась и немного расслабилась. Джейсон навис над Кевином и наконец начал проталкивать головку внутрь. Не сказать, что это было самое приятное, ему даже самому было больно, но он не остановился.
Омега под ним сдавленно дышал, жмурился и до крови искусал губы. Джейсон застыл, когда почти вошёл в него. Безумно узкий и жаркий. Омега был настолько тугой, что мужчина готов был кончить сию секунду. Он сделал несколько коротких движений и снова застыл, оттягивая неизбежный оргазм. Нет. Не так быстро.
Хотелось насладиться приятным феромоном, который, казалось, содержался в смазке омеги.
Он выдохнул и снова начал двигаться, кусая и засасывая доступные плечи, ключицы, шею. Когда он делал это особенно больно, омега вскрикивал и мужчина продолжал действия как можно чаще. На глазах наливались синяки, некоторые кровоточили.
Джейсон крепко держал его бёдра, впиваясь ногтями. Трахал быстро и резко, чувствуя, как увязает в какой-то трясине бесконечного наслаждения. Неосознанно он потянулся к губам омеги, но тот отвернулся, и мужчина угодил в щёку, тут же со злости прикусив её.
Оргазм буквально прошиб сильным выстрелом, который лишил его всех ощущений. Чертов узел связал их, прежде чем альфа понял это. Но даже если бы и осознавал, всё равно не вытащил бы. Он заполнял его тугую дырку, запирал, скапливал сперму. И Джейсон не мог пошевелиться, падая на слабое тело под собой.
Как произошедшее описать, он не знал. Факт оставался фактом, такого оргазма он не испытывал уже четыре года. Но мужчина не хотел сейчас об этом думать. Слишком хорошо.
Через некоторое время омега зашевелился. Джейсон ощутил спад и повернулся на бок, но узел ещё крепко держал их. Кевин сдавленно вскрикнул и тогда пришлось устраиваться так, чтобы не причинять никому дискомфорта. Джейсон положил голову Кевина себе на плечо, а другой прижимал к себе, закинув его ногу на бедро. Руки омеги он отвязал, но остались красные полосы.
Кевин не открывал глаз. Его лицо было напряженно, между бровями залегла глубокая складка, и он глубоко дышал через нос. А Джейсон осознал, что рассматривает любовника во время сцепки. Он даже Миттчела не рассматривал, хотя там было на что посмотреть.
— Тебе принесут таблетки, принимай их по схеме, ещё один бастард мне не нужен.
Кевин открыл глаза. До чего же у него длинные и черные ресницы. Они разительно отличались с Миттчелом. В пользу последнего, конечно.
Кевин послушно кивнул, его холодная ладонь легла на его грудь, словно это поможет отгородиться. Джейсон собрал одеяло и накинул на них, движимый желанием согреть его, правда, сделав это, он тут же пожалел о собственном порыве.
Поддаётся слабости.
— Не надо, — пробормотал Кевин, — вытащите уже, мне надо в туалет.
Джейсон хмыкнул, обхватил его и поднялся. От неожиданности Кевин вздрогнул, вцепившись в широкие плечи альфы.
Идти в сцепке с омегой на руках было жутко неудобно, но не далеко. Буквально завалившись в душевую кабину и прижав омегу к стене, Джейсон включил теплую воду.
От движений и контрастного душа узел начал быстро спадать, и вскоре он опустил омегу на пол. Тот чуть не упал, ухватившись за стену, и быстро вынырнул из кабинки.
Вскоре альфа услышал звуки рвотных позывов.
Отлично. Омегу от него тошнит.
Рубашка была испорчена. Если штаны и пиджак он мог отгладить и постирать, то рубашку нужно было перешивать. Кевин всё же надел её. Болезненно морщась. Руки всё ещё ныли от пут, да и синяки появились. У него вообще всё тело болело, словно подцепил вирус.
Джейсон ушёл после душа. А Кевин старался не смотреть на него. Он и так долго держался. От запаха феромона жутко мутило.
Задница ныла, но больше беспокоили внутренние органы. Кишки казались не на месте. Но его не порвали, и на том спасибо.
После ухода альфы буквально следом кто-то принёс в комнату блистер таблеток с инструкцией. Кевин проглотил несколько штук, как было сказано, и старался не выблевать их.
Как же ему было плохо. Его всё ещё трясло. Он не мог прийти в себя. Зачем согласился? Знает же, что не потянет желаний этого альфы. Нужно было найти другой способ — законный.
Кевин огляделся. Джейсон Холл очень богат и влиятелен, никакой закон ему не писан. Если бы Кевин был на одной с ним социальной ступени, можно было побарахтаться, а так… не было шансов.
А у Алекса никого нет, кроме него. И Кевин был уверен, что Джейсон может сделать гораздо хуже, чем есть.
Дверь комнаты снова открылась, и омега сжался. Появилась женщина — бета в черно-белой униформе слуги, с чистым постельным бельём. Должно быть, его вид был чересчур убитый, раз она так сочувственно посмотрела на него.
— Сэр велел вас выпроводить, — весьма учтиво сообщила она.
Кевин кивнул, закутался в мятый пиджак. Ему оставалось только ждать разрешения Холла на свидание с сыном.
Медленно, чуть прихрамывая, он направился к двери.
— Если вас это успокоит, — окликнула его горничная, уже сдирая грязные простыни с кровати, — сэр не встречается с омегами дольше недели, и вы ему быстро наскучите.
Кевин сглотнул, но ничего не ответил. Он был бы и рад, если его истязания продлятся только неделю.
Неделю он мог вытерпеть.
У дверей уже ждала охрана, которая провела его к выходным воротам. Было темно. Рядом стояло такси.
— Господин оплатил, — сообщил мордастый охранник, когда Кевин собирался возразить, что платить ему нечем.
Ворота особняка закрылись, и всё, что оставалось, это сесть в машину. Ему некуда было идти.
— Куда едем? — снова и снова повторял водитель.
Кевин болезненно поморщился. Он знал только одного человека сейчас. И назвал адрес Калеба Джонса.
Доктор жил в одном из высотных многоквартирных зданий. Кевин раньше и сам жил в такой коробке. Доступно. Шумные соседи, не прекращающие ругаться даже ночью, запахи различной еды, лай собак. Всё это было слишком нереальным после тишины и прилизанных улочек богачей.
Джонс жил на первом этаже, и Кевин надеялся, что сегодня не его смена в тюрьме. Но даже если и так — он подождёт.
Двери ему не открыли. И омега присел рядом. На него бросали косые взгляды. И Кевин ещё больше кутался в свой пиджак. От него несло альфой. Он был пропитан запахом его спермы.
— Малыш? — скрипучий и грубый голос доктора раздался над ним. — Я думал ты…
Кевину не стоило так быстро подниматься, натыкаясь на нечитаемый взгляд Джонса. Полы пиджака разъехались в стороны, демонстрируя порванную рубашку и множество багровых синяков на шее.
Опомнившись, Кевин тут же запахнулся.
— Я…
Джонс прервал его тяжёлым вздохом.
— Что ты сделал, малыш?
Кевин с трудом проглотил тяжёлый комок в горле.
— Я продал всё, что у меня было, даже себя.
Доктор покачал седой головой, открывая двери своей квартирки и пуская омегу внутрь.
— А говорил, не наивный, — беззлобно посетовал он. — Мне осмотреть тебя?
Кевин отрицательно качнул головой.
— Всё в порядке.
— А я тебе говорил, предупреждал — избавься от плода, но ты…
— Это не только из-за сына, — перебил Кевин.
Всё это случилось не по вине Алекса, как раз наоборот.
— Я сам во всём виноват.
— Что ты мне заливаешь?
Но Кевин не стал больше ничего говорить, а Джонс только ворчал насчет его глупости и наивности, что тюрьма его ничему не научила.
Вскоре у Кевина поднялась температура, а Джейсон крепко спал уже вторую ночь.