13
Дом был действительно огромный — с высокими окнами, просторной террасой и дорогими машинами, припаркованными вдоль подъездной дорожки. Музыка гремела так, что вибрации ощущались ещё на крыльце.
— Ну, Викторов, — Настя приподняла бровь, разглядывая всё это, — это ты тусовкой называешь? Это, блин, какой-то особняк миллионера.
— Ты же не думала, что мы будем пить пиво на лавке у подъезда, да? — ухмыльнулся он, ведя её внутрь.
В доме было полно народу: знакомые музыканты, друзья, какие-то ребята, которых Настя вообще видела впервые. Атмосфера была лёгкой, шумной, с запахом алкоголя и дорогих сигарет. Где-то уже кто-то начинал под акустику орать песни, кто-то спорил о чём-то, размахивая руками.
Гриша тут же их заметил и, подскочив, хлопнул Викторова по плечу.
— О, живой! Я уж думал, ты с концами от нас пропал.
— Почти, — лениво протянул Глеб, но тут же кивнул в сторону Насти. — Но меня спасли.
— Спасительница, — усмехнулся Гриша, подмигнув ей. — Ладно, не стойте тут, наливайте и проходите!
Кудрявый взял Настю за запястье, притягивая ближе.
— Ну что, готова к ещё одной сумасшедшей ночи?
Она прищурилась, сжимая пальцами его руку.
— А ты?
— Викторов, ты охренел?! — раздался за спиной громкий голос, от которого Глеб моментально узнал, кто это.
Он медленно обернулся, и, конечно же, перед ним стоял Серафим — с бутылкой в руке, в расстёгнутой рубашке и с фирменной ухмылкой, которая всегда значила что-то между «я рад тебя видеть» и «сейчас будет разборка».
— Ну здравствуй, блудный сын, — продолжил он, скрестив руки на груди.
— И тебе привет, — Глеб лениво кивнул, делая вид, что не замечает его прищуренного взгляда.
— А ничего, что ты пропал после караоке? Я уж думал ты решили всех бросить и уйти в закат.
— Тебе показалось, — усмехнулся Викторов, приобнимая Настю за талию.
Серафим чуть усмехнулся, переводя взгляд на неё.
— Красиво живёшь, кудрявый.
— Не жалуюсь, — ухмыльнулся Глеб.
— Ладно, хрен с вами, — Серафим махнул рукой. — Пошлите выпьем, расскажешь, каково это — уйти в закат и внезапно вернуться.
Глеб переглянулся с Настей, словно спрашивая у неё, хочет ли она продолжить веселье.
— А что, — пожала плечами она, — раз уж мы тут, надо соответствовать уровню.
Серафим громко рассмеялся.
— Вот это мне нравится! Ну, пошли, блудный сын, пора возвращаться в стаю.
Глеб с Настей переглянулись, а потом, не сговариваясь, направились за Серафимом.
— Ну, проходите, располагайтесь, — с улыбкой раскинул руки Серафим. — Глебасик, тебе как всегда?
— Ага, налей чего-нибудь, чтобы не ослепнуть, — кивнул Глеб.
Настя усмехнулась и взяла бокал с ближайшего стола.
— Мне кажется, ты уже перебрал свою норму на этой неделе, — поддела она.
— Это не перебор, а творческий процесс, — ухмыльнулся кудрявый, беря из рук Серафима стакан с чем-то крепким.
Серафим хмыкнул:
— Ты в хороших руках, брат.
— Да я в этом и не сомневался, — лениво протянул Глеб, обнимая Настю за талию.
В этот момент к ним подошли Гриша, Даня и Коля, уже явно в весёлом настроении.
— О, ну наконец-то! Мы уже думали, что тебя к батарее привязали и не пускают. — воскликнул Гриша, хлопая Глеба по плечу. — Ну что, ребят, пьём за возвращение блудного сына?
— Да чтоб вы подавились, — фыркнул Глеб, но всё равно чокнулся со всеми.
Пока они пили и разговаривали, Глеб заметил знакомую фигуру, которая смотрела прямо на него.
Анжела. Бывшая. Больная на всю голову, если по-хорошему. Когда-то она красиво вскружила ему голову, а потом красиво же его заебала. Этот круговорот бурных отношений, сцен, громких заявлений и ещё более громких расставаний давно должен был закончиться. Но, судя по всему, судьба решила, что Глебу слишком спокойно живётся.
Парень попытался не смотреть в ту сторону, но взгляд всё равно тянул его к ней. Анжела стояла в углу, опираясь на столик, и наблюдала за ним, её глаза сверлили, как всегда. В голове сразу всплыли воспоминания — те бесконечные качели, манипуляции, ссоры, примирения, и эта вечная неуверенность, что между ними вообще было. Он не мог понять, почему она появилась здесь, в этом доме.
«Чёрт», — подумал Глеб. Он не хотел, чтобы Настя заметила её, потому что это могло испортить всё. Он не знал, как объяснить, кто она, и, честно говоря, не хотел углубляться в детали. Это было слишком сложное и болезненное прошлое, которое не стоило ворошить.
— Ты что, зазнался? — раздался рядом голос Дани.
Глеб не сразу понял, что его друг подмигивает ему, указывая на Анжелу, которая уже начала приближаться к их компании.
— Блин, ты не представляешь, кто тут, — прошептал Гриша, но его слова были полны удивления.
— Не обращай внимания, — резко сказал Глеб, пытаясь отвлечь их разговор. — У нас тут весёлая компания, давайте пить.
Настя заметила его напряжение, но не придала этому особого значения, поднимая бокал. Глеб продолжал следить за движениями Анжелы, понимая, что если она подойдет, придётся объясняться.
Глеб вздохнул с облегчением, когда девушка прошла мимо, не остановившись, но её взгляд продолжал чувствоваться, как тяжёлый груз на плечах. Он не мог отделаться от ощущения, что она его всё ещё ждёт, как будто какой-то незаконченный эпизод, который не давал покоя ни ему, ни ей.
Настя, заметив его напряжение, повернулась к нему с любопытным взглядом.
— Всё нормально? — спросила она, поднимая брови.
Глеб быстро сглотнул, пытаясь скрыть свой дискомфорт, и улыбнулся.
— Да, всё в порядке, просто... старые знакомые. — Он попытался выглядеть расслабленным, хотя внутри всё переворачивалось.
Настя, видя, что он не хочет углубляться в тему, просто кивнула и отпила из бокала. Но её интуиция подсказывала, что что-то тут не так. Глеб выглядел слишком напряжённым, словно что-то ему не давало покоя.
Он быстро вернулся к разговору, чтобы отвлечь её внимание, но в его голове всё равно крутилась мысль о том, как она, как всегда, могла появиться в самый неподобающий момент. Он пил быстрее, чем обычно, надеясь заглушить в себе странное чувство тревоги, но оно только росло.
— Ладно, Глеб, давай выпьем за нашу замечательную вечеринку, а то ты уже второй раз зависаешь в каком-то своём мире, — с лёгкой усмешкой сказала Настя, протягивая ему бокал.
Глеб посмотрел на неё, улыбнулся и чокнулся с ней.
— За вечеринку, — сказал он, сделав большой глоток.
Они напились. Все. К ребятам присоединились еще пару знакомых, а Глеб и Серафим отправились на кухню в поисках дополнительной выпивки.
На кухне было шумно: кто-то уже спорил о чём-то пьяным голосом, кто-то пытался открыть бутылку, а кто-то просто сидел на столе и смотрел в пустоту. Глеб вместе с Серафимом пробрался к холодильнику, вытаскивая оттуда бутылку чего-то крепкого.
— Ты чё такой напряжённый? — спросил Серафим, откручивая крышку и передавая Глебу.
— Да нормально всё, — Викторов пожал плечами, делая глоток.
— Ага, расскажешь мне. У тебя же лицо такое, будто ты пытаешься не смотреть в сторону... ну ты понял, в чью сторону.
Глеб скривился и сделал ещё один глоток.
— Просто не хочу, чтобы Настя знала.
Серафим приподнял бровь.
— Да она всё равно спросит. Баба у тебя не дура, сам понимаешь.
— Вот и поэтому не надо привлекать внимание, — Викторов закатил глаза.
Серафим усмехнулся.
— Ладно-ладно, расслабься. Просто забавно наблюдать, как ты, обычно пофигист, тут прям паришься.
Глеб фыркнул.
— Я не парюсь.
— Конечно, дружище, конечно, — ухмыльнулся Серафим, хлопнув его по плечу. — Давай лучше выпьем за то, чтобы ты не парился.
Глеб усмехнулся и чокнулся с ним бутылкой.
— Давай.
Какое-то время они просто сидели на кухне, но, вернувшись, они не увидели почти никого.
— Бля, а куда все делись? — Глеб окинул взглядом гостиную, но людей явно поубавилось.
Серафим пожал плечами, оглядывая пустеющую гостиную.
— А Настя где? — Глеб нахмурился, осматриваясь.
— Ты её не предупредил, что свалил?
— Да я не думал, что нас так надолго затянет... — Викторов провёл рукой по лицу, оглядываясь.
В этот момент из коридора показался Даня, выглядящий уже прилично пьяным, но всё ещё бодрым.
— О, вы где пропадали? — спросил он, качнувшись в их сторону.
— На кухне. А где все? — уточнил Глеб.
— Да кто куда... Кто-то на балкон, кто-то вообще свалил. А твоя... эээ... Настя, короче, с Кириллом куда-то ушла.
Глеб резко вскинул голову.
— С Кириллом?
— Ну да, они чё-то болтали, а потом она пошла с ним.
Викторов сжал челюсть.
— Куда?
Даня пожал плечами.
— Без понятия. Может, на улицу, может, в одну из комнат.
Глеб недовольно выдохнул и, не дожидаясь, пока Даня что-то добавит, быстрым шагом направился искать Настю.
Глеб шёл по коридору, оглядываясь в поисках девушки. Его настроение с каждой секундой ухудшалось — Кирилл был не тем человеком, с кем хотелось бы её оставлять. Они с ним раньше частенько ошивались по клубам, искали приключения и девчонок на одну ночь. Викторов знал его натуру — не то чтобы Кирилл был полным мудаком, но уж точно не тем, с кем Насте стоило бы куда-то уходить.
Он уже собирался открыть очередную дверь, когда вдруг почувствовал, как кто-то схватил его за запястье.
— Давно не виделись, Глебусь, — раздался знакомый голос.
Глеб медленно обернулся.
Анжела.
Она смотрела на него с хитрой полуулыбкой.
— Чего надо? — раздражённо бросил он, пытаясь выдернуть руку, но девушка только сильнее сжала его запястье.
— Ты прям так спешишь? — Она наклонила голову, рассматривая его, будто пыталась заглянуть в самую суть.
Глеб нахмурился.
— Спешу, отъебись.
Она усмехнулась, чуть склонившись к нему ближе.
— А я помню времена, когда ты не строил из себя порядочного парня.
Викторов сжал челюсть.
— Прошли те времена.
— Ну-ну, — Анжела склонила голову набок. — А если я скажу, что скучала?
Глеб устало выдохнул, прикрыв глаза на секунду.
— Мне похуй, Анжел. Реально.
Он снова дёрнул руку, и на этот раз она отпустила, но её взгляд прожигал его спину, когда он снова поспешил искать Настю.
Глеб остановился, когда услышал её следующий вопрос:
— А может, вспомним старые времена?
Он резко обернулся. Анжела стояла, слегка склонив голову, а в её руке мелькнул крошечный пакетик.
— Да ну нахуй, — Викторов фыркнул, нахмурившись. — Ты всё ещё на этом дерьме сидишь?
— А ты что, теперь святой? — Она прищурилась, усмехаясь. — Не притворяйся, Глеб, я же знаю, как тебе раньше нравилось.
Глеб сглотнул, отворачиваясь. Ему и правда нравилось. Адреналин, скорость, полное отсутствие тормозов — он в этом утопал. Они с Анжелой раньше проваливались в это вместе: тусовки без конца, бессонные ночи, бесконечные качели между сексом, драками и наркотиками. Он уже тогда понимал, что всё идёт по пизде, но не мог остановиться.
— Это давно в прошлом, — он провёл рукой по лицу, стараясь игнорировать зуд в груди.
Анжела шагнула ближе.
— Жалко. Ты был весёлым, когда не пытался быть правильным.
Глеб проводил её взглядом, пока она не скрылась за поворотом. Челюсти всё ещё были сжаты, руки стиснуты в кулаки.
«Весёлым», блядь.
Он помотал головой, стараясь отогнать мысли, и поспешил дальше.
Сначала найти Настю. Потом свалить отсюда нахуй.
Глеб прошёл по коридору, ощущая, как алкоголь начинает бурлить в крови. В глазах немного темнело, а лёгкое головокружение перебивалось яркими вспышками раздражения.
Не осознавая, что делает, он схватил несколько рюмок, стоящих на барной стойке, и быстро опрокинул их в себя. Глоток за глотком, горячая жидкость прогоняла остатки трезвости, с каждым новым глотком его настроение становилось всё более мутным и далеким от ясности.
Злость ещё больше накрыла его, когда он вспомнил, как Анжела смотрела на него — как будто всё, что между ними было, до сих пор существовало. Как будто он был таким же слабым, как тогда, когда она обвивала его вокруг пальца. Это выводило его из себя.
Глеб остановился, когда услышал смех. Это был смех Насти. Он не сразу понял, что это именно она, но что-то в звуке было знакомым и родным. Его шаги стали более тяжёлыми, как будто его тело сопротивлялось.
Он толкнул дверь и увидел Настю, сидящую на диване с Кириллом. Они что-то весело обсуждали, смеялись, и Кирилл, похоже, совсем не стеснялся своих жестов. Настя выглядела расслабленной, а её глаза блескали. Но то, что казалось лёгким и весёлым, моментально задело Глеба.
Глеб едва сдерживался от раздражения, его слова вырвались почти без обдумывания.
— Нормально сидите? — его голос был тяжёлым, как будто каждая буква давалась с трудом. Он шагнул в комнату, взгляд метался между Настей и Кириллом, но что-то внутри не позволило ему смотреть прямо на неё.
Настя замолчала, чувствуя, что напряжение между ними стало очевидным. В её глазах мелькнуло сомнение, и она, по привычке, попыталась разрядить обстановку лёгкой шуткой.
— Ты что, ревнуешь, что ли? — сказала она с лёгким сарказмом.
Глеб, не выдержав, сделал шаг вперёд и всё-таки взглянул на неё, но глаза его были теми, которые она ещё не видела — полные какой-то скрытой ярости и разочарования.
— Мне не нравится, как это выглядит, — сказал он, стиснув зубы.
Тишина повисла между ними, а смех, который когда-то казался таким естественным, теперь звучал как раздражающий шум.
— Мы просто болтали. Не надо так реагировать. — Девушка нахмурилась.
Глеб встал прямо перед ней, в его глазах горело недовольство. Настя почувствовала, как её напряжение усиливается, но она не могла понять, откуда в нём столько злости.
— Ты, блять, серьёзно? — сказал он, чуть повысив голос. — Ты вообще понимаешь, как это выглядит?
Настя отстранилась, отчётливо ощущая, как между ними растёт пропасть. В её глазах мелькнула обида, но она не могла держаться на месте.
— Как? — сказала она сдержанно, но в её голосе прозвучала нотка злости. — Мы просто, блять, сидим, весело проводим время. Ты разве не хотел чтобы я тут повеселилась?
Глеб стоял, пытаясь собраться с мыслями, но алкоголь всё ещё делал своё дело. Он не мог сдержаться, и слова вырвались сами собой:
— Ну потрахайтесь тут ещё, раз уж тебе так нравится проводить время с Кириллом, — выплюнул он с раздражением, даже не осознавая, что произнёс.
Настя замерла, будто его слова ударили её по лицу. На её лице не было ярости, скорее, пустота и боль. В глазах появилась тень, и она быстро шагнула в его сторону.
— Ты что, ебнутый?! — Она оттолкнула его рукой, и в следующую секунду его щека ощутила тяжесть её ладони. Пощечина раздалась громко в тишине комнаты.
Глеб ощутил, как боль от удара резко пробудила его, но алкоголь в крови всё равно не давал ему в полной мере прийти в себя. Его глаза расширились от шока, но он не знал, что сказать.
Настя повернулась и пошла к выходу, её шаги были быстрыми, почти бегущими. Глеб попытался её остановить, но его руки не могли коснуться её плеча, когда она уже почти достигла двери.
— Подожди! — Его голос был скован, но он не знал, как правильно объясниться.
Настя не обернулась. Она сжала зубы и едва не рычала:
— Ты просто идиот блять.
— Я не хотел, чтобы это так получилось, я... — Он замолчал, его взгляд стал потерянным. — Блин, Настя, не уходи!
Но она не остановилась, её спина была прямой, и она уже достигала выхода.
— Настя! — его голос сорвался, но она уже прошла порог.
Дверь закрылась с глухим звуком, и Глеб остался стоять в комнате, не в силах ничего сделать.
Кирилл сидел на месте, наблюдая за тем, как вся ситуация с Настей разворачивается. Он не вмешивался, но его взгляд не оставлял Глеба. Когда Настя покинула комнату, он скинул взгляд на Глеба и вздохнул.
— Ты, блять, реально идиот, — сказал Кирилл, заливая ещё немного алкоголя в свою рюмку.
Глеб бросил взгляд на него, его взгляд был туманным, но в то же время он чувствовал всю тяжесть того, что произошло.
— Да пошёл ты, — ответил Глеб с явным раздражением в голосе.
Кирилл не был удивлён ответом, он только фыркнул и откинулся на спинку дивана.
Глеб вышел из комнаты. Он не хотел сейчас никого видеть и слышать. В его голове был только один импульс — забыться. Он подошёл к столу, где стояла бутылка, и снова налил себе. Рука слегка дрожала, но он не обратил внимания.
Он заметил, что никто не пытался его остановить. Серафим, который начал о чём-то болтать с Кириллом, просто махнул рукой, видя, как Глеб снова наполняет стакан. Он не был сильно удивлён — для Глеба это было в порядке вещей.
Глеб принял еще один глоток, затем второй, и почувствовал, как его тело начинает расслабляться, как напряжение уходит. Но с этим приходило и чувство пустоты. Он осмотрелся вокруг, но ничего не увидел — только людей, которые тоже теряли себя в алкоголе и веселье. Всё казалось далеким и неважным.
Он сел обратно на диван, замкнувшись в себе. Внутри было лишь одно чувство: всё идет не так, как должно.
Пьяный, расстроенный, он схватил телефон, не думая, кому и что он пишет. Руки чуть дрожали, но он все равно начал писать Насте. Он не знал, что именно хотел ей сказать, но чувствовал, что должен как-то наладить всё, что разрушил.
«Прости меня, пожалуйста», — напечатал он и мгновенно отправил сообщение. Он сидел, не двигаясь, и ждал, как будто что-то должно было измениться.
Настя была для него чем-то большим, чем просто девушка. Это не просто слова. Она была той, кто заставлял его чувствовать себя настоящим, даже если сам он этого не осознавал.
Он не мог позволить себе сидеть так вечно. Глеб встал и подошел к столу, набрал номер Насти. Пальцы дрожали, когда он нажимал на кнопку вызова. Каждый гудок на другом конце казался ему больнее. Когда телефон снова не ответил, он почувствовал пустоту.
К парню снова подошла знакомая ему девушка.
— Ну что, кудрявый, до сих пор не хочешь расслабиться? — Анжела подмигнула, вытаскивая пакетик с порошком.