Пролог
Примерный ученик выпускного класса Лиам Джеймс Пейн, простой подросток. Разве что навыки в обучении куда лучше, потому как он намеренно шёл к мечте – стать однажды доктором. Но всё ли всегда сбывается как хочется?
Вместе с навыками обучения парнишка понимал и кое-что другое. Как совершенно безбожно тонет в чужих, цвета застывшего янтаря, глазах. Растворяется внутренне и скулит от одного присутствия этого самого человека рядом. Плавится, как сыр на горячем сэндвиче, растекаясь липкой лужицей у чужих чертовски красивых ног. Хотелось бы взаимности, однако не всё так просто.
Всего год назад семья Пейн переехала из большого города. Финансовые трудности и проблемы со здоровьем мамы, вынудили найти место спокойнее, а шикарную квартиру сменить на небольшой домик. Именно здесь Лиам осознал свои сексуальные предпочтения и симпатии. До встречи с главным плохишом школы, он и не думал что западëт на парня. Но бог свидетель, тут было не устоять. Не проходило ни дня чтобы за спиной метиса-красавца не шептались девочки, томно вздыхая. Тот самый Зейн имел британо-пакистанские корни, смесь необычная, но выигрышная. Красивое личико, жилистое тренированное тело. Пушистые черные ресницы обрамляли большие глаза, делая их выразительными и полными очарования.
В первое знакомство Зейн не был безразличен, он даже пожал Лиаму руку и улыбнулся. А дальше редкие разговоры, встречи на уроках и спортивной площадке, которые стали подарком для Пейна. Быть рядом с объектом влюбленности уже удача, только бы это продолжалось подольше.
В тайне Пейн вел дневник, где описывал каждый миг проведённый рядом с Зейном. И мечты, которым в реальности не было никакого подкрепления. Ведь Зейн не только капитан футбольного клуба, но и известный ловелас среди девчонок. Во всё это Лиам, с его кротким нравом, неспортивным телосложением и натурой полной романтики, никак не вписывался.
Время от времени друзья Зейна открыто задирали и даже смеялись над Лиамом. Узнай кто-то из них о его чувствах, конец. Сам Зейн точно бы отвернулся, а эти коршуны ещё бы и доклевали. Не то чтобы однополые отношения были редки и осуждались, просто Зейн точно не входил в категорию " По мальчикам". И если уж быть совершенно честным, Лиам не хотел признаваться как в тайне ласкает себя рассматривая фото Малика в спортивной форме. Несмотря на худобу красивые половинки, обтянутые тонкой тканью, выглядели потрясно. Но Пейн не обладал задатками маскулинности и сам вполне мог сойти за того, кто снизу.
В планах было окончить выпускной класс и навсегда унести любовь к Зейну в себе на года. Кто знает что ждёт дальше, возможно первая любовь без подпитки пройдёт и забудется.
Тем днём он бежал опаздывая на урок. Дневник он носил с собой, хоть и знал что опасно, но так хотелось иметь его при себе и иногда перечитывать всякую мелочь. Рюкзак серый и местами потертый изжил себя. Да и замки уже разъезжались сами собой. Личная вещь от записей стала пухлой и объемной. Домашние задания, помощь маме по хозяйству — не удивительно, что он не заметил отсутствия тетради.
А в ней все значимые моменты с Зейном: день, когда тот впервые улыбнулся ему, пожал руку, предложил подвезти к дому. А на полях описание того, что чувствовал сам Лиам в такие моменты. Может это и по-девчачьи глупо, но когда любимый человек рядом, это хотелось отпечатать в памяти. Если бы Пейн обладал более твёрдой натурой, возможно, он и смог бы открыться объекту влюбленности, рассказать прямо о своей симпатии. Однако Зейн давно и прочно завоевал титул красавчика школы, а заодно и поимел многих девчонок. Те же, передавали друг другу подробности. Абсолютно каждая хвалила неутомимость и страсть парня. А с недавнего времени капитан команды и вовсе начал отношения с красивой мулаткой.
На следующий день Пейн пришел в школу и прямо у шкафчиков его ждала банда Зейна Малика. Они смотрели странно. Джастин, блондинистый красавчик, жевал жвачку, Найл рассмеялся с тупой шутки Луи. Но стоило Лиаму приблизиться, те стали пристально рассматривать его.
— Ждёшь Зейна? — хихикнул Луи Томлинсон и все трое заржали.
— Отвали, Томмо! — фыркнул Пейн и продолжил собирать нужные учебники и тетради.
Многие присутствующие напряглись, но дальше этой фразы ничего не произошло. Наоборот, вокруг даже стало куда тише, отлично, оно и к лучшему. Щёлкнув дверцей шкафчика он закинул рюкзак на плечо, развернулся и тут же в кого-то влетел. Зейн.
— Привет... — первым поздоровался Лиам, голос глухой и тихий, наверное со стороны он похож сейчас на зайца перед дулом ружья охотника.
— Ну, привет, — вскинув брови, ответил Малик.
Быть может он добавил бы что-то ещё, но Пейн словно ужаленный ускорился осознавая что тут что-то не так. Как бы узнать теперь что?
Весь учебный день прошел сложно. Зейн, который обычно звал покурить и заговаривал первым, всячески избегал. Пейн чувствовал его холодность и это причиняло боль. Урок за уроком настроение портилось, а предчувствие беды росло как снежный ком. По окончании последнего, Пейн уже трясся и вылетел из класса одним из первых. Два этажа он пронёсся по лестнице, но у самого входа притормозил.
— Хэй, Лиам! — окликнула его девушка в форме черлидерши, она шла прямо навстречу. — Тебя попросили прийти в спортивный комплекс, в раздевалку.
— Окей, спасибо, — кивнул он в ответ и развернулся.
Спортивное здание расположено слева и добраться до него не сложно, стоило лишь обогнуть школу. Не затягивая он ринулся к раздевалке и, распахнув дверь, вошёл. Как и ожидалось, это был Зейн. Изначально Лиам и сам понимал что всё серьёзно. Малик не звал его в раздевалку просто так на поболтать о том, о сем. Запыхавшись он лишь сделал шаг и замер во все глаза рассматривая друга.
— Подойди! — приказал тот.
Ледяной тон и сжатые плотно губы пугали, но Лиам словно завороженный пошёл. Перед его носом помахали книжецей в кожаном переплёте. Кровь застыла в жилах. Нутром он понимал, что произошло, но мозг пытался прятаться и абстрагироваться от происходящего. Может это сон. Сейчас всё исчезнет и зазвенит будильник. Лиам даже моргнул для верности, но нет, всё осталось прежним.
— Всё, что я прочитал здесь, правда? — повысил голос брюнет на октаву выше.
— Зейн, я могу всё объяснить...— подняв руки в дружественном жесте, начал Лиам. — Дай это сюда..
Хотя выдавить из себя, хоть что-то похожее на оправдание, было ой как не просто. Несколько шагов сократили расстояние и Пейн потянулся за своим дневником. На что Малик отступил, и завёл руку за спину. Холодный взгляд пугал, казалось бы секунда, и Малик врежет недодругу.
— Хватит юлить, я хочу правду! — взвился брюнет, отшагнув назад. — Значит, всё то время, пока я прикрывал тебя от издевательств и чужих шуточек, ты дрочил на меня?
— Все совершенно не так, — попытался вновь Пейн, он решительно настроился рассказать всё. — Да, ты мне нравишься, ты первый кем я увлёкся. И всё же я не претендую на тебя, Зейн. Понятия не имею, как мой личный дневник оказался у тебя. Мы... нам обоим стоит забыть об этом. И... давай просто продолжим учиться спокойно.
— Не выйдет, Пейн! Поздно! — усмехнулся в ответ Малик, делая гримасу отвращения. — Это нашёл Найл, и теперь они с Джастином и Луи всё знают. Как ты собираешься объяснять свое гейство остальным?
— А я должен?! — пришло время взорваться и Лиаму. — С какого хрена твоя банда имеет право лезть в то, на кого у меня встаёт? Можешь ненавидеть меня, но я очень рад что ты узнал что твоя узкая талия и округлая спортивная задница привлекают не только девчонок.
— Не приближайся ко мне больше! Никогда, Пейн! Я не такой!
Дневник полетел прямо в грудь влюбленного подростка, а Зейн вылетел из помещения будто здесь прокаженный. В тишине раздевалки Пейн раскрыл рюкзак и засунул книжонку поглубже, после чего дал волю слезам. Боль адская сковала голову и тело так сильно, что пошевелиться было невозможно. Казаться сильным больше нет сил.
Его тихой жизни пришел конец. Каждый теперь с удовольствием будет перемывать ему косточки, узнав пикантные подробности.
* * *
Во время каникул, в один из одиноких дней, Пейн познакомился кое с кем в местной пекарне. Марсель Стайлс, тоже подросток, в тот день помогал бабушке обслуживать посетителей. Во вторую такую встречу Лиам набрался смелости и предложил выпить кофе вместе и познакомиться ближе. Улыбка с ямочками и взгляд зелёных глаз распологали к себе. Раз уж теперь в школе не с кем общаться почему бы не найти друга вне стен учебного заведения.
Парни разговорились попивая кофе. Как оказалось Марсель приехал из самого Лондона с мамой, к бабушке. Родители оформили развод и разделили детей. Сестра осталась с отцом в столице, а парнишка с мамой уехали в тихий район. В разговоре выяснилось, что теперь Марсель и Лиам будут учиться в одной школе. Они обменялись номерами и с каждым днём общались всё больше. Чаще виделись, гуляли по ночным улочкам и даже однажды выкурили косяк под мостом. Тогда-то Лиам и раскрыл себя и свои проблемы. Стайлс даже придумал решение и пообещал что с этих пор никто не посмеет открывать свой рот. Стайлс не выглядел спортивно, даже наоборот, манерный, улыбчивый, одевался слишком чопорно и носил очки. Но несмотря на внешние несоответствия, обладал недюжинной силой и стальными яйцами.
Постоянные стычки с Маликом и его друзьями резко закончились. Каждый из них побаивался Марселя, который хоть и учился в другом классе, но успешно оберегал Пейна. Но появление Марси разозлило Малика, насмешки сменились тихой ненавистью, он намеренно мстил. Всякий раз, когда Лиам встречался с ним глазами, тот целовал свою девушку или нагло сминал её задницу, таким образом отравляя все чувства. В какой-то миг Лиам даже решил для себя абстрагироваться и больше не смотреть в его сторону. К тому же общение с Марси расширило границы. Они ходили вместе в клуб по выходным, и мечтали в будущем стать счастливыми каждый со своим человеком.
В один из дней Пейн покалечился случайно слетев с лестницы. Марсель и сам был в больнице, но помощь пришла откуда не ждали. Его притащили домой Томлинсон и Хоран. Позднее Луи даже навещал его и приносил домашку, пока ушибленные места не пришли в норму.
Пришло время выпускного. В этот вечер Лиам не подумал о паре, он пошёл с другом. И пусть все смотрели косо, шептались за спиной, этим двоим было плевать. Праздник был в самом разгаре и неожиданно Марси пригласил на танец Луи Томлинсона. Симпатичный коротышка с радостью согласился. А Лиам, поражённый этой картиной, решил освежиться и ушел в туалетную комнату.
Дверь даже не успела закрыться, как следом влетел Джастин Бибер. Преградив путь он сжал в своих руках Лиама, наклонился и заполучил первый поцелуй Пейна, который берег его для другого. Укус, засасывающий раз за разом, отравлял. Чужой язык мучал и в какой-то момент Пейн закашлялся, подавившись воздухом и чужой слюной. Оттолкнув Джастина, он наклонился к раковине и часто дышал. Включив воду, Лиам умылся. И только когда востановилось дыхание он выпрямился, а перед глазами снова возник Бибер.
— Какого чёрта, Джас?! Ты совсем сбрендил?! Это был мой первый поцелуй, и теперь, черт, ты всё испортил!
— Первый поцелуй? Кому ты врешь?! — обвинял слетевший с катушек блондин. — Вначале Малик, ты готов был его кроссы целовать. Вечно прятались с ним в курилке. Теперь очкарик Стайлс.
— Неправда, — отрицательно повёл головой Лиам. — Марсель и я друзья.
— Друзья? — нервно сплюнул Бибер. — Разве друзья проводят так много времени вместе и лижутся в щеки?
— Ты следил что ли? Марсель тактильный, это не значит что мы спали, узколобое ты существо! — парировал Лиам, уже не боясь совершенно ничего. — А Зейн... Я люблю его, ясно? И тебя это никак не касается. Оправдываться за свои собственные чувства я не стану. Свали, и дай пройти!
Руки сами собой толкнули натренированную грудь. И отчасти Пейн даже позавидовал такой тверди. Вот бы выглядеть так же. Тогда, возможно, и Малик смотрел бы другими глазами? Или.. Черт нет, нельзя думать об этом, ни к чему.
Бибер лишь отшатнулся, а в следующий миг встал на колени, обняв обеими руками чужие ноги.
— Ты хоть представляешь, что я чувствовал, когда Найл показал нам тот дневник?! Я мечтал о тебе с первого дня, как ты появился в нашей школе. Лиам, ты был моей первой любовью, а всё твоё внимание и любовь доставались Малику. Он никогда не верил в тебя, не смотрел в твою сторону, ему было плевать. А я сидел в его тени и смотрел на твоё красивое лицо постоянно, бесконечно. Но ты никого не замечал, кроме этого вонючего пакистанца! Как больно тебя любить, Лиам, как же чертовски больно! — договорив, Джастин разразился слезами.
Пораженный исповедью, Пейн даже не шелохнулся. Бибера вдруг стало жалко, а откровения почему-то не казались столь страшными. Наверное, Лиам даже сочувствовал блондину. Ведь он сам любил безответно и понимал, как это больно, как неприятно и неправильно. Лишь только затихнув, Джастин молча вышел не оборачиваясь, а Пейн перевел дыхание и вышел чуть позже.
Тот поцелуй был ужасным. Лиам будет помнить его до скончания своих лет. В тайне он ждал на выпускной единственный поцелуй, но с Зейном, с жаром и любовью, но этого не произошло.
После стычки с Бибером он покинул вечер, лишь на миг взглянув на того, по кому тосковало сердце. А в его юной голове навсегда запечатлелся образ любимого Зейна Малика, в черном костюме в обнимку с мулаткой.