16.
- Я хочу сказать, - высокий крепкий парень поднялся со стола и поднял рюмку и прокашлялся, - Кощей был не только братом Карины, - он указал на меня, - Но ещё и моим близким другом.
Все замолчали и атмосфера стала максимально нагнетающей.
- В связи с этим, - продолжил тот, - Мы с Демидом хотели бы взять на себя ответственность за памятник... И конечно, светлая память. - Он залпом опустошил рюмку и занюхал кофтой.
Я кивнула Ильгизу в знак благодарности и тоже выпила стопку. Вова Адидас кивнул на парня произнесшего речь и спросил:
- А Демид сам где?
Парень слегка помялся, но ответил давольно твердо:
- Демид с Алсу позже придут.
Алсу это кто-то вроде бывшей девушки Кощея, однако почему-то на самих похоронах её не было, да я и не хотела её там видеть. Она странная, слишком напущенная что ли, я виделась с ней всего пару раз. Кощей никогда не приводил её домой и наши мимолетные встречи проходили именно здесь, в качалке.
Пацаны взяли деньги из общака и сделали поминки, за это я опять же благодарна Володе. Людей не так много, в основном старшие возрастов и близкие.
До меня спустя время, начинает доходить смерение и осознание того, что брата больше нет. Наверное если бы я не сидела рядом с Турбо, чувствовала бы ещё большую растерянность.
Переодически разговоры уходили в другое русло и казалось, что это не поминки, а обычные посиделки друзей, хотя людей вокруг нельзя было назвать таковыми. Разве что некоторых.
- Ильгиз, - обратился снова, к другу брата Адидас, и стряхнул пепел, - а с кем вы с Кощеем дела вели? С Перваками?
- С ними раньше, - ответил парень, - последние два месяца с Домбытовскими, а что?
- Да так, - затянулся Адидас, - странно это всё. Был человек - нет человека. Ещё и в крысу, через окно закрытое.
В помещение вошел такой же крупный парень как и Ильгиз. С ним девушка в шубк и меховой шапке. Было заметно с порога, что он очень пьяна и я прошептала практически бесшумно, но чтобы услышал Турбо:
- Ой бляяять...
Валера глубоко вздохнул в ответ.
- Кариночка! - подбежала ко мне Алсу на каблуках еле держа равновесие, - Какое горе!
Я встала и хотела уступить ей место, но девушка кинулась ко мне в объятия и я оказалась в облаке лютого перегара. Девушка зарыдала и её плач был единственным звуком во всей качалке.
Как бы я не хотела, мне пришлось обнять её в ответ, ведь чем раньше я это сделаю тем быстрее она отлипнет.
Алсу отстранилась и начала гладить меня по голове и лицу, которое выражало полное недоумение.
- Бедная девочка! - приговаривала она, - Как же ты теперь, совсем одна!
Демид подоспевший с ней сзади слегка оттянул девушку от меня и усадил в кресло заботливо освобожденное Зимой. Тот в свою очередь подпихнул меня на диване и уместился с нами, хотя мы и так сидели втроём и казалось, что он не поместится даже с вазелином.
Демид открутил пробку от водки и налил себе в первую попавшуюся рюмку. Он посмотрел на меня и опрокинул со словами «Соболезную».
Всё происходящее вокруг начанало напоминать полнейший сюр. Алсу не унималась и ревела. Все бегали пытаясь её успокоить поочереди. Мы с Адидасом мельком переглядывались и закуривали одну сигарету за другой. Переодически девушка переставала плакать на взрыд и словестно жалела меня и Кощея. А я в ответ только и говорила, что справлюсь.
В один момент когда градус в организме Алсу привысил всякие рамки девушка уже сидела на коленях у Демида, а тот в свою очередь откинув её волосы назад что-то шептал ей на ухо.
Я встала с дивана с таким же трудом, как выходит пробка из бутылки вина и взяв одну из бутылок стоявших на столе решила выйти на улицу. За мной пошёл Адидас и взял мою и свою куртку. Я знала как Турбо сейчас смотрит нам в след, но так или иначе это не плохой шанс нам поговорить наедине.
Кроме него никто и не заметил, что мы отошли ведь у Алсу началась очередная истерика.
Мы вышли на улицу и одновременно вздохнули. Вова слегка расширил глаза и на выдохе произнес:
- Пиздец...
Я подожгла сигарету и села на металическую ограду. Вова сделал тоже самое.
- Ты так ничего и не сказала, - прокомментировал он, - Не хочешь?
- Хочу, - ответила я и посмотрела на падающий снег, - просто будто бы не этим людям.
Не знаю почему, но что Ильгиз, что Демид, что Алсу вызывают у меня не приязнь. Хотя Алсу и раньше вызывала, но эти двое... Я довольно хорошо к ним относилась. Они часто сидели на кухне с Кощеем и мы пересекались. Они были добры ко мне и сейчас, хотят памятник сами поставить...
- Знаешь, что я поняла? - спросила я слегка повернувшись к Володе.
Он вопросительно кивнул.
- Я поняла, что в тот день когда отец пришел к Кощею... Кощей понимал, что отец может найти меня. Поэтому и сказал быть Турбо со мной, чтобы отпор дать. И в Москву отправил подальше от папаши, зная, что он в Казани, а оно вот как обернулось...
- Я тоже об этом думал сегодня, когда мы ехали с кладбища. - согласился Адидас.
- И что теперь делать? У нас нет ничего... Даже идей, кто бы мог его застрелить... - я отхлебнула из бутылки.
- Почему? Есть одна.
Я недоверчиво посмотрела на Адидаса и сделала ещё глоток.
- Ильгиз сказал про то что дела с Дом быта вели. Надо с их старшим поговорить, может знает что-то. - Вова приобнял меня за плечо и встал, - Завтра пойдем.
Я кивнула в ответ. В глазах Вовы читается какая-то забота и тепло. Никогда бы раньше не пришла мысль, что подумаю о нём в таком ключе, но кажется мы можем стать друзьями. Когда остаёшься один, кажется что ценности меняются и начинаешь больше ценить людей, которые добры к тебе, хотя я очень редко, за всю свою жизнь была к кому-то добра.
Адидас зашел обратно, а мне совершенно не хотелось возвращаться туда, но мысль о том, что мои слова и правда были не сказаны не давала мне просто сбежать. Возможно мне хотелось, чтобы здесь была Настя и она нашла бы нужные слова по поводу Алсу, но при всем уважении к ситуации ей было стыдно показаться Вове после того как она вчера вырубилась в кресле.
Все же я беру в себя в руки и захожу внутрь.
Турбо наградил меня быстрым нервным взглядом и я не обращая внимания на это протиснулась через Зиму и подняла рюмку. Все замолчали.
- Знаете, - начала я, - ещё неделю назад моя жизни была... нормальной. Я каждое утро просыпалась в своей кровати, мне было что поесть, что надеть... И в этом всём заслуга Кощея. Он мог быть вспыльчивым, резким, где-то жестким, но я никогда не хотела бы быть сестрой кого-то другого. Он каждый день давал мне понять, что я самый важный человек в его жизни. Он помогал мне всегда, заботился, я никогда ни в чем не нуждалась. После смерти нашей мамы он сделал всё, чтобы моя жизнь оставалась нормальной. Да, мы ссорились... но мы же брат и сестра. И вот теперь, он ушел так же как год назад ушла наша мама...
Я заметила что Алсу что-то бубнит Демиду и крикнула:
- Ты блять можешь заткнуться хотя бы сейчас?!
Снова воцарилась тишина и я продолжила:
- За день до своей смерти он сказал мне, что моя сила зависит не от него. Я всегда считала иначе, но он приложил все усилия чтобы сделать меня силым человеком. В свою очередь я хочу сказать каждому кто сейчас находится здесь, что всю эту силу я приложу к тому, чтобы найти убийцу моего брата и не важно с вашей помощью или одна.
Я опустошила рюмку.