8.
Вот так, достаточно неожиданно, у Мартина вновь появился сосед по квартире.
Достаточно беспокойный сосед. Если вы думаете, что Брайт в депрессии лежал на диване заедая разбитое сердце шоколадом, смотря сериалы и рыдая в подушку, то вы плохо знаете Брайта. У этого парня шило в одном месте, не позволяющее ему сидеть спокойно и минуту. Странное дело, но Рида это почему-то совсем не бесило.
Период адаптации к новому соседу длился всего пару часов, а затем, Мартин нацепил наушники, углубился в работу и перестал замечать друга, предоставив парню снующему туда и сюда, на заднем плане, полную свободу действий. Он оторвался от компа, лишь когда Брайт стащил с него наушники и потащил за собой на кухню.
М-да, человеческая еда пахла довольно вкусно и выглядела достаточно аппетитно, но желудок человека, чьё питание в последние три года обеспечивалось доставщиками пиццы протестующе заурчал. Чересчур много овощей!!!
Увидев скептическое выражение на его лице Шерман уставился на Рида взглядом василиска, сложив руки на груди. По спине Мартина пробежал холодок и он вздохнув взялся за вилку. Что делать, он сам впустил это чудовище в свою жизнь.
Но это было только начало.
Брайт несколько дней не покидал квартиру, залечивая свои раны и часами пропадая в ванной. Ему стыдно было показываться на улице с синяками на лице, поэтому все покупки приходилось делать Риду. Продукты. Одежда. Лекарство. Рид в последние три месяца появлялся в продуктовом не так часто, как в эту неделю. Брайт, мающийся от безделья в четырех стенах готовил три раза в день и следил за тем, чтобы Мартин не засиживался за компом и не забывал поесть. Вдвоем они поглощали тонну продуктов, которую Мартин со списком в зубах, составленным Брайтом, сметал с полок магазина.
Между делом Шерман вылизал квартиру Рида превратив ее в нормальное жилье. В шкафу появились чистые вещи, а из мойки пропали грязные тарелки. В общем, Брайт быстро освоился и чувствовал себя в его квартире как дома.
Хозяйская кровать тоже досталась в полное распоряжение гостю. Тот, конечно, отнекивался и собирался спать на диване, но Рид настоял. И дело было не в том, что он такой замечательный хозяин, просто рациональное решение. Он всё равно работал до полуночи на компьютере и только бы мешал Брайту спящему в комнате. Сам же он и так, полдня валялся на диване, так-что ему и его спине было не привыкать.
И всё же, несмотря на то, что Брайт внес изменения в его уже давным-давно устоявшуюся жизнь, две недели спустя Мартин все еще был не против видеть его рядом.
Это оказалось неожиданно здорово просыпаться от запаха свежезаваренного кофе по утрам. К этому времени Брайт обычно успевал проснуться, сходить на пробежку (когда состояние его лица позволило ему это) и на обратном пути прикупить круассанов в маленькой булочной на углу.
Рид получал кофе и выпечку прямо в постель, то есть на диван. Гедонизм чистой воды. К такой жизни он не прочь был привыкнуть.
Но не надо думать, что он счастливчик, целыми лежащий на диване, окруженный заботой.
Брайт всерьез взялся за его воспитание и даже однажды вытащил его вместе с собой на пробежку в парк.
Рид сдох не добравшись до парка. Бегать это не его. От слова совсем. А вот полежать на травке, лениво наблюдая, как придурочный Брайт нарезает круги по дорожке, это очень даже его.
„Такой резвый в 8 утра“ - с уважением подумал Мартин, уснувший сегодня ночью где-то между двух и трех. Он расслабился на солнышке и закрыл глаза, собираясь наверстать недоспанное, но спустя секунду был растолкан безжалостным пинком.
- Вставай, лентяй, а то простудишься!
Рид, приоткрыл глаз. Брайт возвышался над ним загораживая солнце, чьи лучи создавали ореол вокруг его головы, как у святого. Рид засмотрелся. Это было красиво.
Он был далек от искусства, но внезапно пожалел, что не может рисовать. Задержать бы это мгновение, воссоздать по крупицам, мазок за мазком, оттенок за оттенком. Не в холодной бездушной фотографии, а картине, живой и теплой.
Толстокожий Брайт, потный и далекий от романтики, не заметил его восхищения нагнулся и ухватив его за руку потянул, заставляя подняться. Но Мартин оказался сильнее. Он дернул парня на себя и повалил на землю.
- Полежи со мной, - попросил он.
Брайт вздохнул и повернулся на спину, вытянувшись во весь рост рядом с ним. Они лежали голова к голове, молча наблюдая за проплывавшими над ними облаками. В голове было пусто, а на душе легко.
Единственное, что раздражало Рида, взгляд, каким Брайт смотрел на свой телефон. Он буквально не выпускал его из рук, каждые пять минут проверяя сообщения, которых не было. Боже, как же его это раздражало! Мартин с трудом сдерживал себя, чтобы не отобрать эту чёртову игрушку у Брайта и не спустить в унитаз. Брайт, замечая его недовольство, смущался и откладывал телефон в сторону, но спустя пять секунд, почти неосознанно, его пальцы тянулись к треклятому куску пластика.
И неизвестно, что больше раздражало Рида эти глаза, полные разочарования или то, что он не мог понять его. Брайта. Его тупую любовь. Его глупые чувства. Почему он все ждал? Почему? После всего, что этот ублюдок сделал с ним. Неужели можно еще любить? За что? Спрашивал он себя снова и снова. Пытался понять, но не понимал.
Возможно потому, что никогда не любил.
Пресловутый Карл и он никогда не встречались. Сам Рид на этом не настаивал, проникнувшись, уже после первой встречи с Брайтом, неприязнью к его парню. По прошествии трех лет, это чувство не изменилось.
То, что Снежок, при первой встрече с бойфрендом Брайта попытался выцарапать ему глаза и нассал в его, пипец какие дорогие кроссовки, только укрепило Марти во мнении, что Карл нехороший человек, что бы там Брайт не говорил. Кстати, после первой встречи Снежка и Карла, и было решено, при дальних перелетах Шермана кот отправляется к Риду, в целях безопасности. Карла или Снежка , это как посмотреть.
В общем, Карл и кот на дух не выносили друг друга и у Рида в этом плане появился единомышленник.
Но сам Брайт ничего не замечал или не хотел замечать, бог весть знает почему решив, что свет клином сошелся на этом парне.
Конечно, тот был красавцем. Мартин видел его фотки в интернете. Красивый блондин, с длинными, до плеч, вьющимися волосами, серые глаза, глубокий взгляд, татуировки, гитара. Тра-ла-ла! Такой плохой парень, с аурой из романтики и загадочности по которому сохнут девчонки. Но красивый козел, все равно козел. Самовлюбленный и эгоистичный.
Хотя, возможно, Мартин сам был самовлюбленным и эгоистичным. Это трудно объяснить, но что-то в глубине его ликовало каждый раз, когда Брайт разочарованно смотрел в телефон, как у игрока выигравшего пари. Мартин знал, что Брайт страдает и он желал ему эту боль, пологая, когда-нибудь его другу станет так больно, что он не захочет это больше терпеть. Тайно надеялся, что Карл никогда не позвонит. Плохой он друг.
Однажды, усевшись, по своему обыкновению, на подоконник чтобы покурить Мартин обнаружил, что цветок, который он считал безнадежно испорченным, внезапно выпустил два зелёных листа.