Глава 2
" Она слишком редка, чтобы найти ее во второй раз." — Д.
Дамир исчезнул за стеной и остановился, прислушиваясь.
Сумасшедшая девчонка с красивыми глазами попыталась позвать питомца к себе командой, но та принципиально оставалась на своем месте.
— Прошу, иди ко мне, — прошептала девушка.
Похоже, страх вновь подкрадывался, перекрывая кислород. Откуда только она свалилась на его голову? Он вздохнул и тихо прошел мимо неё, поднимая на самом деле, очень милую собаку на руки.
— Отойди от окна, — велел ей он, одной рукой держа Бэй, а второй аккуратно страховал девушку сзади, не касаясь спины. Повернувшись к ней лицом, он еле заметно сощурился.
Что с ней не так?
— Не щурься, потом будешь на морщины жаловаться, — она повторила его действия, но ее легкая улыбка была хитрой, а глаза — лисьими. Дамир отметил для себя, что девушка была очень красивой: немного смуглая кожа, карамельные волосы, выраженные скулы, аккуратный нос, пухлые губы, длинные ресницы и... глаза. Или он спятил, или не понимал их цвет. Карие. Или зеленые? Стоп. Голубые?
Он отдал ей собаку и услышал тихое «Спасибо».
Все-таки она умеет быть милой, но упрямая. Ему такие не нравятся.
В одну секунду им позвонили и они хором ответили: «Да?», слегка расходясь в разные стороны. Адель позвонила Лина, расспрашивая о том, где она и через сколько будет. А Дамир понадобился кому-то с работы. Девушка бросила трубку первой и разглядывала его, пока парень сосредоточенно слушал собеседника.
— Мне пора, — неожиданно быстро сказала она и ушла, оставив удивленного парня. Вообще он был не против с ней познакомиться, но упустил. Ну и ладно. Язва.
***
Я спустилась к квартире, закрыла Бэй на ключ и вышла из подъезда. Глаза сами приковались к полумесяцу, что уже покоился на небе. Когда я смотрела на Луну, всегда вспоминала папу. Он ушел, когда мне было 5, но воспоминания с ним всегда грели мне душу. Я была беззаботным ребенком. Папиной принцессой. Первые года прошли тяжело, больно и одиноко. Бабушка утешала меня рассказами: мой папа — космонавт, который улетел на Луну.
Когда я немного повзрослела, боль сменила ненависть. Мне не хотелось ни с кем общаться, никого видеть, отчего я засиживала дома круглые сутки, покидая свою комнату исключительно для похода в магазин или школу. В общем и целом, переживала свое подростковое время в четырех стенах.
Скоро я отпустила, оставила в памяти не мужчину, променявшего свою семью на другую женщину, а любящего отца-космонавта. Так легче.
Напротив полумесяца светило Солнце, привлекая к себе всеобщее внимание своими лучами. Кому есть дело до небольшого бледного спутника, когда рядом такая яркая звезда? Никому. Сама этого не замечая, я начала перебирать пальцами украшение на шее. Когда-то в детстве папа подарил мне аккуратное ожерелье с кулоном в виде звездочки.
Символично, да? С тех пор я никогда его не снимаю, чтобы помнить о том, что доверие — злая шутка человечества, которая затуманивает его разум.
Из подъезда послышался мужской смех, который вывел меня из мыслей. Только я обернулась, не успев среагировать и отойти от двери, как она со всей силы влетает в меня. Я открываю глаза и смотрю на него.
Финаев.
Естественно, кто же еще мог открыть входную дверь с ноги? Вопрос был риторическим, можете не отвечать.
— Господи! — с ним был еще какой-то парень его возраста, но с первой секунды я поняла, что он гораздо приятнее этого Придурка. — С вами все в порядке? — распереживался он, тут же подскочив с места ко мне.
Мило. Тот, кто чуть не рассек мне голову железной дверью, молча смотрел на меня, словно это я во всем виновата.
— Снова ты? — пренебрежительно спросил он.
— И снова ты, — ответила я, закрывая локоть правой ладонью. Рана кровоточила. Кажется, я инстинктивно закрыла голову руками, когда увидела железную дверь перед самым носом, а осознание от острой боли пришло только сейчас.
— Дай посмотрю, — протараторил его друг и хотел подойти ближе ко мне, но рука Дамира остановила его в районе груди.
— Я сам, — строго сказал он и встал слишком близко. Я подняла на него свои глаза и почувствовала, как их стало слегка щипать. Его взгляд был серьезным, но не злым, и... виноватым? Он прошелся по моему лицу, задержавшись на губах, затем его зрачки спустились к шее. Дамир еле слышно втянул воздух.
— Я в порядке, — сказала я, сделав шаг назад.
— Дай. Посмотреть. Руку, — отчеканил парень, но до сих пор не попытался коснуться меня сам. И я мысленно выдохнула. Уважаешь девушек и их личные границы? Браво, Финаев.
— Я сказала, что в порядке.
— А я сказал, что обязан посмотреть, — посмотреть? А извиниться ты не обязан? Придурок. Из-за наступающей тревоги я чуть сильнее сжала локоть. Рана неприятно защипала, добавляя порцию боли, на что я тихо зашипела и отпустила руку.
— Ничего страшного, мне просто нужна салфетка, — стала оправдываться я и полезла в сумочку. Там ведь должны быть. Где-то тут. Точно. Были же. Да черт возьми! Где они?!
— Извини, — вдруг сказал Дамир, — Не нервничай, у тебя руки трясутся, — сколько еще будет длиться этот позор...? — Можно я посмотрю, вдруг что-то серьезное, — я все же подняла на него злые глаза. Он был искренен. Считает ли он меня теперь истеричкой? Нервной? Это его отталкивает?
Почему тебя это волнует, Адель, хватит быть такой наивной.
Тревога подкрадывается. Я чувствую, как начинаю чаще дышать.
— Тише, — негромко сказал парень и аккуратно взял мое запястье. Смотря в глаза пристально, ища в них согласие на прикосновение. Я безмолвно даю его.
— Просто царапина, — выдавила я.
— Не просто царапина, — хмурится он, — Ссадина. И не маленькая, — он невесомо держит мой локоть в своей ладони, — Черт, извини меня, — похоже, он не просто чувствует вину. Внутри этого парня целый ураган, который он старается не показывать, как и большинство мужчин в современном мире. Для них эмоции — это что-то позорное. Откуда пошел этот принцип и отчего люди стали его придерживаться — мне неизвестно.
— Не страшно, ты не знал, — ритм сердца приходит в норму, и разум, кажется, снова на моей стороне.
— Нужно в аптеку — обработать, идешь? — Дамир говорил уверенно, точно зная, что делает. Привлекает ли меня это? Дайте подумать...
Выгони эти мысли из головы, Канаева.
— Я могу остаться? — я ошиблась, разум еще не на моей стороне.
— Оставайся с Кириллом, не бойся, две минуты и я приду, — Стоп. Стоп. Стоп. Какой Кирилл.
— Стой, — крикнула я вслед Дамиру, который уже развернулся в сторону аптеки, — Я тут живу, могу дома обработать, — Молодец, Адель. Продолжай думать мозгами. Не поверишь, но они тебе очень нужны.
— Нет, — отрезал парень, а его друг стоял в приличном шоке от всего происходящего. — Я хочу хотя бы так загладить свою вину. Хоть что-то. Две минуты, — вновь строго сказал он и скрылся за прозрачной дверью соседнего здания.
Жилой комплекс большой и современный. Буквально отдельный городок. Свои магазинчики, пару кафе, даже несколько частных клиник. Стоматология, салон красоты. Естественно, аптека тоже есть.
Чтобы снизить тревогу, я начала повторять успокаивающие движения. Выучила их, как мантру. Два вдоха, один глубокий выдох. Ладони потереть между собой. Концентрация на мелочах.
— Всё хорошо? — испуганно спросил парень, который остался со мной. Кирилл? Я слегка вздрогнула, поскольку секунду назад была погружена в свои мысли.
— Да, я в полном порядке, — кивнула в ответ.
Внешность Кирилла была обаятельна. Именно такая. С мягкими чертами, светлыми глазами и бледной кожей. Не то, что его друг.
Кого я пытаюсь обмануть?
Финаев будто с обложки журнала вылез, о чем речь. Острые скулы, темные волосы, слегка смуглая кожа и янтарные глаза. Телосложение у парней схоже. Видно, что в зале проводят все свободное время.
— Как тебя зовут? — спрашивает он.
— Адель.
— Ты извини нас, мы не специально, — раскаивался парень.
— Вы? Разве это не он вылетел из подъезда, пнув дверь ногой?
— Верно, но я тоже был рядом, — он запнулся, не зная, как продолжить разговор.
— Вы живете здесь? — подхватила я. Не то чтобы я горела желанием подружиться, но Кирилл излучал тепло, располагая к себе. К тому же мне надо было отвлечься на что-то и сгрузить мозг. Да и почему я не могу заводить новые знакомства? Разве где-то есть такое правило?
— Здесь живу я, — кажется, он облегченно обрадовался поддержанию диалога.
Остальную минуту мы провели в тишине. Она не была неловкой. Каждый чувствовал себя комфортно, обдумывая все шоу, которое только что устроили.
Из размышлений меня вывел хриплый голос:
— Держи, — Дамир протянул мазь для заживления.
— А пластырь? Хотя бы что-то? — вплеснул руками Кирилл.
— Это ссадина, она быстрее заживет на воздухе, под пластырем лишь намокнет. А мазь ускорит процесс, — Финаев объяснял с раздражением, мол «Идиотина, как ты вообще дожил до своих лет без этих элементарных знаний?»
На его телефон вновь позвонили, и он с тем же раздражением достал его из кармана джинс.
— Да?! — крикнул он в трубку, — Какого черта его еще нет?! Где носит этого кретина?! Мне плевать! Я пошел на уступки один раз! Уже половина седьмого! Делайте что хотите, но он должен выбрать.
Половина седьмого? Черт, черт, черт, черт.
— Мне нужно ехать, спасибо за мазь, — протараторила я и нервно начала вызывать такси.
— Я могу подвезти, — сказал Дамир, в то время когда Кирилл уже ушел в сторону парковки, сказав негромкое «Пока». Непонятное ощущение стыда вдруг накинулось на меня, словно я плохо поступила с парнем, когда он, между прочим, обходился со мной намного вежливее и милее, нежели его друг. Но решила сильно не зацикливаться на этом и плыть по течению.
Стоп. Что? Подвезти? Он решил поиграть в супергероя?
— Не нужно, я вызову такси.
— На такси дольше. И дороже.
— Я выгляжу как та, которая не может позволить себе такси до центра?!
— Куда тебе, — все также спокойно отвечал на мои возмущения он.
— Тебе какое дело. Иди по своим делам.
— Куда. Тебе. Ехать, — я бы ответила «какие мы злые», но немного неуместно. Жаль.
— Что тебе нужно?! — я окончательно взорвалась, ведь помимо надоедливой морды справа ни одна машина не вызывалась.
— Ты не найдешь водителя сейчас. Час пик. Сядь уже в машину. И не закатывай свои глаза!
— Я сама решу, что мне делать! — я обошла мужскую фигуру и пошла в сторону припаркованных машин. Я услышала обреченный выдох и готова поклясться, что он вскинул брови в гримасе «Господи, помоги мне с этой Ненормальной» — Я сфотографирую твою машину и отправлю подруге. Вдруг ты меня изнасиловать решил, — повернулась на ходу я, убеждая мужчину в серьезности своих намерений взглядом.
— Вперед, — скрывая раздражение, сказал он и дернул подбородком.
— Какая из этих твоя? — но он даже не успел открыть рот, как я продолжила. — Наверняка та, что подороже. Вот эта? — я посмотрела на него с прищуром, но его лицо осталось каменным. — О, ну конечно, простите, Ваше Величество, как я могла! Может эта? Сколько она стоит? Миллионов 20? — он шел сзади меня почти вплотную, все также не отвечая. — Что, еще дороже? Может, мы полетим на личном самолете до центра города? М?
— Закончила? — он грубо схватил меня за предплечье и развернул к себе, прижимая к сильному телу. Чтобы взглянуть в его глаза пришлось поднять голову, разница в росте была сантиметров 15. — Сядь, наконец, машину, и мы поедем, Кирилл выехал минут десять назад, я не могу опоздать.
— Ты сам решил меня подвезти, а теперь возмущаешься? Придурок, — последнее я сказала тише и куда-то в пол, но, кажется, он услышал.
— Делай, что ты там хотела, — он остановился возле.. Доджа Чарджера? Необычный выбор, но Дамиру подходит. И, естественно, не из дешевых.
Если он подумал, что я пошутила, то он ошибается. Я действительно сфотографировала номер машины и написала Лине:
Кому: Линочка.
«Меня подвозит один парень. Все расскажу на месте. Вот номер, на всякий случай. Додж Чарджер. 2022 года, кажется».
— Ты серьезно? — ну естественно. Он действительно подумал, что я шучу? 1:0, Финаев.
— В «Travelers coffee» в центре, — проигнорировала я его.
Почти всю дорогу мы ехали в тишине. В раздражающей тишине. В давящей и надоедливой тишине. И точно такая же была компания. По-моему наша ненависть друг к другу взаимна.
Мои мысли заняты чем-то похожим на: «Высокомерный мажор. Боже, пускай он продолжит молчать, мне с первой секунды стал противен его голос с хрипотой. Надеюсь, это наша первая и последняя встреча. Аминь, черт возьми».
Ну и, судя по его лицу и постукивающему пальцу на руле, я уверена, что его мысли ничуть не хуже: «Идеальная. Господи, пускай она будет счастлива с настоящим мужчиной. Я обязательно искуплю все свои грехи за сегодняшнее недоразумение. Я не должен был появляться в её жизни. Прошу прощения. Она слишком хороша для меня, но как теперь её забыть?»
Ну, может немного по-другому.
Конечно, я преуменьшила.
Додж свернула на нужную улицу, и Дамир, не открыв двери машины, неожиданно спросил:
— Я до сих пор не знаю твое имя.
—И?
— Но мое ты знаешь, — с вызовом он поднял одну бровь. Черт, он и правда вышел лицом. Очень даже.
— Ты видимо каждой прохожей его повторяешь. Боишься забыть?
— Его и так все знают, — он нахально склонил голову. Нет, он вообще в адеквате? Что он несет...
— Я ведь не знала — значит не все, — брови опустились в выражении: «Слишком умная?»
2:0
Я понятия не имею, почему до сих пор сижу в этой машине, мы рассматриваем друг друга в тишине. Додж заглушен, слышно даже наше дыхание.
— Так как тебя зовут? — негромко спросил парень.
— Тебе не обязательно знать мое имя, — я отстегиваюсь и собираюсь выйти.
— Ну а мое? Ты ведь ни разу не назвала меня по имени. Забыла?
— Помню, не волнуйся, — ответила я, уже стоя на улице.
— И как же меня зовут?
— Придурок, — дверь машины захлопнулась, и я зашла внутрь кафе, ища глазами подругу.
Придурок. Придурковатый. Придурковидный — только он крутился в голове.
Дамир Финаев.
Я запомнила твое имя. К сожалению.