8 глава
<Ася>
Я не знаю, сколько времени мы уже играли вместе. Может, пару дней. Может, неделю. Всё слилось. Я заходила «просто на вечер», но каждый раз оставалась дольше. И каждый раз он там — всегда вовремя. Появляется, как будто знал, что я зайду.
Пишет:
«У тебя новое настроение?».
«Сегодня ты даже не пыталась меня послать. Не заболела ли ты?»
«Тебе идёт ярость. Особенно виртуальная».
Я отвечала колко, стараясь держать дистанцию. Но он её не просто стирал. Он перестраивал пространство между нами. Тонкие подколы стали тёплее. А его «синичка» — звучало уже не как прикол, а как будто... он действительно видел меня. Меня. Настоящую.
Сегодня мы гоняли по пустошам в багги, вшестером, выполняли какой-то безумный рейд. Кричали в голосовой чат, ругались, спорили, кто потратил все аптечки. Влад всё время шутил — причём, пошло, как всегда, но я уже не краснела. А смеялась. Он знал, когда быть уместным, и даже его грязные шутки стали... ну, пусть будет «забавными».
В один момент, когда все вылетели, остались только он и я. Тишина.
И он пишет:
MisterV: «Ты заметила, что у нас получается быть в команде?»
Sinichkina44: «Я просто хорошая. Терплю тебя, как квест.»
MisterV: «Ну и терпение у тебя будет, если я задержусь в твоей жизни дольше, чем квест.»
Я хмыкнула. Опять он. Опять это «я весь такой непредсказуемый». Но во мне будто тянуло прочитать ещё.
Через пару минут — новое сообщение.
MisterV: «У меня странная идея. Не кафе, не кино, не ресторан.»
Sinichkina44: «Слава богу. Кино — худшее свидание на свете.»
MisterV: «О, значит всё-таки свидание?»
Sinichkina44: «...Удалить. Переписать. Забыла, что ты читаешь между строк.»
Он долго не отвечал. Потом — коротко:
MisterV: «Я серьёзно. Поехали кое-куда.»
Sinichkina44: «Куда?»
MisterV: «Это будет... неожиданно. Ты любишь спонтанность?»
Sinichkina44: «Смотря кто рядом.»
И вот тогда — он сбил меня с ног. Просто одной фразой.
MisterV:
«Нам обязательно надо будет видеться,
а то ты забудешь про меня. А я — не про "забудь". Я — про "остался".»
Я перечитываю это сообщение трижды.
Он всегда шутит. Он всегда дерзкий. Но сейчас было по-настоящему. Я почувствовала это под кожей, между строчек.
Забыть его?
Да как. Если даже, когда он молчит, у меня голова шумит его голосом.
Я открыла Telegram и написала:
«Ладно. Показывай свой не-кино-сюрприз. Но если там будет кто-то в масках или голые горы — я уеду первой маршруткой.»
Ответ пришёл моментально:
Влад: «Уже влюбляешься. Теряешь бдительность.»
Влад: «Жду тебя завтра в три. Буду внизу. Надень что-нибудь удобное. Хотя нет — надень что хочешь. Я всё равно буду пялиться.»
Я закатила глаза. И — улыбнулась.
Боже. Я иду на свидание с Владом Куертовым. Что я творю. Но почему внутри — так спокойно?
***
Утро началось с того, что я двадцать минут пялилась в шкаф и произносила про себя мантру:
«Это не свидание. Это не свидание. Это не свидание».
И всё же, пальцы автоматически потянулись к белому лонгсливу с вырезом. Тонкий, почти воздушный, но сидит по телу так, будто специально создан, чтобы напоминать, что у меня есть фигура.
—Отлично, — пробурчала я себе под нос. — Теперь он будет таращиться.
Открываю окно — солнце, лёгкий ветер. Волосы ведут себя прилично. Сегодня — укладка. Без плойки. Просто мягкие волны, немного спрея — и они лежат, как надо. Немного бунтарски, как будто я вообще не старалась. Хотя я старалась. Очень.
Перед зеркалом делаю макияж — быстро, уверенно. Лёгкий тон, немного румян, блеск для губ и чёткие стрелки. Стрелки получились с первого раза. Это, наверное, знак. Или угроза.
Подумала о каблуках — и тут же выдохнула. Нет. Не сегодня. Широкие серые джинсы, удобные, с высокой посадкой. Те, в которых чувствуешь себя одновременно крутой и свободной. Низ — белые кроссовки. Без претензий, но чистые до идеала.
Добавила аксессуары — кольцо, которое ношу всегда, тонкая серебряная цепочка и небольшие серьги. Минимализм. Без глянца. Без "я очень старалась понравиться". Хотя... Кто я обманываю? Конечно старалась.
Где-то между пудрой и тушью я поняла, что улыбаюсь. А это было опасно. Потому что значит, он меня уже трогает. Не руками. Хуже. Головой.
Я схватила сумку, кинула туда телефон, наушники, жвачку, духи. Пшикнула два раза за уши. Те самые духи.. Он точно запомнит.
Оставалось пять минут до назначенного времени.
Я посмотрела в зеркало. Белый лонгслив с вырезом подчёркивает ключицы. Джинсы — бомба. Волосы — волны. Губы — блестят. Глаза — с характером.
Ася Синичкина, ты выглядишь так, будто всё равно победишь. Влад, ты не знаешь, во что ввязался. Но и я — кажется, тоже.
Я стояла у подъезда, сжимая ремешок сумки и выглядывая из-за плеча: подъехал ли он уже?
В груди — лёгкая дрожь, не от страха, скорее от предвкушения. Или... от глупости.
И вот — он. Тёмная матовая BMW M8 подъехала к бордюру с почти киношным замедлением. Стёкла приоткрыты, внутри играет музыка, но пока не различить какая.
Я увидела его, когда дверь открылась. Влад вышел как будто из рекламного ролика: белая облегающая футболка-поло подчёркивает плечи, спортивный силуэт, расслабленная уверенность. Классические тёмные штаны и волосы, будто уложены рукой, но идеально. Он не спешил. Он знал, как выглядит. И, черт возьми, он действительно хорошо выглядел.
Он прошёл несколько шагов ко мне, с ленивой полуулыбкой, от которой у любой мозги вырубит.
—Оу... — сказал он, осматривая меня взглядом снизу вверх. Медленно. Без стеснения. — Синичка... ты выглядишь так, как будто это свидание.
—Это не свидание, — ответила я сдержанно, стараясь казаться холодной. Но голос выдал лёгкую хрипотцу. Да и врать — бесполезно. Я буквально вся в этом стояла, как нарисованная.
Он подошёл ближе, и прежде чем я успела что-то ещё вымолвить, наклонился и поцеловал в щёку. Одной рукой легко обнял за талию, вторую оставил в кармане.
—Ну как это не свидание? — его голос был низким, почти мурлыкающим. —Ты покраснела, Синичка. Я тебя спалил.
Я отстранилась, будто невзначай, и пробормотала:
—Это просто духи. Кожа реагирует.
—Ага. Кожа, говоришь, — он хмыкнул. — Запишу. Потом проверим научно.
Я закатила глаза, но не смогла не улыбнуться. Он бесит. Но так... красив.
—Ну ты и сам ничего, Куертов, — отозвалась я, будто нехотя. —Даже чистую одежду нашёл. Это прогресс.
—Для тебя, Синичка, я готов даже душ принимать. Представляешь — с мылом.
Он открыл передо мной пассажирскую дверь, кивнул:
—Прошу.
Я уселась в кресло, ремень нащупала вслепую, стараясь не глядеть на него. Но он уже сел за руль, завёл двигатель, и тишина заполнилась треками из его плейлиста.
И вдруг...
Billie Eilish — "Birds of a Feather".
—Боже, — выдохнула я почти автоматически, — Я обожаю Билли.
Он повернул голову и посмотрел на меня с этим своим «я знал» выражением лица.
—Вот видишь, Синичка. Совпадения не случайны, - с привычной улыбкой сказал он. —Скоро ты скажешь, что ещё и в меня влюбилась.
Я хохотнула, глядя в окно, и ответила:
—Мечтать полезно, однако.
Он включил поворотник, вывел машину на трассу, и город начал исчезать за стеклом. А я сидела рядом. Половина меня думала: "Ты с ума сошла, Синичкина." А вторая — включала в голове повтор этой песни.
И хотела, чтобы дорога не кончалась.