42
«daddy issues - the neighbourhood»
Спустя пару дней.
Было начало четвёртого. Или, может быть, конец третьего — это уже не имело значения. Время перестало чувствоваться с того момента, как я поняла: он действительно уезжает.
Я лежала на спине, поджав колени, в футболке, которую переодела просто чтобы чувствовать хоть какую-то ткань на себе, потому что кожа была будто оголена — не телом, а ощущением.
Тихо.
Ночь стояла как будто не городская — без машин, без голосов под окнами, без лифта, что стучит у соседей, без шагов. В комнате пахло подушкой и моими мыслями. Какими-то бесформенными, но тяжёлыми.
Я смотрела в потолок. И представляла: он сейчас тоже не спит. Или наоборот — всё равно спит, свернувшись в своей квартире, оставляя на утро последний чемодан. Как будто всё это уже не касается меня, только... касается.
Удивительно, как можно чувствовать рядом человека, которого вот-вот не будет рядом.
Не в буквальном смысле. А в настоящем.
Мне не хотелось быть драматичной. Я правда пыталась. Он же честно всё объяснил.
Слишком много всего накопилось — в нём, в нас. Эта суматоха, ссоры, мелочи, которые уставали терпеть, потом снова сближались — и снова не понимали друг друга. Наверное, он просто выдохся.
Он хотел перезагрузку. И я вроде как это уважала. Я хотела быть взрослой. Спокойной. Поддерживающей.
Но сейчас — в этой тишине, где даже стены казались другими, — мне хотелось быть просто человеком, который не знает, что будет дальше.
Телефон загорелся, как будто почувствовал.
03:14
Влад
— ты не спишь?
Я не сразу ответила.
Просто поднесла экран ближе. В горле что-то сжалось — не от слов, а от того, кто их писал.
нет. не получается—
Пауза. Я даже не положила телефон обратно — просто держала в руке.
Он ответил почти сразу.
Влад
— выйдешь?
Никаких объяснений. Никаких «я хочу тебя увидеть», никаких «это важно». Просто — «выйдешь?»
И я знала, что да. Уже знала. Хотя не знала, зачем.
Я одевалась почти без звука. Накинула джинсы, чёрную толстовку, сверху пальто.
Волосы были спутаны, я их даже не расчёсывала. Хвост и вперёд.
Губы сухие. Я провела по ним пальцем. В животе — ничего. Ни еды, ни устойчивости.
Когда открыла дверь, мои шаги по лестнице отдавались глухо, как будто здание тоже не спит.
На улице было прохладно. Приятно.
Я увидела его сразу — он стоял у машины, опираясь локтем на крышу. Свет от фонаря скользил по капоту, будто сцена из фильма, в которую я попала случайно. Руки в карманах, капюшон не накинут — волосы растрёпаны.
Он смотрел на подъезд, будто знал, в какую минуту я выйду.
Мы просто посмотрели друг на друга. Без лишнего. Без улыбок. Без слов.
— Привет, — сказал он.
Голос был мягкий, спокойный, но внутри — что-то сместилось.
— Привет.
Он чуть приоткрыл пассажирскую дверь. Я подошла, села. Привычное движение. Привычное кресло. Но внутри — всё не как обычно.
Мы тронулись. Медленно, плавно. Как будто никто не хотел нарушить эту ночь.
— Я не знал, напишешь ли, — сказал он через пару минут.
Голос ровный, но с чем-то чуть колеблющимся в интонации.
— Я тоже не знала, выйду ли, — ответила я. — Но потом подумала — когда ещё.
— Я вот тоже об этом.
Он немного улыбнулся, будто сам себе.
— Я не хотел прощаться вот так, знаешь? Просто сказать «до связи» или «созвонимся».
Я посмотрела на него.
— Я тоже не хочу.
Мы ехали медленно. Он свернул на Садовое. Асфальт был влажным, блестел.
Ночной город будто специально притих для нас — чтобы мы могли в нём раствориться.
Машина ехала по почти пустым улицам. Дворы, остановки, мокрый асфальт. Всё казалось как будто не по-настоящему.
— Как ты? — спросил он.
Я чуть вздохнула.
— Сложно сказать. Наверное, как человек, который притворяется, что спокойно, а внутри каша.
— Понимаю.
Он посмотрел на дорогу.
— Я не знаю, как правильно. Просто... в какой-то момент понял, что если не сделаю этот шаг, буду дальше задыхаться.
— Из-за нас? — тихо спросила я.
Он повернул голову. Посмотрел на меня прямо.
— Нет, Сонь. Не из-за нас. Из-за себя.
Пауза.
— Хотя... мы тоже стали отражать то, чего я не понимал в себе. И ты это знаешь.
Я повернулась к нему. Он выглядел усталым. Но не физически — по глазам. Сдержанно напряжённый. И всё же рядом.
— Ты... специально заехал?
Он посмотрел на меня боковым взглядом.
— Да.
— Почему?
— Потому что, если бы я не заехал, пожалел бы.
Пауза.
— Потому что, когда ты пишешь «я не сплю», я хочу быть рядом.
Я чуть усмехнулась, но слабо.
— Ты сам выбрал уехать.
— Да.
Он даже не стал оправдываться. Просто кивнул.
— Мне было нужно.
— Я знаю. — Я выдохнула. — Просто... в какой-то момент ты сделал выбор, в котором меня не было. Это странно.
Он помолчал.
— Я не совсем так это видел. Мне казалось... что я ухожу на время, чтобы разобраться в себе. Не от тебя, а... ну, ты поняла.
— Да. Поняла. Только всё равно это чувствуется как «от». Даже если ты не хотел.
Он выдохнул.
— А ты злишься?
Я пожала плечами.
— Я не знаю. Я скорее... растеряна.
Он молчал, но кивнул. И это было лучше, чем любое «прости».
И потом, чуть тише:
— Но это всё равно больно.
Он вновь медленно кивнул.
— Я не рассчитывал, что будет легко. Я не рассчитывал, что ты скажешь: да, классно, езжай. Но и врать тебе не хотел. Я устал от недоговорённостей. От напряжения. От того, что всё вроде близко, а будто через стекло.
Мы замолчали.
Я смотрела на его профиль. На то, как пальцы чуть подрагивают на руле, как он напрягает челюсть, когда думает. Как его кудри на голове уже потеряли свою форму , как раньше. Как будто всё в нём хочет быть спокойным, но внутри — не выходит.
— Ты боишься? — спросила я.
— Да.
Он не стал спрашивать, чего. Просто сказал — да.
И потом добавил:
— Боюсь потерять с тобой эту связь.
— Она уже изменилась.
— Знаю.
Он выдохнул.
— Но я всё ещё чувствую тебя. Ты — как будто вшита в меня. Просто сейчас мы не можем быть в одном ритме.
Я опустила взгляд.
— А если потом тоже не сможем?
Он не сразу ответил.
— Тогда мы хотя бы будем знать, что пытались.
— А ты будешь? - спросила я.
Он повернулся ко мне:
— Буду.
Пауза.
— Даже если это будет по-тупому. Даже если ты будешь злиться. Или молчать. Или игнорить. Всё равно. Я хочу, чтобы ты знала — я с тобой. Просто в другом городе.
Мы снова замолчали.
И в этой тишине между нами было больше, чем в самых длинных диалогах.
Машина подъехала к реке. Он остановился, выключил двигатель.
— Пройдёмся немного?
— А нам хватит времени?
Он взглянул на часы.
— Десять минут точно есть.
Я кивнула.
Мы вышли. Воздух стал свежее, чем был. Он шёл чуть впереди. Я чуть сзади. Потом он сбавил шаг, и мы пошли рядом.
Сначала молча. Просто дышали. Ночью, в городе, который не спит, но делает вид.
— Иногда, — сказал он вдруг, — я боюсь, что ты забудешь, как я к тебе прикасался.
— Я не забуду.
— А я боюсь.
Он остановился. Посмотрел на меня.
— Ты как будто стала мне домом. А теперь я сам себе говорю: "уезжай". Это... противоестественно.
Я сжала губы. Внутри — ком.
— Я не знаю, что будет, Влад.
— Я тоже.
Он чуть шагнул ближе.
— Но я хочу, чтобы ты была. Даже если издалека. Даже если это больно. Даже если... не как раньше.
Я кивнула. Медленно.
Он ничего не сказал. Просто посмотрел. И этого было достаточно.
Мы немного ещё постояли у реки. Он просто держал руки в карманах, а я — скрестив руки на груди. Как будто если их опустить — всё рассыплется.
— Хочешь, я напишу тебе, когда прилечу? — негромко спросил он.
— Хочу, — ответила я. — Но не знаю, что сказать, если ты вдруг не напишешь.
Он чуть склонил голову, смотря на тёмную воду.
— А если я напишу, а ты не ответишь?
Я хмыкнула, опуская глаза:
— Тогда ты узнаешь, каково это — ждать без ответа.
Мы оба знали, что это не укор, не шутка и не угроза. Просто факт. Просто честность.
Он кивнул, будто принял это.
— Я всё ещё думаю, что между нами что-то есть.
— Я тоже, — прошептала я.
— Но я не могу сейчас ничего обещать.
— Уже не прошу.
— Я просто боюсь потерять тебя как человека. Неважно — в каком формате.
Тут я на секунду отвернулась. Пальцы замёрзли. Я потерла ладонью запястье, не глядя на него.
— А мне кажется, что формат уже не спасает. Или мы рядом, или нет.
Он ничего не ответил. И эта тишина вокруг окутала нас. Позволил каждому обдумать всё это.
Когда мы вернулись к машине, было около четырёх. Город по-прежнему спал, как будто специально для нас.
Я села на своё место, запах машины вплёлся в мои воспоминания: чуть выветрившийся одеколон, холодный воздух из окна, мягкая кожа сидений.
Он завёл двигатель, включил фары.
Я не смотрела на него, просто вглядывалась в дорогу. Всё происходящее казалось не ночью, а вечностью.
— Можно тебя кое о чём попросить? — вдруг сказал он.
— О чём?
Он повернул голову, посмотрел внимательно.
— Просто... не исчезай, ладно? Даже если захочешь. Просто скажи. Что бы ни было. Не будь , как я.
Я замерла на секунду.
— Это тяжело.
— Я знаю.
— Я не знаю, как это — быть рядом и не быть.
— И я не знаю. Но хочу, чтобы мы были честными. Даже если это будет неудобно. Или неловко. Или грустно. Просто... не пропадай.
Я кивнула.
— Только если ты тоже.
— Я постараюсь.
Пока он вёл, я всё думала: какой он, этот другой Влад. Не тот, с которым мы привыкли спорить о ерунде, или держаться за руки, когда никто не видит. А тот, который сейчас рядом со мной, но уже в движении куда-то прочь.
И всё-таки он мне был ближе, чем любой другой. Даже если между нами сейчас не отношения, не договорённости, не конкретные статусы. Он был мне просто — своим.
Влад включил музыку. Тихо, ненавязчиво. Я узнала этот плейлист. Он ставил его в одну из тех ночей, когда вез меня от Иры.
— Ты помнишь, как мы ехали с Юго-Западной, и ты ругал мою систему навигации? — вдруг сказала я.
Он рассмеялся.
— Конечно. Она же повела нас через какой-то ад.
— Да, через кладбище и промзону. А ты ещё сказал: «Если это конец, то достойный».
Он улыбнулся, не отводя глаз от дороги.
— Тогда мне уже было хорошо просто ехать с тобой. Хоть куда.
Мне стало тепло от этой фразы. Просто — по-человечески.
Без подводных смыслов. Без обещаний. Без «навсегда».
Просто — вот так.
Через несколько минут он спросил:
— Как думаешь, у нас когда-нибудь получится всё по-другому?
— Я не знаю.
Я взглянула на него сбоку.
— Но если ты хочешь вернуться — возвращайся только тогда, когда будешь знать, зачем. Не из страха. Не от одиночества.
Он кивнул.
— Справедливо.
— А ты хочешь, чтобы я тебя ждала? — тихо добавила я.
Он чуть сбавил скорость, как будто вопрос ударил по педали.
— Нет.
Он посмотрел на меня.
— Я не хочу, чтобы ты жила, как будто меня нет. Но и чтобы застревала — тоже не хочу. Если я тебе нужен — я буду. Но я не хочу быть якорем.
Я опустила глаза.
Это было больно — но честно. И за это я его уважала.
— Я не хочу терять с тобой контакт. Мы можем писать друг другу. Звонить. Не каждый день. Не обязаловка. Просто... если вдруг будет потребность. Если будет желание , то не убегай от меня.
— Хорошо, — кивнула я. — Давай попробуем.
Мы долго ехали в молчании. Но это была тёплая тишина. Как между людьми, которые не всё знают, но многое чувствуют.
Мы почти доехали до его дома, когда он сказал:
— Мне нужно будет собраться. Потом вызвать такси до аэропорта.
Я взглянула на него:
— А если я тебя отвезу? А потом верну машину на паркинг?
Он удивлённо посмотрел:
— Ты хочешь?
Я кивнула.
— Да.
— Соф..
Он чуть выдохнул.
— Это очень важно для меня.
Я улыбнулась.
— Значит, поехали.
Он свернул в сторону своего подъезда, припарковался.
— Поднимусь на десять минут. Пойдешь со мной?
— Подожду здесь , не хочу туда идти.
Он замер на секунду, будто хотел сказать ещё что-то, но потом просто кивнул с понимаем, открыл дверь и вышел.
Я осталась в машине.
Закрыла глаза.
Прислонилась лбом к прохладному стеклу.
Просто — слушала ночь. Чувствовала, как сердце тихо стучит. Как будто оно знает, что всё только начинается.
И когда он вернулся, поставив сумку в багажник и сел рядом с лёгким, почти уязвимым движением, я посмотрела на него — уже не как на того, кто уходит.
А как на того, кого хочется отпустить с надеждой.
Я пересела на водительское сидение , Влад рядом. Он пристегнулся, повернулся ко мне.
— Готова?
Я кивнула.
— Поехали, — сказала я.
— В аэропорт, — добавил он.
И мы направились туда. В ночь. В расставание. В новую главу.
__________
буду рада услышать ваше мнение ;)