38
"every breath you take - the police"
Прошло два дня.
Два глупых, растянутых, холодных дня.
Не тех — ледяных, с колючими снежинками и морозом, когда дыхание превращается в белый пар. А именно таких — промозглых, мокрых, сыростью проникающих под кожу. Тех, которые давят на виски и заставляют кутаться в шарф, даже если вроде бы не так уж и холодно. Холодно внутри. Холодно — там, где обычно тепло.
Я вышла из квартиры, захлопнув за собой дверь чуть сильнее, чем хотела. Воздух снаружи обдал лицо тонким ветром, пахло мокрым асфальтом, горьким кофе из соседней кофейни и чем-то ещё..чем-то знакомым. Осенью. Ноябрём. Тишиной, в которой всё не так, как должно быть.
Я шла вдоль улицы, упрямо вцепившись пальцами в ручки двух сумок. В одной телефон , ключи и помада. Во второй — сладости, к которым я, скорее всего, не притронусь. Просто потому что так не делается. Потому что нужно продолжать делать вид, что всё нормально.
Но нормально не было.
Телефон молчал. Вернее — я заставляла его молчать.
Если бы включила звук, услышала бы эти уведомления: сообщения, реакции на мои сторис, вопросы от общих знакомых, голосовые — нерешительные, будто Влад боялся показаться навязчивым, но всё равно записывал. Один раз даже приезжал под дом. Я видела через окно. Стоял под подъездом минут двадцать, курил, потом ушёл.
Я могла бы открыть переписку, прочитать, послушать — ответить. Но не могла. То есть — физически могла, но внутренне будто парализована этим глупым ощущением: «Ты же сама виновата». Или «А может, он?». Или — «Почему вообще так вышло?»
Но самое страшное было — скучать.
Скучать, зная, что даже если сейчас взять и написать: «Привет», — это ничего не решит. Там под слоем нежности уже образовался ледяной коркой какой-то слой непонимания. И даже самые красивые слова будут звучать глухо, как будто через стекло.
Кофейня была совсем рядом. Моя любимая. Маленькая, как кукольный домик. Изнутри всё — в розово-белых тонах. Мягкие кресла, пледы, гирлянды, лёгкий запах ванили и свежесваренного кофе. Тёплое, безопасное место, где тебя знают, но не лезут. Где можно посидеть одной и просто быть.
Я толкнула дверь плечом, звоночек над дверью тонко пропел.
— О, здравствуйте, — Серёжа, бариста, улыбнулся из-за стойки. Он уже знал, что я возьму капучино на миндальном и конфету из орехов, хотя иногда я пыталась его удивить заказом чего-то другого.
— Привет, — выдохнула я, кутаясь в шарф.
— Всё как всегда?
Я кивнула.
— Пять минут — и всё будет, — подмигнул он и отвернулся к кофемашине.
Я выбрала свой любимый столик у окна. Села, поставила сумки рядом на стул, сцепила пальцы. Небо было темно-серым, лампы на улице мерцали, отражаясь в мокром асфальте.
Телефон ждал.
Я медленно разблокировала экран. Вошла в переписку.
И вот оно. Всё.
Влад.
– Соня, пожалуйста, просто скажи, что с тобой. Я не хочу гадать
Потом — реакция на мою сторис, где я выложила старую фотку с концерта, где мы стояли втроём с Лёшей, ещё друзьями. Он поставил просто реакцию «огонька». Что это вообще значит?
Следующее сообщение было уже ночью:
Влад.
– Я скучаю. Очень. Если хочешь — вообще не будем об этом говорить. Просто поговорим о чём-нибудь. О чём угодно
Я сжала пальцы, уткнулась лбом в ладони. Холод от пальцев напомнил мне, что я всё ещё здесь, в реальности, а не где-то в мыслях, где мы всё ещё смеёмся друг другу в переписке.
Вчера — новая реакция. На песню. Нашу песню. Которая стала нашей , после того , как я переехала к нему. Она была у меня на репите, а потом заела и у него в голове. Я выставила её специально. Намёк. Но что дальше? Он понял? Или опять будет делать вид, что не понял?
Я вздохнула. «Почему всё так сложно».
— Вот ваш кофе и ореховая конфета, — вернулся Серёжа, осторожно ставя тарелку и чашку на стол.
— Спасибо, — кивнула я.
Он задержался на секунду.
— Всё нормально? Вы сегодня какая-то..не такая, как обычно.
Я слегка улыбнулась.
— Всё нормально, правда.
Он кивнул, но взгляд его говорил: «Если что — я здесь». Странно, но именно такие простые человеческие моменты иногда цепляют сильнее, чем большие разговоры.
Я сидела, смотрела на десерт, а потом снова открыла переписку. Хотела закрыть, но палец остановился на одном из его сообщений.
Влад.
– Не умею я по-другому, Сонь. Если бы умел, наверное, было бы проще. Но я же тебя знаю. И ты меня знаешь. Ну не можем мы просто так сделать вид, что ничего не было
Что-то сжалось внутри, будто кто-то осторожно надавил на сердце.
Я сделала глоток кофе. Горячий. Горьковатый. С миндальным послевкусием. Как раз то, что сейчас нужно.
И в этот момент к столику снова подошёл Серёжа. С маленькой тарелкой. На ней — кусочек торта, украшенного клубникой.
— София? — голос Серёжи заставил меня поднять голову. — Тут , это , тебе что-то передали.
— Что? — нахмурилась я, аккуратно вытирая пальцы о салфетку.
Он поставил передо мной тарелочку. Небольшой, аккуратный тортик. И записка, сложенная пополам.
— Я не заказывала, — тихо сказала я, чувствуя, как внутри похолодело, словно сквозняк прошёл по спине.
— От четвёртого столика, — указал Серёжа куда-то за спину.
Я резко обернулась. Пусто. Только пустая кружка да смятые салфетки.
Сердце глухо ударило в грудь.
Я развернула бумажку.
Коротко. Почти небрежно, почерком, который я знала:
«Ты же знаешь, я всё равно добьюсь своего. В.»
Грудь сдавило. Как будто этот воздух в кофейне внезапно перестал быть уютным. Или наоборот — стал слишком уютным. Как будто всё это время кто-то невидимый сидел рядом.
Внутри меня одновременно вспыхнула злость, растерянность и глупое, раздражающее тепло. Я ненавидела это ощущение. За то, что оно делало меня слабее. Или честнее?
Телефон завибрировал.
Влад.
– Сонь. Просто напиши. Или скажи, что никогда больше не хочешь — и я отстану. Но не молчи так, это самое хуевое
Как же всё неправильно.
Я закрыла глаза и глубоко вдохнула, стараясь хоть как-то привести мысли в порядок. Записка всё ещё лежала передо мной на столике, как напоминание о том, что от чувств не убежишь, как бы я ни старалась.
Домой шла медленно, как будто специально оттягивая момент встречи с Ирой и Настей. Улица была уже почти пустая, только фонари тускло подсвечивали мокрый асфальт, по которому не хотелось идти быстро — как будто ноги сами тормозили, заставляя меня проживать это всё ещё раз, разжёвывать внутри каждую секунду, каждую эмоцию.
Когда я подошла к подъезду, из окна кухни светился тёплый, жёлтый свет. Наверное, они уже сидят там — Ира наверняка режет что-то на ужин, а Настя в телефоне листает мемы или ленту.
Я вздохнула, потянула дверь на себя и поднялась по лестнице, чувствуя, как внутри всё сжимается сильнее с каждым шагом.
На пороге меня встретил запах еды — что-то с чесноком и сыром, уютное и домашнее. А ещё — разговоры, тихие, почти шёпотом, как бывает, когда обсуждают что-то важное или кого-то.
— Соня? — первой заметила меня Настя, выглянув из кухни. — Ты где пропадала? Мы уже думали идти тебя искать.
Я только пожала плечами и молча прошла на кухню. Достала из сумки сладости, как будто этим жестом можно было отвлечь от главного.
Ира бросила на меня быстрый взгляд, прищурилась.
— Ты была там? — тихо спросила она.
— Где?
Настя усмехнулась и села обратно на табурет.
— В своей кофейне, где ещё? — она закатила глаза, но без злости. Скорее с тем самым знанием, которое обычно бывает у близких людей. Они знают тебя даже тогда, когда ты пытаешься делать вид, что ничего не происходит.
Я устало присела на табурет рядом.
— Немного прогулялась, да, — призналась, избегая их взгляда.
Ира поставила нож, повернулась ко мне, облокотившись о столешницу.
— И?
Я посмотрела на них обеих. На их лица — знакомые, родные, тёплые, полные терпения.
— Он писал, — тихо сказала я.
— Мы знаем, — перебила Настя. — В истории он комментарий оставлял под твоим фото. И вообще, Сонь..— она закусила губу, — ...ты же понимаешь, что он не сдастся, да?
Ира кивнула, присев напротив меня.
— Он должен сделать первый шаг, — твёрдо сказала она. — Это правильно. Пусть пытается. Ты не обязана сейчас бросаться в это с головой. Особенно после... — она замолчала, но я поняла, о чём она. После всего, что между нами случилось.
— Знаете, что он сделал? — выдохнула я и достала из кармана ту самую записку, расправив её на столе.
Обе наклонились, читая.
Настя первой поджала губы.
— Ну... красиво играет, конечно, — пробормотала она. — Романтик, блин.
Ира ничего не сказала. Только посмотрела на меня внимательно, пристально. Словно пыталась заглянуть прямо внутрь, туда, где у меня всё уже давно спуталось в ком.
— А ты чего хочешь? — наконец спросила она. — Реально. Хочешь, чтобы он дальше бегал? Или хочешь разобраться?
Я уставилась на свои пальцы, сцепленные на коленях. Слова застревали в горле, как всегда, когда дело касалось честности перед самой собой.
— Я скучаю, — призналась наконец. Тихо-тихо. Почти не слышно. — Но я не знаю, что делать с этим. Потому что скучать — это одно. А забыть, как мы друг друга не поняли... это совсем другое. Особенно , что это не первая ситуация. Вы понимаете , о чем я.
Тишина. Только шум вытяжки на кухне и где-то в коридоре — скрип половиц.
Настя первая разорвала паузу:
— Ты выставила ту песню для него?
Я кивнула.
— И что, думаешь, он не понял? Да он понял. Просто боится. Или делает вид, что не понял.
Ира положила ладонь поверх моей.
— Сонь. Мы с тобой. И мы тебя поддержим, как бы ты ни решила. Хочешь — будем вместе его игнорить. Хочешь — сама ему напишешь. Но только если ты этого хочешь. Не ради него. Ради себя.
Сердце сжалось. А на лице появилась мягкая улыбка - благодарность девочками , что они есть. А это самое главное.
Я медленно подняла телефон. Открыла переписку.
И знаешь, что самое странное? Я вдруг поняла, что могу.
Не потому что обязана, не потому что «надо», а потому что так правильно. Для меня. Для того, чтобы поставить точку или, наоборот, поставить три точки и увидеть, что будет дальше.
Открыла его профиль. Посмотрела на последние истории. Репостнул чей-то пост фанатов , где момент из их сегодняшнего стрима. Он говорил с кем-то, на фоне — шум улицы. Взлохмаченные волосы, усталое лицо. И вдруг — он, тихо, почти неслышно, напевает ту самую песню, что я выставила. Every Breath you take. Это она.
Это было даже не для кого-то. Для себя. Или для меня? Не знаю.
Я нажала тоже «репостнуть в сторис». Без слов. Просто та самая песня. Его голос. Его лицо. Его глаза.
И через пару минут в переписке от него всплыло сообщение:
Влад.
– Ты серьёзно?
И ещё одно:
Влад.
– Значит, хочешь, чтобы я продолжал, да?
Я улыбнулась. Впервые за эти два дня — по-настоящему.
Ира и Настя переглянулись, и я услышала от Насти:
— Ну всё, начинается кино.
И знаете... Я была готова его смотреть.
_________
жду ваше мнение , это помогает продвигать работу и поднимает мне мотивацию ;))