Глава 24. Время
“Проснулась, умылась… — Ручка застыла над страницами ежедневника, пока я пыталась припомнить, что же ещё можно вместить. — Точно!"
“Посмотрела телевизор”.
С издевательской улыбкой я захлопнула ежедневник и убрала его в ящик стола.
«Выплеснуть эмоции, Лэйн, – напутствовал меня психолог, – запишите всё, что накопилось». Какие, к чертям, эмоции, хотелось мне спросить, но кто я такая, чтобы спорить с "профессионалом"? Тем более, что потом я смогу использовать эти записи как доказательство того, что я "пыталась".
Психолог сказал, что это нормально – чувствовать разные эмоции. Гнев, тоска, злость. Я чувствую, что мне хочется выпить что-нибудь, что могло бы стереть пару месяцев из моей памяти. И, возможно, поиздеваться над всеми, кто будет выглядеть слишком скорбящим. Это считается? Или это уже "злость"?
Впрочем, я записываю, а что именно — уже не так важно. Честно говоря, я понятия не имею, о чём пишут в дневниках. Если задуматься, я вообще ничего не чувствую. Хотя…
— Кушать хочется.
————
Я скучающе вертела мобильник в ладони, наблюдая, как медленно вращается вчерашняя пицца в микроволновке.
Дзынь.
Вскакиваю с предвкушением, но звук раздался совсем не из микроволновки.
Это была входная дверь.
— Интересно... — Пробормотала я, удивлённо приподняв бровь.
— Неинтересно. — Закатываю глаза и захлопываю дверь перед самым носом Билли.
Ладно, я снова её открыла.
— Шутка. — Я изображаю на лице подобие улыбки.
— Твой юмор усугубился. Думаю, психолог тебе делает только хуже. — Билли сочувственно похлопала меня по плечу и прошла на кухню.
— Проходной двор! — Возмущённо всплеснув руками, я последовала за ней.
— Боже, чем ты вообще питаешься? — Билли с явным отвращением отправила мою пищу в мусорное ведро, пока я, нарочито громко вздохнув, уселась на стул.
— Как дела?
— Ты заходишь ко мне почти каждый день, вчера ушла вечером. Как думаешь, за ночь что-то могло измениться?
— Да? — Билли с надеждой обернулась.
— Нет.
— Ладненько…
Блондинка выложила на тарелки еду из контейнера и, справившись, пожелала приятного аппетита. — Хорошо, тогда я расскажу тебе о своих делах.
— Погоди.
— Неужели мои дела настолько неинтересны, что ты даже тему для разговора придумала? — Притворная обида слышалась в голосе.
Я поджала губы и сделала глубокий вдох, прежде чем задать самый важный вопрос. — Как она?
Билли мгновенно поняла, о ком речь, и отложила столовые приборы. — Стабильно.
— Ничего не изменилось… — Мои плечи разочарованно опустились.
— Знаешь, прошло не так много времени. Люди пробуждаются и из куда более долгой комы. Твоя мама очнётся. Будь в этом уверена.
Билли подвинулась ближе и склонила голову мне на плечо. Напряжение, сковывающее тело, постепенно отступало, и я осторожно положила свою голову поверх её.
— Мне кажется… — Мой голос резко сел, из-за чего я прокашлялась.
— Что?
— Я… — Сердце забилось. На языке вертится то, что я обязана сказать. Обязана Билли.
— Умираю с голоду!
Сбросив голову Билли с плеча, я начала уплетать пасту за обе щёки.
— Ты странная, но аппетит — это хорошо. — Блондинка повторила за мной, но её взгляд стал пристальным. Она наблюдала.
— Знаешь, психолог сказал, что стоит выходить в общество. Понимаешь, о чём я?
— Нет?
Теперь уже Билли закатила глаза. — Да. После обеда собирайся, иначе я позвоню твоим опекунам.
Я усмехнулась. В голове прозвучало: «Хорошо, мам», отчего в сердце неприятно кольнуло.
— Ты стала занудой. — Я разочарованно помотала головой, кладя тарелку в раковину.
— Считаешь меня занудой? — Билли облокотилась плечом о косяк двери и прищурила глаза, словно я сморозила какую-то глупость.
— Да, именно так я и сказала. — Не отказываясь от своих слов, я ответила на её взгляд и, в свою очередь, облокотилась о кухонный стол.
«Она явно восприняла это серьёзно». — В моей голове уже пищала красная мигалка, и обезьянка с тарелками, поскольку её взгляд меня насторожил.
— Тогда сегодня на прогулке я не буду "занудой". — Билли исковеркала слово, закатила глаза и, развернувшись на носочках, направилась к входной двери.
— Да я же… — Хлопок двери заставил меня замолчать. — Разве обижаться на это не признак занудства?
Мне показалось, что даже моё тихое бурчание Билли расслышала каким-то образом, ведь в окне она сразу подняла на меня голову. Девушка грела машину перед нашей прогулкой, пока я переодевалась.
«Готова?» — Прочитала я по губам Билли, на что ответила утвердительным кивком и стала спускаться на первый этаж.
На улице царила мрачная атмосфера. Туман, тишина, тёплый ветер. Но в то же время это ощущалось чем-то комфортным, чем-то подходящим для моего спокойствия.
Внезапно по моей кисти хлопнули, и что-то упало на землю. Увидев внизу пачку сигарет, я подняла глаза на Билли и самым невинным голосом заявила:
— Рефлексы.
— Твоя рука тоже любит покурить?
— Мы с ней родственные души, сама в шоке.
— Иди в машину, Покахо́нтас! — Блондинка пыталась, правда пыталась, сохранить строгость, но улыбка так и рвалась наружу.
— Да иду я, иду…
В автомобиле играл сборник песен исполнителя Drake. Моя голова покачивалась в такт, а сама я любовалась видом из окна.
Билли первой прервала тишину. — Я взяла твой скейт.
Я на секунду замерла, а после нахмурилась в непонимании.
— Зачем?
— Сегодня он тебе понадобится.
В моей голове уже выстроилась цепочка догадок, куда мы едем и зачем. И догадка мне не понравилась.
— Я не хочу кататься.
— Не хочу настаивать, но я знаю, что ты хочешь.
— Не знаешь. — Всем своим видом я показывала, что она глубоко заблуждается, но внутри занервничала.
— Ты бросила все свои интересы из-за… — Билли замолчала, перебирая в голове, как помягче это произнести. — Именно поэтому я знаю, что это не твоё нежелание, а что-то иное.
— Ты что, общалась с моим психологом? — Я шокировано повернулась к Билли лицом и скрестила руки.
— Почему сразу общалась?
— Хочешь сказать, ты этого не делала? — Я усмехнулась.
— Ладно, делала. Но! — Билли подняла указательный палец. — Давай по-честному, от тебя я ничего бы не услышала. И, между прочим, даже психологу ты говоришь чужую историю, уверенна, из какого-то сайта душевнобольных.
— Что? Какого ты обо мне мнения?
— Хочешь сказать, ты этого не сделала? — Послышался смешок.
— Ладно, сделала. Но…
Я поджала губы, пытаясь вспомнить какие-нибудь аргументы, но в голове была пустыня с перекати-полем.
— Но?
— Ну хорошо, ты победила!
— Я не играла, Лэйн.
— Значит, ты можешь отдать победу мне?
— Ты…
— Самая лучшая?
— Именно.
Минута молчания, и я, не сдержавшись, громко рассмеялась.
— Всё?
Мне даже этот вопрос показался забавным, из-за чего я прикрыла рот ладонью, чтобы не было слышно моего смеха.
Смех всё равно послышался. Но не мой.
Я не знаю, сколько мы смеялись, но мне казалось, это была вечность. Хорошая вечность.