Это она
Tobias
Чьи-то пальцы аккуратно перебирают мои волосы. Я чувствую, что продолжаю лежать на полу, но голова покоится на чём-то мягком. Слышу всё, что происходит вокруг: дыхание другого человека, стук сердца, шум воды где-то под нами, — но не могу открыть глаза; боюсь, что боль вернётся при малейшем движении. Голова гудит, я стараюсь глотать ртом воздух, но словно забыл, как дышать. Мной овладело ощущение пустоты, будто меня отрезало от всего мира и я совершенно один. Пытаюсь вспомнить, что произошло, но вижу только её. Мы стоим в Атриуме, окружённые растениями, которые скрывают нас от ненужных глаз. Трис... это она. Я вижу её, помню её голос, прикосновения, движения... Помню, как касался волос, вдыхая их запах. Она вздрагивала, когда я обнимал её за талию, притягивая к себе. Помню, как увидел её в первый раз, такую маленькую и хрупкую; хотелось защитить её, но позже я понял, что Трис не нуждается в защите. Она боец и воин, в глазах девушки я не видел страха, даже когда сам был в отчаянии. Как я мог забыть то, что заставляло меня жить весь последний год? Вместе с Трис я вспомнил и то, что происходило с Чикаго: восстания, истребление Альтруистов, гибель друзей, то, что находится за стенами города... Мысли в голове смешались — я пытаюсь успокоиться и расставить всё по порядку.
— Тобиас, — прошептал на ухо женский голос.
Ее пальцы замерли у меня на шее, девушка пыталась нащупать пульс и нервно вздохнула, когда поняла, что я еще жив. Я помнил, что произошло несколько месяцев назад, но не то, что было вчера и как я оказался на полу.
Неужели это Трис? Рядом со мной, цела и невредима. Я собрал волю в кулак и попытался приподняться, медленно открыв глаза. Я находился в комнате пейзажа страха.
— Трис?
Девушка убрала руки, но молчала. Я сжал зубы, чтобы не застонать от боли в костях, и на локтях повернулся к ней. Я разочаровался, когда увидел не Трис. В груди всё поникло, больше не было сил, чтобы встать.
— Эми, — как-то отрешенно сказал я.
— Да, не хотела тебя разочаровывать.
Я закрыл глаза и положил голову на пол, чтобы унять боль в висках.
— Сколько я был без сознания?
— Три часа.
— Вот чёрт... надо идти назад, пока Эрик не заметил... Эрик?
Я перебираю в голове воспоминания. «Супермаркет Безжалостности», пристанище Правдолюбов. Эрик был казнён — какого чёрта?.. Я уже не понимаю, что происходит. Почему он жив? Как такое вообще возможно?
Я срываюсь с места так резко, что Эми вздрагивает, но уже через мгновение жалею об этом. Подхожу к двери и хватаюсь за ручку, переводя дыхание; к горлу подступает тошнота. Эми подходит ко мне и берёт за руку, и у меня даже нет сил сопротивляться.
— Я помогу. Думаю, что ты должен поспать, — говорит Эми, перекидывая мою руку на свои плечи.
В Эми всё еще живёт альтруист, к сожалению от этого ни как нельзя избавиться, ведь я это знаю на собственной шкуре. Она тянет меня вперёд, а я послушно плетусь за ней. Впереди ступеньки ведут вниз. Я аккуратно спускаюсь, чтобы не упасть на Эми. Ноги, словно ватные, несут меня вперёд. Мы проходим мимо Ямы, но подальше от обрыва. Вокруг не так много людей, и это хорошо. Будет трудно объяснить, что со мной произошло. Я один из немногих в Чикаго, кто помнит всё. Мы идём по коридору на нижнем этаже. От стен пахнет сыростью и веет прохладой, где-то впереди капает вода.
— Так-так, — послышался грубый голос сзади.
Мы обернулись и увидели Эрика. Мне стоило огромных сил удержаться и не врезать ему. Я вспомнил, как Эрик хотел убить Трис в "Супермаркете Безжалостности", но в последний момент девушка ударила его ножом.
— Еще не стемнело, а инструктор уже пьян, — Эрик ухмыльнулся и посмотрел на Эми. — А один из неофитов ведёт его отсыпаться. Прекрасно! Как думаешь, это понравится Максу?
— Я не...
«...пьян», — уже хотел сказать я, но одумался. Ведь действительно по-другому это никак не объяснишь. Пусть лучше Эрик думает, что я в запое.
Прикусив язык, я покосился на Эрика. То же лицо, тот же характер и движения, но ведь он мёртв!
— Я сообщу об этом инциденте лидерам Бесстрашия, пускай они тобой занимаются, — Эрик скрестил руки на груди и прикусил пирсинг в губе.
Я постарался успокоиться и выдавил улыбку, Эрик открыл от удивления рот, Эми тоже удивлённо посмотрела на меня. Я выпрямился и положил руки в карманы.
— Мне плевать, что ты сделаешь.
Я отвернулся от него и двинул в сторону квартиры. Почему-то в душе я ликовал: еще никогда я не чувствовал себя таким свободным. Когда Эрик остался далеко позади, Эми выросла передо мной и, удивлённо вскинув бровь, спросила:
— Что это было? Эрик тебя уничтожит.
— Это меня волнует меньше всего. Сейчас я хочу только найти Трис.
— Ты можешь рассказать мне, что вспомнил?
Я вздохнул и устало посмотрел в глаза девушки.
— Мне кажется, что ты и так знаешь слишком много. Эми, это опасно. Я не хочу, чтобы ты погибла из-за меня. Я обещал тебе, что не дам умереть, поэтому изо всех сил стараюсь сдержать обещание.
— Завтра будет контрольный тест в пейзаже страха. Не уверена, что у меня получится,— Эми прикусила губу точно так же, как это делала Трис. Я закрыл глаза, чтобы отогнать эти мысли.
— Всё получится, ты сможешь.
Она кивнула и постаралась улыбнуться.
Я знаю, что будет на следующий день: все бесстрашные будут под сывороткой контроля и нападут на сектор Альтруизма.
— Мне кажется, что дальше ты справишься, — Эми делает шаг назад разводит руками.
— Да, спасибо, что не бросила меня.
— Иначе я не могла... — девушка пожала плечами.
Я должен предупредить её об опасности.
— Эми, — тихо сказал я, — после того как пройдёшь пейзаж страха, будь осторожна. Старайся быть как все.
Она явно не поняла моих слов, но я надеялся, Эми догадается, что надо делать. Я не был уверен, что Эрудиты опять применят сыворотку. Иначе зачем Бюро стирать память у всего города, если не предотвратить цепную реакцию террора? Мне кажется, что это была их основная цель, ведь Дэвид хочет, чтобы эксперимент продолжался.
Я развернулся и медленно пошёл в квартиру. Когда открыл дверь, то почувствовал облегчение. Знакомая обстановка успокаивала. Казалось, что всё это происходило тысячи лет назад, но рядом была Трис. Она изменила этот город и изменила меня.
Я обещал Амару, что соберу отряд, который сможет отправиться в Бюро. Нам нужны бесстрашные, чтобы вернуть то, что у нас отняли. Немногим людям я доверяю, но Зик — один из них. Он умеет убеждать, в отличие от меня. Не знаю, что мы будем делать, но я спасу Трис. Теперь она никогда не исчезнет, больше никто не сможет её отнять. Не знаю, видит ли она меня, но хочу, чтобы она знала: скоро всё изменится, и надеюсь, уже навсегда.
To be continued...