Дай мне знать, если...
Tris
«Обещаю, что ты скоро увидишь Чикаго». Я в тысячный раз перечитываю эту строчку, написанную рукой Джо на листке бумаги. Это очень серьёзное обещание, и я надеюсь, что могу довериться ему.
Прошло три дня, после того как прозвучала сирена. Меня не выпускают из комнаты, вернее, я сама не хочу выходить. В диспетчерскую мне вход воспрещён, так же как и к маме в палату; тут Джо оказался прав. Надеюсь, что вскоре всё разрешится и снова будет позволено наблюдать за Чикаго и посещать маму. Я откидываюсь на подушку и убираю руки за голову. Живот предательски урчит: я не ем ничего уже второй день. Пытаюсь отвлечься от этих мыслей и тупо таращусь в потолок. Ставни на окнах открыты, и комната хорошо освещена яркими лучами солнца. Я успела исследовать каждый миллиметр потолка и могла быть уверена, что здесь нет камер. Значит, хоть тут я могу побыть наедине с самой собой.
Не знаю, что сейчас происходит в Чикаго, поэтому могу только догадываться. Судя по дням, которые прошли с момента Выбора, в Бесстрашии еще не завершилась первая ступень инициации, а значит, у меня всё еще есть время, пока Тобиас не узнает, что Эми — Дивергент. Теперь я в этом уверена, потому что успела найти её ДНК в архиве, пока мне не закрыли туда доступ. Тобиас влюбляется в Эми, я это вижу и чувствую. К глазам подступают слёзы и обжигают кожу. Я могу думать только о нём, лишь Тобиас в моей голове. Может, он всё же пытается вспомнить меня, а скоро перед ним откроется правда? Ему не хватает ключа, чтобы открыть неподъёмный замок тайн и секретов. Только вот где найти этот ключ?
***
Я вздрагиваю и открываю глаза, когда кто-то касается моей руки. Видимо, я уснула, потому что солнце уже успело закатиться за горизонт. Пытаюсь сфокусировать взгляд и вижу перед собой Дэвида. Он сидит в инвалидном кресле и устало смотрит на меня. Я рассчитываю услышать что угодно, но только не это:
— Ты ничего не ешь, — говорит он как-то тихо.
Мгновение я молчу, потому что в горле пересохло.
— Еда — это последнее, чего мне сейчас хочется, — отвечаю я как можно увереннее.
На лице Дэвида появляется ухмылка.
— Пойдём со мной, — произносит он и разворачивается в сторону двери.
Я удивлённо поднимаю бровь, не в силах сдвинуться с места.
— Долго ждать?
С неохотой поднимаюсь и чувствую головокружение. Видимо, мне действительно нужно поесть, иначе упаду в голодный обморок. Неуверенно шагаю к выходу и щурюсь при свете флуоресцентных ламп. Похоже, Бюро не экономит на электричестве. Дэвид едет прямо по коридору, я следую за ним и вижу, что охранники остались у двери. Значит, Дэвид доверяет мне, по крайней мере, он уверен, что я его не убью по дороге.
— Куда мы идём? — наконец выдавливаю я.
— Нам удалось доказать твою невиновность, в частности потому, что ты была не одна.
Видимо, он говорит о Джо. «Подыграй мне», — в голове всплывают слова из записки.
— Я самого первого дня твердила это. Джо был со мной в Атриуме, я ничего не знаю ни о каком побеге.
Мы заворачиваем в коридор, и я догадываюсь, куда мы держим путь. Диспетчерская. Значит, мне снова дозволено наблюдать за Чикаго! Я стараюсь сдержаться и ничем не выдать свою радость.
— Джо — хороший сотрудник, я уже давно его знаю и полностью доверяю, но ты должна понять, что не могу сказать того же о тебе. Мне очень любопытен тот факт, что вы стали... близки.
Близки? Что он имеет в виду? Как друзья — несомненно, но ничего больше.
— Боюсь, что ты неправильно всё понял, — говорю я с лёгкой издёвкой.
— Думаю, что правильно, Беатрис. Джо ясно мне дал понять: теперь я могу быть уверен, что за тобой приглядывают, — не знаю почему, но мне показалось, что Дэвид в душе ликовал.
Мы подошли к Диспетчерской. Сейчас здесь работало много народу, но я без труда увидела Джо. Он повернулся в мою сторону и улыбнулся. Я не видела его три дня, после того как он передал письмо. Джо встал с места и медленно подошёл ко мне.
— Трис, — прошептал он.
Джо бережно взял меня за руку и притянул к себе — слишком близко. Почему-то я почувствовала отвращение, но не к нему, а к себе. Он коснулся моего плеча, потом шеи, и вот его рука уже на моей скуле.
— Джо, — сказала я с угрозой в голосе.
Он покачал головой и коснулся моих губ. Я чувствовала, что Дэвид наблюдает за нами, и сразу всё поняла. «Подыграй мне», — конечно! Это единственный способ оправдать наше уединение в Атриуме без лишних подозрений. Нужно было убедить Дэвида, и, кажется, у Джо это получилось. Если нужно играть влюблённых ради того, чтобы вернуть Тобиаса, то я буду делать это. Я поддаюсь и чувствую, как руки Джо бережно смыкаются на талии. Он продолжает меня целовать, но мои мысли совершенно не здесь и не с ним. Когда Джо отстраняется, я понимаю, что все смотрят только на нас. У меня на щеках появляется румянец, а к горлу подступает комок. Я не привыкла так обманывать.
***
— В следующий раз предупреждай, — говорю я как можно тише, чтобы услышал только Джо.
— Если бы мог, то непременно. Дэвид не был уверен до конца, пока я тебя не поцеловал. Честно говоря, думал, что ты мне залепишь пощёчину, — Джо улыбается уголками губ и смотрит на меня. — Теперь всё хорошо.
— Ты не узнал, кто сбежал из Бюро?
— Нет, Дэвид побоялся, что я передам это тебе, а, видимо, он этого совсем не хочет.
Я обречённо вздохнула и посмотрела на монитор. Сейчас поздний вечер, но жизнь в Бесстрашии только начинается. Я долго не могла найти Тобиаса и совсем случайно обнаружила его на одной из камер у Ямы. Он стоял у самого края; я знала, что ему страшно, потому что Тобиас боится высоты. Вода плескалась у самого обрыва. Тобиас стоял, положив руки на изгородь, и куда-то смотрел. Я пыталась разглядеть, что же на той стороне. Сердце дрогнуло, когда я увидела огромный камень, на котором мы с Тобиасом впервые поцеловались. Неужели он думает обо мне? О том дне и том мгновении? Нет, это безумие. Мысли метались в голове. Я бы многое отдала, лишь бы понять, о чём он сейчас думает. Я закрыла глаза и попыталась вспомнить прикосновения его губ, сильные руки, которые всегда были для меня опорой.
«Пожалуйста, дай мне знать, если пытаешься вспомнить меня».
Словно прочитав мои мысли, Тобиас резко развернулся и пошёл в сторону комнаты Пейзажа страха.
Моих губ коснулась улыбка.
To be continued...