Глава 33
- Грейнджер, черт возьми! Успокойся!
- Как я могу успокоиться?! Ты ведь слышал, что я сказала!
Гермиона стояла посреди спальни, гневно уставившись на слизеринца и сжав кулаки. За стеной негромко зубрил уроки Макмиллан, а в камине в гостиной догорала записка, оставленная незадолго до этого старым добрым ублюдком у гриффиндорки в кармане.
В общем, все как обычно.
- Мы даже не знаем, кто это может быть.
- В том и дело, Малфой! У меня никого не осталось! Ни-ко-го, слышишь? Следовательно, пострадают ни в чем не повинные люди!
- Так, все! Сейчас же прекрати истерику. Вдох-выдох, Грейнджер.
Вдох.
Выдох.
Драко поднял руки в успокаивающем жесте и медленно подошел к девушке.
- Мы не дадим этому подонку навредить другим.
- И каким образом, интересно?
Остановился и в нерешительности почесал затылок.
- Ну... Вообще-то, я давно задумывался о каком-то плане.
Гермиона сложила руки на груди и уставилась на слизеринца.
- Я вся внимание.
- Знаешь, я пока не додумал некоторые детали...
- О, просто отлично.
- Ладно! - раздраженно выдохнул. - Помнишь, тот ритуал?
- Бутерброды под Луной?
- Именно.
- И-и-и?..
- Я видел его еще раз.
- Что?
- Я. Видел. Ритуал. Еще. Раз, - намеренно выделил каждое слово, внимательно глядя в шоколадные глаза. С долей удовлетворения заметил, как недоверие, паника и неизменный сарказм в них сменяются мимолетным удивлением. Как задрожали пушистые ресницы, когда девушка заморгала в замешательстве.
- И... Что это было?
Глухой смешок.
- А ты как думаешь, Грейнджер? Бормотания, голоса, падение и исчезновение ублюдка - все как обычно.
- Хорошо, допустим. Но зачем нам сейчас эта информация?
- Сейчас расскажу, - хитро подмигнул и ухмыльнулся.
- Как бы с ума не сойти от интриги.
- Не торопись язвить, мисс "Попка года".
- Эй!
- Прости, не удержался, - наглая улыбка. - Ну, так о чем мы...Ах, да. Вся соль в том, что именно после того случая я уверен, что Фрэнк - это Аддерли.
- Так просвяти же меня, умник.
Драко по-хозяйски устроился на кровати Гермионы и, положив руки за голову, оглядел ее с ног до головы. Медленно облизнул губы.
Ради Мерлина, Малфой. Прекрати. Ей и так уже хочется провалиться к чертям от одного лишь такого взгляда.
Сердце - может хватит уже, а? - как обычно зашлось в бешеном ритме, когда он посмотрел прямо ей в глаза, буравя ее пасмурно-серыми радужками дольше, чем следовало бы. Заставляя каждый гребаный сантиметр ее тела покрыться мурашками.
Ради. Мерлина.
Прекрати. Сейчас же.
Слышишь?
Самодовольно ухмыльнулся. Соизволил-таки открыть свой царский рот:
- Сначала все было по плану - ублюдок кричал и махал руками. В конце ритуала, как и в первый раз, мистер Капюшон грохнулся на пол, не подавая признаков жизни. Ну, я подошел, дабы хорошенько пнуть его...
- Идиот.
- ...ногой. Эй!.. Ладно, продолжим. Но на полу вместо бездыханной кучи костей и мяса лежала мантия.
- Мантия?
- И ничего больше, - загадочный шепот, заговорчески поднятые брови.
- Мы тут серьезные вещи обсуждаем!
- Почему бы и нет?
- В чем подвох, Малфой? Причем здесь Аддерли?
- На мантии была нашивка с его именем.
- Ты брал мантию в руки?!
- А что такого?
- А если бы она была пропитана черной магией?!
- И что?
- А если бы тебя убило?!
- Чушь несешь, Грейнджер. Да и сейчас это уже не важно - все ведь нормально.
- А ты обо мне подумал?!
- Если бы я не думал о тебе, я бы не ввязывался в это дерьмо, черт возьми.
- А кто просил?!
- Твоя везучая задница!
- Моя задница справилась бы и без твоей помощи.
- А сегодня вечером она была абсолютно беспомощна, забыла?! Это мне надо истерики устраивать, а не тебе!
- Да что со мной могло случиться, черт возьми?!
- Ты была посреди пустого кладбища, одна, даже не изволив оповестить меня об этом! Фрэнку не составило бы труда пустить в тебя Аваду в любой момент!
- Его там не было.
- А если бы был?!
Короткая пауза.
- Не неси чепухи, Драко.
Устало провел ладонью по лицу. Снова взглянул в шоколадные радужки, которые сейчас - серьезно? - излучали нежность.
Хм. Резкие перемены настроения - первые признаки душевного расстройства. Наверное.
Пока слизеринец мысленно продумывал план побега, Гермиона села на кровать рядом с ним. Протянула руку.
Погладила по щеке.
Вашу ж мать.
Что он пропустил?
Что такого сказал?
Почему от какой-то одной непонятной гребаной фразы она стала такой покладистой?!
- Драко?
Почему одно лишь его имя, слетевшее с ее губ, вселяет в остатки души гребаную тонну тепла?
Почему эта гребаная куча "почему" вертится у него в голове?!
Хотя, пора бы уже привыкнуть, Драко. Ты не понимаешь, что творится в твоём мозгу еще с осени, наверное.
- Да?
Смущенно зарделась, скрыв порозовевшие щеки копной каштановых кудрей.
- Если ты заботишься обо мне - значит... я тебе нужна?
Твою мать, Грейнджер.
Просто. Твою. Мать.
Не смей расклеиться, идиот. Зачем обнадеживать ее тем, в чем сам до конца не разобрался?
Или просто боишься разобраться.
- Давай спать. Смотрела на время? Первый час. А с утра ведь вставать.
Черт, она смотрит так, будто в любой момент готова разрыдаться. Не смей, Грейнджер. Хватит.
Приподнял край одеяла, как бы приглашая. Укрыл Гермиону, подоткнув его по краям. Сам лег рядом, приобняв девушку за талию.
Она до сих пор замирает, когда он делает так. Пытается дышать ровно, чтобы он ничего не заметил. Глупая. Он уже почти месяц спит с ней - причем, обычно в более целомудренном смысле - а она все еще не может привыкнуть к его прикосновениям. Будто до него ее никто никогда не касался.
Ты сам знаешь, что так и есть, Малфой.
Поцеловал лохматую макушку. Прижал к себе еще крепче.
Что бы ты там себе не внушал, Малфой, она навсегда будет твоя. Вся. И ты это знаешь.
И ни за что не отпустишь.
***
Драко поглядывал на Гермиону через столы факультетов, пока она, положив голову на локоть, вяло ковыряла в тарелке яичницу. Они пришли на завтрак раньше большинства студентов, и в Большом Зале было непривычно тихо. Старухи Макгонагалл и некоторых преподавателей, как ни странно, тоже не было.
Эльфы сегодня постарались на славу - стол практически ломился от обилия угощений, размещенных на нем. Обычно такое бывает только по праздникам. Тем не менее, огромное количество всяких вкусностей помогает отвлекаться от ненужных сейчас мыслей.
А Грейнджер не ест. Просто сидит, уставившись в свою тарелку. Дура. Он, конечно, понимает, что она плохо себя чувствует и все в этом роде, но она должна есть, черт возьми. Тем более, он не понимает, как можно отказаться от того, что сегодня лежит на столах.
Уставился на гриффиндорку в упор - она не любит, когда он так делает. А значит, так она быстрее обратит на него внимание.
Надо же, Малфой. Да ты неплохо ее знаешь.
Подняла глаза, сжимаясь от его взгляда. Торопливо выпрямила спину, скрывая мимолетную слабость. Вопросительно подняла брови. Не получив ответа, стала пялиться на слизеринца в ответ.
С завидным спокойствием встал со своего места и направился к столу львят, который все еще почти пустовал. Ухмыльнулся, заметив удивление в ее глазах. Невозмутимо пристроился рядом, нахально улыбаясь.
- Малфой, я, конечно, понимаю, что ты все еще плохо ориентируешься в Хогвартсе ввиду своей нерешительности и неспособности запоминать что-либо нужное, но сначала ты сел за нужный стол.
- Решила поплеваться сарказмом, приправляя его длинными словечками?
- Ты считаешь их длинными?
- Вопросом на вопрос, милая. Нет, серьезно. Как ты вообще это все выговорила?
- Идиот.
- Ешь, Грейнджер.
Даже тонна колкости в ее взгляде не стерла бы насмешки с его лица.
- Я не хочу.
- Меня это не волнует. Ты обязана есть.
- А также тебя не волнует, что я провела пол утра, склонившись над гребаным толчком?!
- Ты. Должна. Поесть, - не отрывает от нее глаз, будто гипнотизируя. - Иначе я возьму вилку и собственноручно покормлю тебя.
- Нет.
- Да.
- Нет!
Взял в руки кусок яблочного пирога, предварительно облизнувшись, и бросил на гриффиндорку хитрый взгляд.
- Ну, ты посмотри...Такой аппетитный. Такой сладкий...
- Прекрати.
Откусил. Блаженно замычал.
- Мерлин... Это божественно!
- Чертов ты ублюдок.
- Прямо тает во рту!..
- Хорошо! Давай сюда этот чертов пирог.
Удовлетворенно хмыкнул.
- Вот так бы и сразу.
Не успел слизеринец протянуть руку за куском для Гермионы, как в Зал влетела пятикурсница с Когтеврана. Мертвенная бледность ее лица наводила Малфоя на определенные мысли, но для Грейнджер же она тут же стала поводом для паники, что Драко почувствовал на себе, когда девушка до боли сжала его свободную ладонь.
Успокойся, блин. Еще даже не известно, что случилось.
Студенты, блистая "разнообразием" эмоций на лицах, усаживались за свои столы или просто слонялись рядом, трясясь то ли от возбуждения, то ли от испуга и загораживая проход остальным.
Приподнялся и вытянул шею, пытаясь разглядеть во все больше прибывающей толпе хоть одного из профессоров.
Никого.
Черт.
Чертчертчерт.
Все быстрей помещение наполнялось студентами - перепуганными, взболомошенными и непривычно громкими. Каждый старался поведать соседу о происшедшем, но все, что слизеринец смог разобрать в гулком эхе толпы - это слова "труп", "девочка" и "веревка". Когтевранцы же выглядели настолько подавленными, что молоко в стакане слизеринца уже давно прокисло бы, если бы не было выпито за несколько минут до этого. И это настораживает еще больше.
Блин, Малфой. Ты же прекрасно понимаешь, что произошло. Хватит строить из себя гребаного дебила.
Наверное, Гермиона сейчас с легкостью смогла бы выиграть у сотни мертвецов приз "Бледность Года".
Черт. Рука. Сейчас отвалится.
Повернулся к гриффиндорке и, не без труда освободив из цепкой хватки свою ладонь, приобнял ее за плечи.
- Спокойно, Грейнджер. Не паникуй. Учителей ещё нет, а, значит, и подтверждения всему этому тоже. Все будет хорошо.
Не ответила. Лишь прижалась крепче, глядя куда-то в сторону дверей.
Большой Зал уже стал одним большим источником шума. Кто-то кричал. Кто-то плакал. Кто-то просто сидел, уткнувшись взглядом в одну точку - преимущественно это когтевранцы. Всюду царила такая чертова неразбериха, что, когда один самозабвенно орущий и толкающий всех подряд пацан лет двенадцати чуть не сбил с лавки старосту девочек, Драко поклялся себе ни за что не отпустить ее от себя сейчас. Ибо соскребать потом с пола маленькие лепешечки Грейнджер ему явно не хотелось.
Однако, когда большие дубовые двери открылись вновь, и на пороге показалась профессор Макгонагалл, вокруг тут же воцарилась мертвая тишина.
Грейнджер, мать твою. Отпусти мою чертову руку. Снова.
По взглядам учеников нетрудно было догадаться, что, если кто-то и не был осведомлен об ужасном несчастье, постигшем на этот раз Хогвартс, то за эти несколько минут об этом узнала каждая муха.
Поэтому директор решила, что будет достаточно лишь назвать имя и причину смерти.
Умно, да.
Дрожащим голосом прокашлялась, поправила очки-половинки. Хмуро оглядела Зал.
Черт, да не тяните уже. И так хреново.
- Лори Кингман. Когтевран. Четвертый курс. Самоубийство.