Глава 27
- Черт, снова ты!
Грейнджер гневно сверкала глазами, стоя у входа в гостиную старост и глядя на Малфоя.
Тот лишь ухмылялся, сложив руки на груди.
- Я же обещал, что патрулировать одна ты не будешь.
Упертый, как баран.
- Я самостоятельная девочка, Малфой! Могу сама за себя постоять!
- Во-первых, не можешь. Во-вторых, тебе угрожают! Забыла?
- Мерлин, это было сто лет назад!
- Я. Буду. Тебя. Сопровождать. Это не обсуждается. Будешь упираться - запру в своей спальне и никуда больше не выпущу.
Гермиона улыбнулась одним уголком рта. Такая перспектива явно ее не устраивала, но посмотреть на это было бы довольно интересно.
Сама не зная, почему, гриффиндорка полностью повторила позу Драко и, блеснув чертиками в глазах, застыла.
- Пошли. Время идет.
Девушка не сдвинулась с места, лишь приподняв одну бровь.
- А что ты сделаешь?
- Ты знаешь, что.
- А если не знаю?
Облизнула губы, не отрывая взгляда от Драко.
Черт.
Прекрати, Грейнджер. Сейчас же. Он и так уже готов вырвать себе легкие от того, что работают на пределе, до боли впитывая твой запах. Готов вытащить из груди свое сердце и закинуть его в самый дальний закоулок Хогвартса от того, что оно бьется, как ненормальное, когда он утопает в твоих глазах. Готов до крови впечатывать свои кулаки в каменные стены от того, что им так не хватает тепла твоего тела, пульсирующего и такого влекущего.
Черт, черт, черт. Он не выдержит.
Медленно подошел к ней, ухмыляясь, чтобы скрыть подступающее возбуждение. Остановился настолько близко, что его почти целиком окутал аромат мяты и корицы, а ее - свежести и горького шоколада.
Нутро сдавило сладкой судорогой, когда он обвил руками ее талию, прижимая к себе еще плотнее. Наклонился к ее лицу, рвано дыша.
- Ты знаешь.
- Малф...
Парень не дал ей договорить, заткнув рот поцелуем. Долгим, страстным, всепоглощающим.
Таким, от которого мысли с треском вываливались из головы, а ноги подкашивались от ощущений. Наверное, она давно уже упала бы, растекшись лужицей по полу, если бы не его ладони, держащие настолько крепко, что почти нечем дышать.
Резко, даже грубо раскрыл ее губы, пробираясь языком внутрь, вбирая весь ее вкус без остатка. Ведь она для него - наркотик. Стоит попробовать лишь раз - и уже невозможно вырваться из болота, затянувшего сразу, как только он впервые прикоснулся своими губами к ее.
Зарылся пальцами в ее волосы, сжав небольшую прядь в кулаке, и потянул, вынуждая ее откинуть голову и подставить тонкую шею навстречу его поцелуям. Не осознавая толком, что делает, он принялся неторопливо расстегивать пуговицы ее блузки. Тут же осекся, полувопросительно, полувыжидающе глядя на Гермиону, изо всех сил хватающую воздух ртом. Удивленно выдохнул, когда она вложила его ладонь в свою и неуверенно положила ее себе на грудь. Потянулась к нему, но он оказался быстрее. Сжал упругую округлость рукой и впился в нее вновь, еще сильнее, чем до этого. Глухо зарычал, когда прохладные пальчики пробрались под вязаный свитер, осторожно исследуя каждый сантиметр его торса, опускаясь все ниже и ниже, пока не достигли пряжки ремня, слегка оттянув его, неуклюже расстегивая.
Парень через силу оторвался от гриффиндорки, заглядывая в ее глаза - которые по цвету напоминали кофе с молоком - своими, сейчас неожиданно-светло-серыми, словно осеннее небо. Слегка нахмурился.
- Ты точно хочешь этого?
Вместо ответа девушка встала на цыпочки, приблизившись к его лицу, и на выдохе прошептала:
- Драко...
Все.
Это послужило достаточным предлогом для того, чтобы, до боли сжав ее хрупкое тело в ладонях, слизеринец снова отдался животным инстинктам, покрывая поцелуями ее лицо, шею, плечи. Прикусил мочку ее уха и чуть не зарычал вновь, когда руки, до середины расстегнув ее блузку, пробрались под лифчик и коснулись, наконец, теплой груди. Слегка погладил большими пальцами ореолы сосков и сошел с ума от ее тихого, полусмущенного стона. Гермиона подалась ему навстречу, одновременно пытаясь стянуть с него свитер. Парень подхватил ее на руки, вынуждая обхватить ногами его бедра. Почувствовать его возбуждение и непроизвольно потереться о него внутренней стороной джинс. Малфой, глухо застонав, несильно толкнулся вперед, будто уже имел ее. Неожиданно вспомнил одну незначительную мелочь - они все еще в коридоре.
- Пароль...
Не поняла.
- Что?..
- Скажи...этот чертов...пароль... Иначе я возьму тебя прямо здесь.
Потрясла головой, пытаясь собрать мысли в кучу. Не стоит, Грейнджер. Скоро они тебе снова не понадобятся. Пульсация в паху становилась уже нестерпимой.
- Ну же...
- "Нравственность".
Проем тут же открылся, открывая взгляду вид на довольно уютную гостиную. Но Драко не обращал на этот вид ни малейшего внимания, поднимаясь в спальню старосты девочек, которую все еще держал на руках. Сейчас главное - добраться до кровати.
Плавно опустил гриффиндорку на простыни, предварительно убрав свободной рукой покрывало. Стянул свитер, позволяя ее ладоням беспрепятственно скользить по его торсу, вырывая из его легких поверхностные выдохи один за другим. Парень принялся расстегивать вторую половину ее блузки, но, не выдержав, просто сорвал вещь с ее стройной фигуры и, мимолетно вслушиваясь в стук пуговиц о пол, бросил в ближайший угол. Дрожащими от желания пальцами освободил ее небольшую грудь и тут же, не соображая, припал к ней губами, языком вырисовывая на ее нежной коже узоры, известные лишь ему одному, чувствуя каждый удар ее сердца. Их сердец. Сейчас они бились в одном ритме.
Она зарывалась руками в его волосы, пока он исследовал ее нежное, такое чистое тело. Тело, к которому не прикасался еще никто, кроме него.
Стянул с обоих остатки одежды и скинул их под кровать. Грейнджер тут же стыдливо опустила взгляд, пытаясь прикрыться. Но Малфой не дал. Крепко взял ее руки и отвел их в стороны. Наклонился, потеревшись носом о ее щеку.
- Даже не думай. Ты прекрасна. Не бойся.
- Я н-не боюсь...
А голос дрожит. Он выдает тебя с головой, Гермиона.
- Я не причиню тебе вреда.
Мерлин, и это говорит он?! Тот, кто раньше считал день прожитым зря, если не получалось унизить кого-нибудь?!
Раньше - ключевое слово.
Снова вернулся к изучению, слегка обсасывая ее шею, опускаясь все ниже. Плечи. Снова грудь. Плоский живот. И, наконец, самое сокровенное. Отстранился, нависнув над гриффиндоркой и, глядя прямо ей в глаза, скользнул ладонью по ее лону, почти сразу ощутив на нем влагу.
Подумать только. Уже мокрая.
Мокрая для него.
Не справился с искушением и вошел в нее одним пальцем, отчего девушка вздрогнула и запрокинула голову, приоткрыв рот. Вторым. Она резко втянула в себя воздух, тихонько замычав то ли от боли, то ли от удовольствия. Неторопливо начал движение. Вперед. Назад. Вперед. Назад. Гриффиндорка начала непроизвольно подаваться бедрами ему навстречу, цепляясь руками за простыни. Снова застонала.
И тут же замерла.
Драко вопросительно посмотрел на нее, недоумевая.
Грейнджер, заметив выражение его лица, смущенно пояснила заминку:
- Эрни. Он может прийти раньше времени и услышать.
- Его проблемы.
- Я так не могу.
Вздохнув, Малфой стал на ощупь искать волшебную палочку. Наконец, обнаружил ее в кармане брюк, сиротливо лежащих под кроватью. Срывающимся от желания голосом прошептал сначала Запирающее, а потом Заглушающее заклинания. Кинул палочку рядом со штанами и вновь навис над старостой девочек, тяжело дыша. Она положила руки ему на спину, ища опоры.
Прижался к ней всем телом, заставляя почувствовать его эрекцию. Там. Девушка неожиданно побледнела и попыталась отстраниться.
Но слизеринец уже сделал резкий толчок вперед. В нее. Заставляя ее вскрикнуть от неожиданно-резкой боли внизу живота.
Замер, уткнувшись лицом ей в шею. Дал привыкнуть к этому ощущению. К невероятному чувству наполненности. Еле слышно прошептал:
- Готова?
Робко кивнула, прикусив губу.
Движение. Плавное, медленное, осторожное - словно он боялся разбить ее, как фарфоровую куклу.
Вперед. Назад. Вперед. Назад. С каждой минутой постепенно увеличивая темп, срывая остатки самоконтроля. Боль постепенно заменялась наслаждением.
Вперед-назад. Вперед-назад.
Она стонала под ним, царапая кожу его спины своими короткими ногтями. Впиваясь в него до крови.
Равно, как и он - в нее.
Вперед-назад-вперед-назад-вперед- назад.
Все быстрее и быстрее. Сливаясь с ней в страстном поцелуе, почти насквозь прокусывая ее нижнюю губу. Все ближе приближаясь к черте, толкая к ней заодно и ее.
Низкий, переворачивающий нутро стон почти выбрасывает ее за край, когда парень с шипением входит в нее в последний раз и замирает, кончая и впервые чувствуя себя первым. Первым, мать вашу. А не очередным.
Закрывает глаза и падает на кровать рядом с раскрасневшейся Гермионой, прижимая полусонную девушку к себе. Легонько поглаживает ее по густым волосам, наслаждаясь этим мгновением.
Склонился лицом к шоколадной макушке и нежно, почти невесомо поцеловал ее в лоб, то ли благодаря, то ли успокаивая. Заставляя зажмуриться и улыбнуться во сне.
Надо же, уже спит. Так невинно, тихонько сопя вздернутым носиком, подложив под голову две сложенные ладони.
И лишь одно слово вертится на языке. Слово, которое можно оставить одиноко звенеть в ночной тишине комнаты. А можно ответить, заставив их обоих улыбаться, словно наркоманов.
- Вместе?
Конечно, она не ответит. Она ведь спит, идиот. Она не слышит тебя.
Повертелась в его объятьях, устраиваясь поудобнее и неожиданно прошептала:
- Вместе.
Драко, словно завороженный, разглядывал полог ее кровати.
- Доброй ночи, Грейнджер.