Мята и Корица

Приг­лу­шен­ный, мяг­кий свет но­чи про­ника­ет в ко­ридор, от­бра­сывая за­гадоч­ные те­ни на сте­ны, пор­тре­ты и го­беле­ны. Где-то вда­ли, в Зап­ретном Ле­су, раз­да­ет­ся вой, и лай, и рез­кие кри­ки птиц, и еле слыш­ный ше­лест лис­твы, но ведь это все так да­леко - смыс­ла бо­ять­ся нет.

Тем бо­лее, ей бо­ять­ся не­чего.

Сей­час всем, кто пе­режил Вой­ну, бо­ять­ся не­чего.

Она идет по ко­ридо­рам, всмат­ри­ва­ясь в тем­но­ту и злясь на всех и вся. На се­бя. На Мал­фоя. На Мак­Го­нагалл. На Эр­ни. 
Да она зли­лась бы сей­час на что угод­но. Ей прос­то нуж­но дать вы­ход ско­пив­шимся внут­ри эмо­ци­ям.

Ста­рос­та маль­чи­ков по­шел пат­ру­лиро­вать ниж­нюю часть зам­ка, ос­та­вив ее од­ну, как ис­тинный джентль­мен. Сва­лил на нее ос­новную часть ра­боты, но спа­сибо и на том, что во­об­ще прос­матри­вать эта­жи не от­ка­зал­ся.

С Мал­фо­ем они с дня Пе­ресе­ления - да, глу­пое наз­ва­ние - ни ра­зу не раз­го­вари­вали. Лишь си­дели каж­дый на сво­ем краю пар­ты, уп­ря­мо смот­ря в кон­спек­ты. Нет, ко­неч­но, она бы­ла толь­ко ра­да то­му, что не на­до с ним об­щать­ся, но то, что он да­же не ос­кор­блял ее, бы­ло стран­но.
А ес­ли они слу­чай­но пе­ресе­кались в ко­ридо­рах, он прос­то про­ходил ми­мо, слов­но за­бывая бро­сать при­выч­ное "гряз­нокров­ка" в ее ад­рес.

По­рой ей да­же ка­жет­ся, что она зна­ет, по­чему.

По­рой ей ка­жет­ся, что все де­ло в том, что он та­кой же, как она.

Он ведь то­же сам по се­бе. Сов­сем. Отец умер, а мать сос­ла­на. До то­го, как их пе­реса­дили, он то­же си­дел один, сто­ронил­ся од­но­кур­сни­ков.

Хо­тя, бред со­бачий.

Друзья же у не­го есть.

Шо­рох в уг­лу ко­ридо­ра зас­та­вил ее вздрог­нуть. Ос­та­новить­ся и прис­лу­шать­ся. Поч­ти кон­чи­ками паль­цев по­чувс­тво­вать вто­рой. За­дер­жать ды­хание и на цы­поч­ках нап­ра­вить­ся на звук.

Шаг. Еще один.

Шо­рох.

Шаг.

Глу­хой стук. Ти­хий ше­пот.

Шаг.

Звук по­целуя.

Серь­ез­но?

Еще один шаг, и ее взо­ру пред­ста­ют два си­лу­эта, поч­ти не­раз­ли­чимые в те­ни. Один она уз­на­ла поч­ти сра­зу - по во­лосам, ко­торые да­же в тем­но­те бы­ли вид­ны бла­года­ря сво­ему прак­ти­чес­ки бе­лос­нежно­му от­тенку.

Ле­гок на по­мине.

И тут вто­рой си­лу­эт, ко­торый, су­дя по все­му, при­над­ле­жит де­вуш­ке, дер­га­ет­ся и весь­ма нес­кром­но сто­нет. Вы­гиба­ет­ся навс­тре­чу пер­во­му си­лу­эту. А пер­вый шеп­чет: ти­ше.

Шеп­чет: нас же ус­лы­шат, ду­ра.

- Уже ус­лы­шали.

Она до­воль­на эф­фектом, ко­торый про­из­ве­ло ее не­ожи­дан­ное по­яв­ле­ние. Мал­фой от­ско­чил от сте­ны на нес­коль­ко ша­гов, от­крыв взгля­ду уже по­лураз­де­тую де­вуш­ку - ка­жет­ся, шес­ти­кур­сни­цу с Ког­тевра­на. Уби­рая с пра­виль­но­го лба неб­режно бро­шен­ные и - она го­това пос­по­рить - поч­ти шел­ко­вые на ощупь пря­ди. Всем сво­им ви­дом по­казы­вая - ну, смот­ри, ка­кой я кру­той и сек­су­аль­ный.

И - черт возь­ми.

Ему ведь чер­тов­ски идут взлох­ма­чен­ные во­лосы.

Та-а-ак.

Что это бы­ло, Гер­ми­она?

- Ма­лыш­ку Грей­нджер в детс­тве не учи­ли, что под­гля­дывать не­хоро­шо? - он го­ворит мед­ленно, в при­выч­но-чис­то-мал­фо­ев­ской ма­нере рас­тя­гивая сло­ва, и его го­лос от­ска­кива­ет от ка­мен­ных стен, воз­вра­щая в ре­аль­ность. Ког­тевран­ская шлюш­ка, ка­жет­ся, уже ус­пе­ла убе­жать под шу­мок.

- Я ста­рос­та, Мал­фой. Ме­ня ка­са­ет­ся все, что про­ис­хо­дит в Хог­вар­тсе. Поз­во­лить вам за­нимать­ся...к-хм...де­лать это пря­мо в школь­ном ко­ридо­ре я не со­бира­лась. И не со­бира­юсь и впредь.

Па­рень ух­мыль­нул­ся. 

- И что же ты сде­ла­ешь? Опять сни­мешь оч­ки со Сли­зери­на? Наз­на­чишь мне на­каза­ние? Да­вай, по­рази ме­ня.

Как он это де­ла­ет? Пос­ле то­го, как был зас­ту­кан пос­ле от­боя, да еще и с де­вуш­кой, ве­дет се­бя так, буд­то уп­равля­ет дан­ной си­ту­аци­ей имен­но он.

А она лишь сто­ит, су­дорож­но под­би­рая реп­ли­ки по­обид­ней, что­бы за­деть его пог­лубже, но на де­ле прос­то от­кры­вая и зак­ры­вая рот. Смот­рит пря­мо ему в гла­за. Смот­рит, как ме­ня­ют­ся в них эмо­ции - од­на за дру­гой. И ни од­ну из них она ра­зоб­рать не мо­жет.

Смот­рит, как он приб­ли­жа­ет­ся к ней вплот­ную.

- Зна­чит, ес­ли я сде­лаю еще кое-что, ты то­же ме­ня не на­кажешь, - он ядо­вито улы­ба­ет­ся, нак­ло­ня­ясь к ней.

И це­лу­ет.

Не при­каса­ясь к ней ни­чем, кро­ме губ, нем­но­го су­хих. На вкус на­поми­на­ющих горь­кий шо­колад.

Что она чувс­тву­ет в этот мо­мент?

Удив­ле­ние.

Страх.

Зло­бу. Да, оп­ре­делен­но.

А еще то, что все это с каж­дым ми­гом ухо­дит на вто­рой план.

И соз­на­ние уле­та­ет все даль­ше.

Она сто­ит в пол­ней­шем сту­поре, ши­роко от­крыв гла­за и впи­тыва­ет. Впи­тыва­ет и не­нави­дит се­бя за это.

Нет, Грей­нджер. Прек­ра­ти это сей­час же.

Единс­твен­ным вы­ходом из это­го ому­та она ви­дит по­пыт­ку выр­вать­ся. По­это­му на­чина­ет ко­лотить Мал­фоя по спи­не и изо всех сил пы­та­ет­ся от­тол­кнуть его. 

Ког­да же ей это уда­ет­ся, но­ги са­ми от­но­сят Гер­ми­ону на бе­зопас­ное рас­сто­яние за счи­тан­ные се­кун­ды, и она при­нима­ет­ся с от­вра­щени­ем от­ти­рать свои гу­бы. 

Па­рень ус­ме­ха­ет­ся, но, тем не ме­нее, вни­матель­но сле­дит за каж­дым ее дви­жени­ем. 

Он сам не по­нима­ет, что толь­ко что про­изош­ло. Да и не хо­чет по­нимать. Он хо­чет лишь вы­кинуть этот по­целуй из го­ловы, но вкус мя­ты и ко­рицы все еще ощу­ща­ет­ся, сто­ит ему про­вес­ти по ниж­ней гу­бе кон­чи­ком язы­ка. 

Бо­же, Мал­фой.

По­хоже, ты окон­ча­тель­но схо­дишь с ума.

Грей­нджер, за­дыха­ясь от не­годо­вания, по­нес­лась в сто­рону гос­ти­ной ста­рост, по­это­му сей­час он сто­ит здесь один. На­еди­не со сво­ими мыс­ля­ми.

Про­вел по под­бо­род­ку кон­чи­ком паль­ца, слов­но в тран­се. Зак­рыл гла­за и раз­дра­жен­но вы­дох­нул.

Что, черт возь­ми, про­ис­хо­дит с этим гре­баным ми­ром?

Он уже не чувс­тву­ет от­вра­щения к этой лох­ма­той за­уч­ке, а сло­во "гряз­нокров­ка" зас­тавля­ет его вздра­гивать, слов­но от по­щечи­ны. Он прос­то не хо­чет боль­ше ее за­девать. И за­чем он де­ла­ет это? По при­выч­ке.

Ког­да это на­чалось? Ког­да он пе­рес­тал быть ис­тинным Мал­фо­ем? 

О, он мо­жет от­ве­тить.

Ког­да Пот­тер, пусть и це­ной сво­ей жиз­ни, по­бедил Тем­но­го Лор­да. Дра­ко до сих пор не мо­жет зас­та­вить се­бя про­из­но­сить его имя.

Ког­да Лю­ци­ус умо­лял его о по­мощи, кри­чал что-то о свя­зях и рас­пла­те, ког­да его та­щили из собс­твен­но­го до­ма в ми­нис­терс­тво. А по­том - в Аз­ка­бан. Где он в ско­ром вре­мени и умер. По­дох, как пос­ледняя пси­на, не имея ни­чего, кро­ме фан­та­зий о сво­ей "влас­ти". Да и те по­том заб­ра­ли де­мен­то­ры: боль­ше счас­тли­вых вос­по­мина­ний, ви­димо, не наш­лось.

Ког­да мать сос­ла­ли из стра­ны, об­легчив ей на­каза­ние за то, что она са­ма приш­ла к ним в ру­ки. Обес­пе­чила тем са­мым за­од­но и бе­зопас­ность сво­ему сы­ну.

Ког­да ка­кой-то про­хожий од­ним дож­дли­вым днем, взгля­нув на не­го, плю­нул ему под но­ги.

Ког­да Дра­ко ос­тался один. Сам по се­бе. Тог­да он и осоз­нал, что будь ты хоть триж­ды чис­токров­ным - честь и по­чет се­бе ты те­перь этим ку­пить не смо­жешь. Не в этом ми­ре. Не в это вре­мя.

Да, у не­го есть друзья, де­вуш­ка, но сей­час ему от это­го все­го так про­тив­но, что хо­чет­ся бле­вать. Он прос­то не под­пуска­ет их се­бе. По­ка что. На­до лишь дож­дать­ся, ког­да все это за­кон­чится. 

Он не хо­чет при­чинять им боль.

Дра­ко не пом­нит, как доб­рался до гос­ти­ной Сли­зери­на. За­шел в свою спаль­ню, снял лиш­нюю одеж­ду. Как-то ока­зал­ся в ван­ной и, под­став­ляя ли­цо под го­рячие кап­ли, оч­нулся.

Он хо­чет смыть с се­бя это ощу­щение бе­зыс­ходнос­ти, от­ча­яния. На­до прос­то за­быть. За­быть­ся. Он пы­та­ет­ся это сде­лать. Чувс­твуя, как во­да сте­ка­ет по об­на­жен­но­му тор­су, жи­воту, бед­рам.

Он ведь Мал­фой. А Мал­фои дол­жны вес­ти се­бя как ко­роли в лю­бой си­ту­ации.

Бред. Та­кой бред, что кру­жит­ся го­лова.

Мер­лин.

Как он ус­тал от это­го дерь­ма.

Вык­лю­чил во­ду, на­тянул пи­жам­ные шта­ны и го­лыми мок­ры­ми ступ­ня­ми прош­ле­пал в сто­рону кро­вати. 

Улег­ся. Ус­та­вил­ся пус­тым взгля­дом в по­толок. Вновь про­вел кон­чи­ком язы­ка по гу­бе - на этот раз вер­хней. Мя­та и ко­рица.

Он не жа­лел о том, что Грей­нджер не от­ве­тила на по­целуй. Его, по идее, да­же и быть не дол­жно бы­ло.

Он прос­то не со­об­ра­жал, что де­ла­ет. Ми­нут­ный по­рыв и ни­чего бо­лее.

Не ду­мал же он, что она тут же об­хва­тит его шею ру­ками и рас­кро­ет свои мяг­кие гу­бы для не­го...

Стоп. Мяг­кие?!

Че-е-ерт.

Он точ­но спя­тил.

Мя­та и ко­рица.

Он ни­ког­да не чувс­тво­вал ни­чего по­доб­но­го.