2 глава
Тишина в доме напрягала омегу, заставляя дрожать даже кости. Фел проходит в глубь дома, боясь заглянуть в зал, опасаясь увидеть ту страшную картину, которую придумал ему его мозг. Он подходит ближе к дверному проёму и заглядывает в зал. Никого. Пусто. Игрушки раскиданы по всему залу, но сам он был пуст. Холодок пробежался по спине и он направился в комнату к маленькой Юки.
Дверь была приоткрыта, из-за того, что солнце уже давно зашло за горизонт, в шесть часов вечера, дом был окутан полумраком. Свет нигде не включён, и всю квартиру освещает лишь "свет" из окон, где на улице не успело небо окраситься в тёмный, синий цвет ночного неба.
В квартире прохладно, как казалось Феликсу, и он уже не знал то ли это действительно так, то ли он сам себе это накрутил. Подойдя к двери ближе, он протягивает руку и открывает её.
Она медленно раскрывает проход в комнату Феликсу, где было ещё темнее чем во всех остальных комнатах. Феликс проходит дальше, к кровати дочери. Откинув часть одеяла, Феликс замечает мирно спящую Юки, что обнимала плюшевого мишку, которого ранее Феликс ещё не видел.
Он прикрывает глаза, и облегчённо вздыхает, гладя ребёнка по голове, убирая пряди волос с лица. На эти прикосновения, она лишь улыбнулась во сне. Феликс укрыв её по лучше, покидает комнату.
"Где он?"
Задал сам себе этот вопрос Феликс, при чём зная ответ на него. Он идёт дальше в квартиру, на второй этаж и повернув за угол, замечает тонкую полоску света из так же приоткрытой двери кабинета своего мужа, где он что-то выяснял по телефону со своим приятелем на работе.
Феликс стараясь как можно тише, спускается на первый этаж. Беря в руки пакеты что он оставил в прихожей, он идёт на кухню. Как можно быстрее нужно приготовить ужин, что бы лишний раз не провоцировать мужа на очередной скандал и побои.
Стоя около плиты, он уже пол часа как готовил ужин на всю семью. Но в один момент он слышит приближающиеся шаги. Слушая их, он напрягся буквально на несколько секунд, пока не понял их тембр. Он сразу понял кто идёт и с улыбкой на лице повернулся к дверному проёму, где уже стояла Юка.
- Папочка, привет - потирая один глаз, сонным голосом сказала девочка, подбегая к Феликсу, когда заметила его раскрытые руки, для объятий.
- Как поспала? - спрашивает Ликс, поднимая девчушку на руки, чувствуя сильную боль в локте, где красовался большой красно-синий синяк, после вчерашнего вечернего скандала с мужем. Но старался этого не показать никак, сохраняя радостную улыбку на лице.
- Хорошо, кушать хочу. Что у нас есть? - спрашивает девочка, заглядывая Ликсу за плечо, смотря на то, что готовится на плите.
Феликс садит дочку на стул и продолжает готовить. До полной готовности, осталось около пятнадцати минут, и чтобы она не сидела так долго просто так, в ожидании еды, он налил ей клубничное молоко. Любимое молоко Юки заставило на её лице, появиться широкую улыбку. С удовольствием, она принялась пить напиток, а Феликс посмотрев на неё с умиротворённой улыбкой пару секунд, продолжил готовить.
Когда ужин был готов, то на запах пришёл муж Феликса, от чего на кухне в воздухе моментально повисло напряжение. Феликса сковал страх, даже когда ничего и не произошло. Юки, так же боялась отца, являясь пару раз свидетельницей побоев папы, со стороны отца. В памяти девочки это опечаталось сильно. Сейчас пятилетний ребёнок, помнит каждую мелочь увиденного в свои три года, и вряд ли когда-то забудет.
Феликс никогда не настраивал ребёнка против отца, но этого даже и не нужно было. Юки боялась его, но папу она любила больше и её детская обида, засела в крошечном сердце, являясь больше чем оно само. Она любила своих родителей, но папу она была готова защищать даже перед самой любимой бабушкой.
С мамой мужа Ликса, она ладила отлично. Это была её самая любимая бабушка, однако ей не помешало это, заставить её замолчать, когда та начала наезжать на Феликса, уча его хозяйству.
Но, кажется за столь маленькую, детскую шалость, Феликс получил от отца семейства на столько сильно, словно это он всё сказал, а не его дочь.
Сев за стол, он приказал Феликсу подать ему ужин, и Фел наложив отваренные овощи, с запечённой птицей, поставил тарелку перед мужем. Тот посмотрев недовольно на содержимое тарелки, всё же принялся есть. За последние почти шесть лет, Феликс ни разу не услышал от него ни «спасибо», ни «пожалуйста»
Он всегда разговаривал с ним в приказательном тоне, с агрессией и злобой.
Феликс пытался найти всему этому отношению к себе какое-то нормальное и логичное объяснение, но лишь обманывал себя, когда пытался оправдать поступки своего мужа-тирана.
Дочка не любила овощи, и зная это, Феликс, что бы Юки не начала психовать из-за овощей в тарелке, положил ей только мясо. Не осталось это без внимание сидящего напротив мужа Ликса, что сидел на другом конце длинного и широкого стола.
- Разбаловал её совсем. Это ем, это нет. Никакого воспитания. - злобно начал тот, а Феликс, хотел как-то оправдаться, либо себя, либо дочь, но решил промолчать, вспоминая, чем заканчиваются подобные попытки.
Феликс не стал накладывать себе, плохо чувствуя себя. Поэтому налил себе лишь чашку чая с травами, что бы расслабиться. Он сел рядом с дочкой, подальше от мужа.
- Юки уезжает на неделю к бабушке.
- Зачем? - всё же подаёт голос Феликс, не понимая к чему такие потребности, хотя всё нутро Феликса подсказывало ему, что это плохо кончится. По крайней мере, для Ликса — точно.
- А тебя это как-то касается?
- Но ведь она и моя дочь, я должен знать куда и зачем она едет. Да и какой из бабушек?
- К моей маме, это всё, что положено тебе знать.
- Но почему на такой длинный срок, мисис Кан, сама так захотела?
- Закрой рот и не вмешивайся.
- Ён-Ок, почему ты не можешь нормально ответить? Это же простой вопрос..
Ён подорвался с места, за считанные секунды оказываясь возле Феликса. Глазами полными страха, Фел смотрел на мужа, что навис прямо над ним, опираясь одной рукой на ручку стула, а другой на спинку.
- Не трогай папу!! - вдруг подскочила Юка, громко подав голос, хотя всё время молча слушала разговор родителей.
- Сять на место. - приказал Ёк, но та не послушала его. Она твёрдо стояла на месте, не собираясь отступать. Пусть она больше и ни разу не увидела, как отец бьёт Феликса, каким-то волшебным образом, но она была точно уверенна, что он бьёт его и бьёт очень часто.
- Отойди от папы! - вновь крикнула она, подбегая к нему и отталкивая от Феликса.
- Юки милая, иди к себе в комнату. - Феликс у себя в голове уже представлял, как получает от мужа, якобы за то, что он настраивает дочь против отца и то, как она себя ведёт. И так сильно не любит Ён-Ока — это всё вина Феликса.
- Нет. Нельзя. Тебе нельзя оставаться с ним одному. - последнюю фразу девочка сказала тихо на ухо Феликсу, что бы это услышал только он.
- Иди в комнату, и собирай свой вещи. Завтра утром ты поедешь к бабушке.
- Я никуда не поеду без папы. - говорила она, и её маленький, ещё по сути детский и не соображающий мозг, понимал, что оставлять на долго папу с этим плохим папой, как она его часто называла, хоть и Феликс был против, — нельзя. Если они останутся одни, то бог знает что произойдёт.