Дело с Мироновым
Моя жизнь никогда не была спокойной. Я всегда лезла на рожон, будто испытывала судьбу на прочность. И сегодняшний день не стал исключением.
Ехать к Миронову одной — это решение на грани безумия. Но я понимала одно: я сделаю всё, лишь бы он отстал от меня.
Я привыкла смотреть страху в глаза. Привыкла действовать так, как считала нужным. Вот и сейчас, выдохнув, я направлялась туда одна.
От лица Петра
Упрямство этой красавицы сводило меня с ума. Она не слушает, не видит очевидного и всё равно лезет, куда не стоит.
Я сидел в машине, крепко сжимая руль, и думал, что мне делать дальше. Оставить её в покое? Это исключено.
Трофим говорил, что Лера может справиться с любыми трудностями. Но я видел, как часто она идёт в огонь, забывая о последствиях.
Нет, Упрямица. Я не позволю тебе идти в эту игру одной. Даже если ты этого не хочешь.
***
Ресторан, в который меня вызвали те упыри, был закрыт для обычных посетителей. Стеклянные двери, мраморный пол и абсолютная тишина. Это место было скорее похожим на сцену для чего-то серьёзного, чем на уютное заведение.
Я шагнула внутрь, чувствуя, как напряжение нарастает. За одним из столиков сидел Миронов. Его фигура, крупная и уверенная, словно заполнила собой всё пространство. Забыл как водилой Трофима работал.
— Калистратова, — сказал он, улыбнувшись и поднимаясь. — Не думал, что ты придёшь одна.
— А я не думала, что ты настолько самоуверен, чтобы вызвать меня сюда, — ответила я, удерживая ровный тон.
— Ты, как всегда, с огоньком, — усмехнулся он, делая шаг вперёд. — Люблю когда ты такая.
Кровь закипала от его высказывания, я не стала садится за стол.
— Твои люди уже пытались на меня давить. Если ты думаешь, что это сработает, то ошибаешься, — спокойно сказала я, глядя ему в глаза. — Я даю тебе шанс оставить меня в покое, решить всё мирно без лишних лиц.
— О, Лера, ты меня не так поняла. Это не давление. Это проверка, кто ты на самом деле. А ты... ты меня впечатлила, — сказал он, и в его голосе прозвучал странный намёк.
— Мне плевать, впечатлила я тебя или нет. Отзови своих людей и оставь меня в покое, либо мне прийдётся пойти на крайние меры.
Его улыбка исчезла.
— Это уже не обсуждается. Ты слишком глубоко влезла в моё сердце, Калистратова.
В этот момент за спиной раздались тяжёлые шаги.
— А ты слишком рано сделал выводы, — раздался низкий, угрожающий голос.
Я обернулась. В дверях стоял Пётр. Его глаза словно покрылись тёмной пеленой, а руки были сжаты в кулаки.
— Твою мать... — прошептала я, понимая, что всё вышло из-под контроля.
— А вот этого я точно не звал, — усмехнулся Миронов, поднимая руку, чтобы остановить двух охранников которые явились за углом ресторана в котором я была. — Ну что, раз такое дело, давайте поговорим все вместе.
Пётр шагнул ко мне и встал рядом, словно ставя невидимую стену между мной и этим человеком.
— Ты зря сюда пришёл, Миронов, — произнёс он, холодно глядя на того. — Если хоть волос упадёт с её головы, ты об этом сильно пожалеешь.
Он лишь усмехнулся, и продолжил:
— Она не глупая девушка, сама решит, кого ей выгодно пустить под юбку, — с ехидной усмешкой выдал Миронов, наслаждаясь тем, как в нас с Петром закипает ярость.
— Сука... — прошипела я сквозь зубы, чувствуя, как кровь в венах вскипает.
Мне казалось, что я готова броситься на него и перерезать ему горло прямо сейчас, но прежде чем я смогла что-либо сделать, я почувствовала рядом силу, готовую действовать за меня.
— Повтори, — холодно и грозно произнёс Пётр, сделав шаг вперёд.
— Я говорю, что она сама решит, кого ей выгодно пустить под юбку, — усмехнулся Миронов, явно провоцируя.
— Нет, ты ошибаешься, — ответил Пётр, отодвигая меня за свою широкую спину.
Я замерла, чувствуя исходящую от него ярость. Казалось, что он готов разорвать Миронова голыми руками.
— Сейчас я сделаю то, о чём никогда в своей жизни не пожалею, — твёрдо и спокойно произнёс он.
Резким движением он достал пистолет из-за пояса. Вспышки. Два выстрела. Охранники Миронова с глухими ударами рухнули на мраморный пол.
— Я не позволю тебе говорить о ней так, как ты только что сказал своим паршивым ртом, — процедил Пётр, сжимая челюсть.
Он медленно поднял оружие, направив его прямо в лицо Миронову.
Последний выстрел.
Миронов, ещё секунду назад сидевший напротив меня, повалился на пол.
В ресторане наступила гробовая тишина. Только тяжёлое дыхание зеленоглазого нарушало это пугающее спокойствие.
Я стояла за его спиной, всё ещё чувствуя запах пороха.
— Ты понимаешь, что ты только что сделал? — с трудом выдавила я, глядя на его напряжённый профиль.
Он медленно опустил оружие, повернувшись ко мне. В его глазах больше не было злости — только стальная решимость.
— Да. Я защитил тебя, — ответил он, тихо, но твёрдо.