30
-СТОП! - крик Чонгука эхом отдался в застывшем воздухе кабинета. Все, от вооруженных бойцов до самого Инженера, замерли, их глаза расширились от удивления и замешательства. Никто не ожидал такого поворота.
Парни, словно и не замечая всеобщего шока, спокойно шагнули внутрь. Чонгук, с холодным, пронзительным взглядом, медленно обвел взглядом окруживших девушек бойцов. Чимин, более гибкий и сосредоточенный, двинулся чуть впереди, его глаза моментально нашли Алису и Софию. Они подошли к девушкам, игнорируя автоматы, наведенные на их бывшие цели, и в их глазах, наполненных страхом, увидели не только ужас, но и едва заметное, дрожащее облегчение.
-Сложить оружие - прозвучал приказ. На этот раз оба произнесли его в унисон, их голоса были единым, властным эхом.
Бойцы, стоявшие в оцеплении, немедленно опустили автоматы. В их движениях читалось не просто подчинение, а почтительная, даже пугающая покорность. Это были профессионалы, подчиняющиеся лишь высшим авторитетам, и их реакция говорила сама за себя: эти двое обладали такой властью, что даже приказ Инженера блекнул перед ней.
Сам Инженер, наконец, вырвался из своего оцепенения. В его глазах мелькнул не просто страх, а нечто большее - почтительная робость. Он чуть поклонился, его обычно невозмутимое лицо стало бледным.
-Господин Чон... господин Пак... простите, что помешали вам - произнес он, и в его голосе сквозило такое неприкрытое опасение, что это поразило даже Алису и Софию. Он, всемогущий Инженер, так боялся этих двоих?
Чимин, не отвечая ему, лишь приложил один палец к губам, подавая жест «Заткнись». Этот жест был полон такой невозмутимой властности, что Инженер мгновенно побледнел ещё сильнее и умолк.
Чонгук, не отрывая взгляда от Инженера, властным тоном произнес
-Выйдите все. Немедленно
И словно по невидимому сигналу, все вооруженные люди в черном, включая охранника, которого только что вырубили девушки, мгновенно повиновались. Без лишних слов, без единого вопроса, они развернулись и поспешно покинули комнату, оставив Инженера, Чонгука, Чимина и двух девушек в полной тишине. Дверь за ними закрылась с легким щелчком, и кабинет погрузился в давящую, почти невыносимую тишину.
Алиса и София стояли как статуи, их тела были напряжены до предела. События развивались с такой головокружительной скоростью, что их мозг отказывался обрабатывать информацию. Сначала погоня, ловушки, драка на выживание, затем плен, угроза смерти... и вот теперь, эти двое, Чонгук и Чимин, появившиеся из ниоткуда и командующие самим Инженером. Кто они? И почему они здесь?
Чимин медленно подошел к Софии. В его глазах не было ни упрека, ни ярости, только какое-то странное, смешанное с беспокойством выражение. Он осторожно поднял её подбородок, его большой палец нежно лег на её кожу, словно он боялся испугать её или сломать. Он смотрел в её глаза, которые до сих пор были расширены от пережитого страха.
-Сколько же вы нам нервов потрепали... - произнес Чимин, его голос был низким, почти шепотом, но в нем слышалась нежность, смешанная с лёгким укором.
София посмотрела в его глаза, и её зрачки мгновенно расширились ещё больше. Это был он. Точно он. Образ из прошлого, казалось бы, давно забытый, вдруг ожил перед ней во всей своей ясности. Чимин. Её первая любовь. Школьные годы, первые несмелые прикосновения, обещания, которым, как ей казалось, не суждено было сбыться. Они расстались из-за того, что его семья внезапно уехала из города, оборвав все связи. Она помнила боль расставания, слезы, ощущение пустоты. И вот он стоял перед ней, совсем не изменившийся и в то же время невероятно изменившийся. Его глаза... такие же глубокие, как тогда.
Алиса, стоявшая рядом, перевела взгляд с Чимина на Чонгука, который теперь стоял чуть в стороне, внимательно наблюдая за ними с едва заметной ухмылкой. И её глаза тоже округлились. Она не могла ошибиться. Этот профиль, эта уверенная поза, эти глаза... Он был её кошмаром и её спасителем в одно и то же время, но она не ожидала увидеть его здесь, с такой властью.
Чонгук, заметив их потрясение, усмехнулся. В его глазах мелькнула ирония, и он произнес
-Старые знакомые, значит...
Эти слова, брошенные им, заставили застыть не только девушек, но и Инженера, который стоял чуть в стороне, бледный и молчаливый. Атмосфера в комнате наполнилась новым, неразгаданным смыслом. Все это было не просто погоней за преступником. Это было что-то гораздо более глубокое, переплетающееся с их личной историей, их прошлым. И Инженер, казалось, был лишь частью этой сложной, запутанной сети.
«СТОП!» - крик Чонгука еще висел в воздухе, смешиваясь с оглушительной тишиной, которая воцарилась после того, как все охранники покинули кабинет. Инженер стоял, бледный и почтительный, а Алиса и София замерли, как каменные изваяния, их сознание всё ещё пыталось обработать невероятное.
Чимин, не отрывая взгляда от Софии, медленно поднял руку и осторожно коснулся её подбородка, словно боясь причинить боль или, наоборот, разрушить хрупкую грань её самообладания. Его глаза были наполнены сложной смесью беспокойства, облегчения и чего-то еще, что София пока не могла понять.
Внезапно уголки её губ дрогнули в едва заметной, озорной улыбке, которая, казалось, появилась из ниоткуда, прорезав завесу страха. Она посмотрела прямо в глаза Чимина, и её голос, который только что был прерывистым от ужаса, стал мягким, почти кошачьим.
-Мини... я так скучала- мило, но с отчетливым оттенком соблазна, произнесла София. Она медленно подняла руки, невесомо положив их на широкие плечи парня, её пальцы скользнули по тактической форме, по невидимой мышце под тканью. В её взгляде плясали искорки вызова и дразнящей нежности.
Чимин опешил. Он был готов к чему угодно - к обвинениям, к слезам, к истерике, но не к этому. Его брови взлетели вверх, а голос прозвучал с неподдельным недоумением.
-Что? - вырвалось у него, почти шокированно.
София слегка наклонила голову, её глаза блеснули.
-Это же я, глупышка- её голос стал ещё нежнее, а в словах проскользнула давно забытая интимность. - Мин София. Твое солнышко
Эти слова, произнесенные так легко, словно между ними не было лет разлуки, пробили в броне Чимина брешь. В его сознании, словно по щелчку выключателя, вспыхнули воспоминания. Мгновенно, ярко, болезненно. Куча моментов, связанных с этой девушкой. Воспоминания, которые он пытался подавить, спрятать глубоко внутри, но которые теперь вырвались наружу, нахлынув с головой. И в каждом из них, в любой ситуации - смехе, слезах, спорах, примирениях - он называл её так. Солнышко.
Солнышко...
Солнышко...
Солнышко...
Эхо этого слова зазвучало в его голове, как навязчивая мелодия. Эта девушка. Мин София. Его солнышко. Она была его ночным кошмаром. Не в плохом смысле, а в том, что он жалел о своем решении бросить её. Каждая ночь, почти каждый сон показывал ему её. Солнышко, которое страдало, плакало, разбитое от расставания с ним. Он ушел, потому что не мог больше смотреть на её боль, на её хрупкость, когда она сама проходила через тяжелые времена. Он верил, что поступает правильно, освобождая её от своих проблем, но его сердце никогда не переставало болеть. И вот она здесь. Живая. Невредимая. И называет его "Мини".
Тем временем Чонгук, внимательно наблюдавший за этой сценой, медленно перевел взгляд на Алису. Её лицо было напряжено, но в глазах горел холодный огонь. Он подошел к ней, чуть ближе, чем позволяла обстановка, и осторожно, почти боязливо, поднял её подбородок, вынуждая встретиться с ним взглядом.
-Я думал... что ты...- голос Чонгука оборвался, став хриплым. Он не мог договорить. Мысль о том, что она умерла, преследовала его годами, терзала его виной и сожалением. Он отошел на шаг, будто обжегшись, его обычно непроницаемое лицо выражало полное замешательство и болезненное удивление.
-Я не умерла - грубо, с резким, обжигающим холодом в голосе, произнесла Алиса. Каждое слово было отточено, как лезвие. Ей не хотелось видеть его растерянность, его мнимое облегчение. Слишком много боли было связано с ним.