29
Внизу, у подъезда, нас ждёт свадебный кортеж. Несколько шикарных чёрных автомобилей, позаимствованных Аллой у отца.
Садимся с Егором на заднее сиденье и сцепляем руки в замок. Моя ладонь немного влажная, нервы натянуты как канаты, его — сухая и тёплая. Он успокаивающе гладит большим пальцем мою кожу, а потом и вовсе тянет на себя и целует наши сплетённые руки.
Успокаиваюсь.
В загсе никакой толпы нет. Про пятьдесят гостей папа либо шутил, либо все нагрянут в ресторан. На церемонии присутствуют лишь самые близкие. Мама Егора, его брат Лекс, по случаю праздника наряженный в чёрную рубашку. Он показывает два пальца вверх, когда мы с Кораблиным проходим в центр зала. Мои родители и дочь примкнули к ним и, замерев, смотрят на нас глазами, полными восторга. Алла и Костенко останавливаются чуть дальше, в стороне от семьи.
Я чувствую огромную благодарность всем, кто здесь сегодня присутствует… И очень боюсь, что однажды мама Егора узнает, как началась наша история.
Что всё было не по-настоящему, фальшиво, ради дела… но в итоге вылилось в реальное всепоглощающее чувство. В котором мы с Егором не побоялись утонуть. В итоге всплыли и очень счастливы.
— Возьмёшь мою фамилию? — вдруг спрашивает будущий муж.
Запутавшись в юбках, спотыкаюсь, наступая носком на бесконечные слои ткани.
Посмеиваясь, Егор подхватывает меня за талию, спасая от встречи с полом. По залу проносятся тихие «охи» и смешки.
— Ты сказал, что никогда не дашь мне её… фамилию…
Смотрю в любимое лицо, широко распахнув глаза. Он ведь серьёзно?
— Я соврал. Ну так что?
— Думаешь, откажусь?
— Надеюсь, нет.
— Конечно, нет!
Егор довольно улыбается и проводит зубами по нижней губе. Низ живота сводит сладкой судорогой. Поскорее бы остаться наедине! Готова поспорить на свадебный торт, он думает о том же!
Сколько часов продлится банкет?
Тянемся к друг другу, но поцеловаться нам не дают. Вежливое покашливание регистратора напоминает, где мы и зачем.
— Начинаем…
Переглядываемся с Егором и нервно хихикаем. Как подростки. Он сжимает мою ладонь крепче, не думая отпускать, и кивает. Мы готовы. Мы правда сделаем это.
Регистратор произносит свою речь, которую я совершенно не запоминаю. Мы говорим «да», держась за руки, проходим к столу и ставим подписи в нужных местах, а потом обмениваемся кольцами.
Я чуть не роняю кольцо Кораблина, так трясусь.
— Спокойнее, это всего лишь я, — мягко говорит Егор и накрывает мои пальцы своими.
— Легко тебе говорить…
Наши руки теперь украшают тонкие обручальные ободки. Кажется, что они там были всегда, смотрятся так гармонично и на своём месте.
— Жених, можете поцеловать невесту. Объявляю вас мужем и женой…
Тихий голос регистратора утекает куда-то на периферию сознания, когда я вижу перед собой Кораблина.
Он властно кладет руку на затылок, не заботясь о сохранности моей прически — Рафаэля хватил бы удар от такого варварства, и притягивает ближе к себе. Шепчет в миллиметре от моих губ:
— Привет, жена.
— Пр…
Меня безжалостно затыкают совсем не нежным поцелуем, словно клеймя. Кораблин сминает мой рот, сжимая затылок, не обращая внимания на притихших зрителей. И мне плевать. Есть только он и я. Этот момент наш.
Приподнявшись на носочках, обнимаю мужскую шею и встречаю его язык своим.
— М-м-м…
— Кхе-кхе.
— Вы фотографируете? Чего стоите?!
— Где тут мусорное ведро? Меня тошнит…
— Регина, закрой глаза Зое, а не мне!
— Боже, какая потрясающая пара.
Оторвавшись друг от друга, часто дышим. Невероятно, а ведь это только начало.
— Поздравляем!
— Горько!
— Ура!
— Добро пожаловать в семью, сынок, — басит папа и похлопывает Егора по спине.
— Валечка, я так счастлива за вас. Живите дружно, дети мои, — умываясь слезами, бормочет Кораблина.
Родня кидается поздравлять, растаскивая нас с Егором по разные стороны. Обнимают, целуют, вручают цветы. Я подхватываю дочь на руки и кружу под её заливистый смех.
Чувствую себя безумно счастливой. Словно за спиной выросли крылья и мне всё-всё по плечу. Это только наш день. И он будет идеальным!
Фотограф старается быть незаметным и снимать любимый Егором репортаж, но всё-таки не удерживается и крадет нас на пару совместных кадров под плакучими ивами на набережной.
В ресторан немного опаздываем, там оказывается больше народу, чем на регистрации. Но я всем рада. Папиным проверенным временем коллегам-друзьям и их семьям, нескольким подругам мамы — слава богу, Потаповы после инцидента на их даче с Жориком не пришли. Со стороны Кораблиных гостей совсем мало. Оказывается, у Мадины Николаевны есть двоюродная сестра, приехавшая с племянницей из другого города. «Вижу их второй раз в жизни», — шепчет Егор. И троюродный брат, дядя Валера. «А его первый, до этого — только на фото». Ещё пришли несколько подруг с дочерями, которые, вытирая скупые слёзы, бросают полные зависти взгляды на моего Егора, а некоторые перспективно оценивают скучающего с бокалом сока Лекса.
Оглядываюсь по сторонам. Много цветов, белой ткани и свечей. Убранство очень стильное и дорогое. Настоящее. Свадебное.
— Кто всё это сделал? А кто оплатил?
— Не думай об этом, — произносит Егор и, коснувшись моей спины, направляет в сторону нашего стола.
— Если ты взял кредит, я буду выплачивать его вместе с тобой. Так будет честно.
— Конечно, мы же теперь семья, — смеётся Кораблин.
Мы сидим вдвоём в центре зала, спиной к панорамным окнам, за которыми виднеется живописный ресторанный дворик.
Я думала, доберусь до стола и как начну сметать всё, до чего дотянусь. Кроме зелёных яблок и чая в моём животе со вчерашнего вечера ничего не было! Но не тут-то было: только успела присесть и потянуться к бутербродам с призывно переливающейся в свете фонариков икрой, в зал ворвался предприимчивый ведущий с микрофоном.
— Дорогие гости, рад приветствовать вас всех здесь! В величайший день образования новой семьи! А вот и наши прекрасные молодожёны Валентина и Егор. Поаплодируем!
Я так и застываю с рулетиком из семги в одной руке и бутербродом в другой. С опаской кошусь на бодрого и изобретательного парня, который уже фонтанирует в воздух шутками и фактами из моего детства.
— Это ещё кто? — спрашиваю.
— Лучше спроси у Волковой, я в душе не… знаю.
Переглянувшись, закатываем глаза. Аллочка — это нечто.
И начинается… нам не дают спокойно поесть, присесть, да и вообще насладиться так называемой свадьбой.
Все хотят сфотографироваться, познакомиться, подойти поговорить, потанцевать. У ведущего, по-моему, стоит задача извести нас конкурсами так, чтобы не дай бог ночью мы занялись сексом, а не просто рухнули в позе шавасаны на кровать.
— Я больше не могу… — стону, сбрасывая босоножки в тот редкий момент, когда удаётся присесть. Ноги стёрты в кровь! Гудят и ноют!
Муж падает рядом и тут же обнимает. Утыкаюсь носом в его расстёгнутую на две пуговицы рубашку и, прикрыв глаза, дышу.
Сейчас в центре внимания наши родители, которые принялись горланить в караоке, и от нас все немного отстали. Алла утащила Зою кормить рыбок в пруду на территории ресторана, с ними же исчез Костенко.
Егор целует меня в висок, поглаживая плечи.
— Я сейчас.
Возвращается через несколько минут с обувной коробкой и присаживается на корточки у моих ног. Ставит ступню себе на колено и мягко массирует, так что я опять начинаю постанывать, запрокидывая голову.
— Боже…
— Давай сбежим, Валь, — сипло произносит Егор.
Закусив губу, смотрю, как его пальцы растирают и надавливают на кожу. Я на грани получения экстаза лишь от этого. Так устала…
— А так можно?
Предложение капец заманчивое. И пока все заняты делами, можно сделать это почти незаметно.
— Наш день, что хотим, то и творим. А хочу я тебя, достало делиться с остальными. Моя невеста. Моя жена.
Понятливо киваю. Тоже хочу его. Мужа своего. Только моего. И перестать целоваться под безумные крики «горько-сладко-кисло», просто уединиться где-нибудь, пока есть на это силы.
— Бежим. Сейчас. Только Алле скину сообщение. Не видел мой телефон?
Егор отрицательно качает головой, пока я пытаюсь прикинуть, где могла его оставить.
— Поискать?
— Скорее всего, он у Аллы. Не помню, где оставила. Ну и чёрт с ним!
С готовностью встаю, но Егор мягко толкает меня назад. Открывает обувную коробку и достаёт розовые, как жвачка, кеды.
— Это для меня?
— Ага. Никогда не понимал, как невесты выдерживают целый день на каблуках. Не понимал и жалел.
Подаюсь вперёд и обхватываю ладонями лицо Кораблина, тяну на себя и бесцеремонно впиваюсь губами, пока он пытается расшнуровать для меня кеды. Ни один парень на свете не делал для меня столько, сколько делает он.
Эта маленькая забота, подкупает и….
— Егор, я люблю тебя.
Он на секунду замирает. Прикрывает глаза, прижимаясь к моему лбу своим, и шумно выдыхает:
— Я о таком и мечтать не мог, Валя.
— О чём?
— О тебе в белом платье и с моей фамилией, — тихо говорит Егор и, поцеловав моё колено, возвращается к шнуркам на кедах. Поджимаю губы. Червячок сомнения поднимает голову и злорадно улыбается моим ликующим и празднующим свадьбу тараканам. Четыре самых важных слова в ответ я так и не слышу.
«Я тебя тоже люблю».
— Идём, пока никто нас не хватился. Голодная?
— Ага, — произношу бодро, словно всё нормально и мне только что не всадили кол в сердце, не ответив на признание должным образом. — Хочу картошку фри. И бургер.
Огромный и жирный!
Егор смеётся и помогает мне подняться. Прижимает к себе крепко, покрывая хаотичными поцелуями моё лицо.
— Купим. Всё, что захочешь.
На выходе из ресторана сталкиваемся с Аллой и Костенко, качающим на руках Зою. Уснула.
— Уходите? — прищурившись, спрашивает Волкова. — Так быстро?
Киваем, словно болванчики.
— Безумно устали, — решительно говорит Егор.
— Ладно, прикроем. Отдыхайте.
Обнимаю подругу.
— Спасибо за всё. Я очень тебя люблю. — В носу пощипывает и я готова разрыдаться. — У тебя нет моего телефона?
— Ага, у меня. Не смей реветь, иначе я тоже.
Мы стоим обнявшись ещё несколько секунд, пока парни рядом тихо переговариваются, а потом отстраняемся. Волкова, шмыгая носом, открывает свою бездонную сумочку и достаёт мой мобильный.
— Напиши мне, как всё закончится, — прошу её.
— Не буду вам мешать, — понятливо улыбается Алла, стреляя многозначительным взглядом в стоящего рядом Кораблина. — Заделайте в эту ночь пятерых детей разом!
— Алла! — шикает на неё Виталик, предосудительно качая головой.
— А что такого я сказала?
Целую в лоб спящую дочку и, поправив её светлые локоны у личика, смотрю на друзей.
— Вам идут дети. Задумайтесь.
В такси кладу голову на плечо Егору, закрываю глаза. Он обнимает, уткнувшись носом в мои волосы. Целует их и медленно перебирает пальцами. Устало вздыхает. Я жмурюсь от удовольствия, не желая думать о завтрашнем дне.
Пусть сегодня всё будет прекрасно. От и до.
Все проблемы и невысказанные слова останутся за бортом, а мы будем парить в сфере из счастья и любви. Всё завтра.
Домой единогласно решаем не возвращаться, там слишком легко нас обнаружить. Выбираем новую гостиницу в центре, и Егор через приложение снимает нам номер для молодоженов.
Нас встречает приветливая девушка-администратор и провожает до лифтов.
Как только двери лифта закрываются и мы наконец остаемся одни, Егор протягивает мне руки, ожидая, когда я вложу в них свои.
— Иди ко мне.
Он целует меня бесконечно медленно и трепетно. Ласкает языком, облизывает и покусывает губы. Тягуче нежно. Без властных закидонов из загса, совсем иначе. Эти поцелуи иные. Только для нас. Меня и его. Мы боремся языками, выманивая их на совместный танец, снова и снова.
Руки Кораблина блуждают по моей спине, ягодицам, плечам. Он словно хочет трогать меня везде, чтобы ни один миллиметр моего тела не остался без его внимания.
Я задыхаюсь, откидывая голову назад, и Егор присасывается к нежной коже шеи. Отбрасывает мешающие ему волосы назад, сжимает пальцами мой затылок. Я стону и извиваюсь в его руках, давая всё больше доступа его умелым губам для ласк.
Егор чувствительно покусывает шею, тут же зализывая и оставляя невесомые поцелуи. Внизу живота разгорается пожар, грудь ноет и покалывает. Меня разрывает от желания и чувств.
Я мечтаю ощутить на себе тяжесть его тела, ощутить его в себе. Чтобы не переставал касаться, ласкать, целовать. С ума по нему схожу. Так сильно люблю, внутри всё сжимается от предвкушения. Между ног сладко потягивает.
И всё это в лифте!
Бесконечно долгая поездка, я готова расплавиться и начать срывать с него рубашку уже сейчас.
Хнычу, проводя пальцами по коротко стриженному затылку Егора, и слепо тыкаюсь в поисках его губ.
— Тише.Ещё немного, — смеётся Егор и подхватывает меня на руки.
Стоять не получается. От возбуждения трясёт так же сильно, как утром перед регистрацией от нервов. Утыкаюсь лбом ему в плечо и просто дышу, пока мы пересекаем пустынный коридор Кораблин опускает меня на пол рядом с нужной дверью и несколько раз проводит ладонью по лицу. Не сразу попадает ключом в замочную скважину и громко чертыхается. Я хихикаю.
Осекаюсь, встретившись с ним взглядом.
Глаза у него чёрные, радужку почти целиком заполнил зрачок. Грудь вздымается от быстрого неконтролируемого дыхания, а ширинка вызывающе топорщится. Дверь наконец поддаётся, и Егор распахивает её, приглашая меня внутрь.
Проскальзываю мимо него и замираю в центре светлого номера. Кораблин заходит следом. Останавливается недалеко от меня и, опустив подбородок, внимательно разглядывает.
Порочно и без всяких сантиментов.
Прижимаю руки к быстро колотящемуся сердцу и поворачиваюсь спиной. Бросаю на мужа взгляд из-под опущенных ресниц и тихо прошу:
— Поможешь снять платье?
Актив=глава
Подписывайтесь на мой telegram канал:LIS_YA23
__________________________________________
Ставьте ⭐ Пишите комментарий!💗