20
– Я могу войти? – спросил Пак. – И прежде, чем ты ответишь, – добавил он, – советую убрать строгое выражение с твоего лица, иначе мне придется сделать это за тебя.
Чеён понимала, что муж не шутит, по тому взгляду, который он бросил на ее губы. И, самое ужасное, в ней снова вспыхнула прежняя страсть.
– Какое право ты имеешь командовать в моем доме? – едко спросила она. – Хочу тебе напомнить, что ты уже не...
Чимин сделала шаг ей навстречу, и девушка попятилась назад. Холл показался ей крошечным. Она отступала до тех пор, пока не уткнулась в стену. Теперь между ними было минимальное расстояние, и Чеён могла в подробностях рассмотреть лицо Пака. Он очень устал, впервые заметила она.
– Ты похудела, – сказал муж.
Значит, он тоже изучает ее.
– Неправда, – возразила блондинка, но скрестила руки на груди, будто защищаясь от его пристального взгляда.
– И ты выглядишь изможденной, – проигнорировал он ее слова. – Не могла спать, потому что скучала по мне, дорогая?
– Как это похоже на тебя – говорить нечто подобное, – прошипела Розэ.
К ее удивлению, Чим кивнул.
– Да, возможно. – Затем он поднял руку. – Могу я снять пальто? Здесь жарко.
Сначала Чеён хотела сказать, что ему уже пора уходить, так что нет смысла раздеваться. Но в конце концов кивнула, ведь в глубине души она не желала его отпускать.
Парень быстро расстегнул пуговицы, снял пальто и остался в очередном черном элегантном костюме.
– Давай мне, я повешу, – сказала блондинка, когда Пак начал вертеть головой в поисках вешалки.
На секунду их пальцы соприкоснулись, когда он передавал ей пальто. Девушка замерла, словно статуя. И только через несколько секунд она снова смогла вздохнуть.
Не осмеливаясь поднять глаза, Чеён повесила его пальто в гардероб. Когда она повернулась, Пак, пройдя в гостиную, стоял у камина и разглядывал фотографию, на которой была изображена девушка в день выпускного бала. Эту фотографию делала Дженни. Когда-то рядом стоял и ее снимок. Но Тэхён убрал его, как только вернулся из Англии.
– Как она? – тихо спросила Чеён. – Я имею в виду Дженни.
– Она в порядке, – сообщил Пак. – Вернулась к родителям в Лондон. Розанна...
– Тэхён выписался из клиники, – быстро прервала она его.
– Да, я знаю. Розэ...
– Он не вернется домой. Здесь все всё друг про друга знают. Поэтому он поживет пока у своего друга. Они планируют совершить кругосветное путешествие. Тэхён хочет заново найти себя. И, возможно, когда отец осознает, что был слишком жесток с ним, то Тэхён вернется и...
– Нет никакого ребенка, любовь моя, – тихо перебил ее Чимин.
Чеён удивленно уставилась на мужа.
– Хватит с нас светских разговоров, иначе ты начнешь рассуждать о плохой погоде, – улыбнулся Пак. – Дженни солгала, Мисс Пак. Она никогда не была беременна – просто злится на всех. На меня, на тебя, на твоего брата... на себя за то, что все так усложнила.
– Хочешь сказать, что она просто хотела обидеть меня?
– И меня, – кивнул он. – Ей потребовалась целая неделя, чтобы признаться в содеянном. Дженни знает тебя слишком хорошо, моя дорогая. Она быстро сообразила, как заставить тебя убежать. Теперь я стою и недоумеваю, почему ты все еще не кинулась мне на шею от радости и из благодарности.
– Благодарности за что? – не поняла Чеён.
– Что нет никакого ребенка, – ответил Чимин. – И что ты все еще моя жена. И, кстати, ты должна была остаться в Сеуле и поддержать меня в трудную минуту.
Теперь девушка поняла, почему муж приехал в таком плохом настроении. Он злился на нее за то, что она не осталась вместе с ним, чтобы вместе выслушать насмешки со стороны журналистов. А сейчас Чим думает, что она бросится к нему на шею, так как он принес отличные новости. Но она не собирается этого делать!
– Твоя самоуверенность, мистер Пак, перешла всякие границы, если ты рассчитываешь, что я упаду к тебе в объятия, – сообщила она. – Или ты уже забыл, что я собиралась уйти от тебя еще до того, как вмешалась Дденни?
– Я ничего не забыл, – ответил он, приближаясь к Чеён. – Я просто предоставил тебе возможность не вспоминать этот эпизод, но ты ею не воспользовалась.
– Я и не собиралась, – ответила кареглазая, пятясь назад. – Ты обманул меня, запугал,
выжал, как лимон. Но что ты дал мне взамен? Великолепное тело и возможность пользоваться им. Это все, что я получила от тебя, Чимин. И даже не смей прикасаться ко мне! – предупредила она, когда уткнулась в стену. – Как ты можешь надеяться, что я поддержу тебя?
– Я и не надеюсь, – ответил он и отвернулся. – Ты заслуживаешь лучшего.
То, что Чимин признал это, не принесло девушке облегчения.
– Спасибо хоть на этом, – хмыкнула она. И хотя ей хотелось обнять его, она сдержалась. А потом вспомнила записку с признанием в любви, которую он написал для видимости, и снова разозлилась. – Мой отец придет с минуты на минуту. Я хотела бы, чтобы ты ушел...
– Он не придет...
Девушка замерла в дверях.
– Что это значит? – спросила она.
– Он вернется нескоро, – объяснил парень. – Я предупредил его о своем приезде и о том, что поведу тебя на ужин
– Ужин? – переспросила блондинка. – Но я не хочу с тобой ужинать.
– Только так ты сможешь избавиться от меня, дорогая.
Та холодность, с которой муж сказал это, заставила Розэ взглянуть на него. По выражению его лица она поняла, что ее любимый мужчина снова превратился в бесчувственного Пак Чимина, играющего не по правилам.
Высокий, сильный, красивый и безумно привлекательный... Ей было нелегко сопротивляться.
– Объяснись, – потребовала она.
– Ужин, – повторил Пак. – Это все, чего я прошу. Столик уже забронирован. Тебе нужно лишь сесть со мной и поесть. – (Никогда в жизни она не поверит, что он хочет от нее только этого.) – Иначе мне придется вспомнить о вашем семейном долге...
Вот теперь она его узнаёт. Прежний самодовольный Пак Чимин, который смотрел на нее, как тигр на жертву.
– Ужин... – скрестила она руки на груди. Его взгляд инстинктивно опустился вниз, и от этого у Чеён мурашки побежали по коже. – Где?
– В моем отеле. Я остановился в «Beach Suites».
«Beach Suites», тихо повторила про себя Розэ. Только лучшее могло подойти Чимину. Отель считался самым шикарным в округе. Его недавно отреставрировали, и многим туристам это здание показывали как местную достопримечательность.
Чеён прекрасно понимала, что таким образом Пак пытается выманить ее из дома, где она чувствовала себя как рыба в воде. И передвинуть место действия туда, где удобно ему.
– У меня нет ничего подходящего, чтобы надеть на ужин в такое место, – холодно заявила она.
Карие глаза снова осмотрели ее с ног до головы.
– Не стоит переодеваться. Мы собираемся ужинать, а не устраивать показ мод.
Чеён была достаточно зла, чтобы именно так и поступить. Назло ему она могла пойти в самый шикарный отель города в платье, которое не снимала уже два дня, потому что была слишком расстроена, но...
– Ужин, – задумчиво повторила она. – Это все? Потом ты привезешь меня домой и перестанешь запугивать?
– Да, – ответил Чимин по-итальянски, убеждая ее, тем самым, в своей искренности.
Не сказав ни слова, Чеён развернулась и гордо поднялась по лестнице в свою комнату. Возможно, если бы она оглянулась, то увидела бы, как Пак провел рукой по лицу, будто снимая с себя напряжение.
Когда она спустилась, на ней был длинный плащ, а под ним – единственное приличное платье, которое висело в ее шкафу. Черное, закрывающее колени.
Пак уже ждал жену в холле. Они сели в арендованный «Бентли» и поехали в ресторан.
Оба молчали. Это было похоже на затишье перед бурей, поэтому Чеён безуспешно пыталась успокоить свои нервы.
«Beach Suites» оправдал ее ожидания. Выполненный в старинном стиле, он поражал роскошью. Повсюду были зеркала, золото и эксклюзивная мебель.
Их проводили к столику. Кто-то невидимый забрал их плащи. В зале горел слегка приглушенный свет, создавая интимную обстановку.
Чимин жестом отпустил метрдотеля и сам помог Розэ сесть.
– Тебе бы пошли бриллианты, – прошептал он ей на ухо.
– Плохой способ задобрить меня, – парировала блондинка.
Она вспомнила про бриллианты Дженни. Когда Пак сел напротив, ей стало ясно: он понял, о чем она думает.
– Тогда изумруды, – поправился он. – Они лучше подходят к твоим глазам.
– Это лесть, – не поддалась девушка. – И у меня чёрные глаза.
– Нет, сейчас они карие. – И Пак улыбнулся, так как она покраснела. Они оба знали, что глаза Чеён меняли цвет, только когда ее охватывала страсть.
Видимо, было неважно, какого рода эта страсть.
Официант предложил Чимину карту вин, но тот отмахнулся и заказал свое любимое вино. Статус этого отеля не позволял официанту даже секунды промедления, поэтому тот сразу положил перед ними меню.
Чеён открыла его и сделала вид, что изучает от корки до корки. Парень же откинулся на спинку стула и начал изучать ее лицо.
– Прекрати, – сказала Чеён, даже не взглянув на него.
– Мне нравится смотреть на тебя, – объяснил он. – У меня иногда даже дух захватывает.
– Секс. – Чеён нашла подходящее название для этого явления.
– Ты хочешь от меня больше, чем просто секс?
Этот вопрос заставил девушке сконцентрироваться. Однако она все еще не поднимала глаз.
– Я не настолько сильна во французском, чтобы все здесь понять, – пробормотала блондинка, указывая на меню. – Тебе придется переводить.
– Ti amo, – сказал он по-итальянски. – Это значит «Я тебя люблю».
Чеён вздрогнула от этих слов и чуть не уронила бокал.
– Это итальянский, а не французский, – беспомощно взглянула она на Чимина. – И не надо надо мной издеваться... – Ей не справиться со слезами. – Или я уйду...
Но по выражению его лица видно, что у него и в мыслях не было издеваться над ней. И Пак выглядел абсолютно серьезным, когда достал что-то из кармана и положил перед Чеён.
Она наклонилась и замерла.
– Скажи мне, – тихо произнес Пак, – что именно в моей записке расстроило тебя до такой степени, что ты скомкала ее и кинула на пол?