Глава 10. Забыл
Солнце мягко коснулось макушек высоких сосен и елей. Белый снег серебром блестел под солнечными лучами. Жители леса только проснулись, но они уже чуяли, что опасность приближается, в моём лице.
Я бежала быстрее ветра, что свистом отдавался в моих ушах. Морозный воздух приятно щекотал нос. Пробегая возле одного дерева, я не удержалась и подпрыгнула, дотронувшись до ветки тем самым напугав птиц, что так красиво пели.
— Аххааха! — лес разразился моим смехом. Но он продолжался не долго, ведь у меня была задача. Я побежала до северной стороны леса.
У северной стороны леса, текла могучая река, которая никогда не замерзала. С другой её стороны начиналась гора. Именно на этой стороне водятся олени.
Боковым зрением я уловила движение. Олень — тут же пришёл ответ мне.
— Охота началась... — прошептала я.
После этих слов, я побежала за этим оленем.
Он быстрый, но я быстрее.
Он хитрый, но я хитрее.
Он петлял между деревьями.
А я же запрыгнула на ветку дерева и побежала за ним с верху по веткам.
На каждого зверя найдётся свой охотник...
Вскоре олень остановился у реки и стал пить из неё. Спрыгнув с ветки, я приземлилась на камень. Как лев наблюдает за совет жертвой, так и я наблюдала за оленем.
Я выждала нужный момент и собралась прыгнуть. Я пригнулась и сделала шаг, как меня притянули к себе спиной. По лёгкому запаху книг и еле уловимому запаху больницы, я узнала кто помешал моей охоте. Карлайл.
Я печально выдохнула. Ведь как только олень почувствовал ещё одного хищника, он сбежал.
— Карлайл, ты мне помешал! — воскликнула я, пытаясь вырваться из его объятий. — Из-за тебя я его упустила!
— А я поймал, — прошептал он и я почувствовала, как резинка, что держала мои волосы в хвосте, больше не держит их. И мои волосы золотом рассыпались по плечам.
— Карлайл, отпусти, — проговорила я и сложила руки на груди.
— Нет, — прошептал он мне на ухо и зарылся носом в мои волосы. То что я чувствовала в тот момент, нельзя было передать словами.
— Карлайл, — нежно позвала я его. — Ты оставишь ребёнка голодным? — спросила я и удобно утроилась у него на груди.
— Где тут ребёнок? — в его голосе слышалось истинное удивление. — Я вижу перед собой взрослую, красивую девушку, — его слова заставляют меня замереть. Я никогда не слышала таких комплиментов, в исполнении Карлайлом Калленым.
— Может в душе я ребёнок? — игриво промурлыкала я.
— Эх... — мужчина печально вздохнул. — Ребёнок, ребёнок... Уговори меня, тебя отпустить, — его шёпот приятно грел душу. На моих губах расцвела улыбка.
Я развернулась в его объятиях. Положив ладонь на его грудь, я посмотрела в янтарные глаза своего создателя. Встав на носочки, я нежно поцеловала его в щёку. Незначительный поцелуй в щёку — это лишь начало.
— Уговорила? — я ухмыльнулась, обнажая ряд белоснежных зубов.
— Возможно, — задумчиво протянул тот. — Пойдём охотиться? — предложил мужчина.
— Я бы не отказалась, — улыбнулась я Карлайлу. — Но ты, — я ткнула ему пальцем в твёрдую, каменную грудь пальцем. — сначала должен отпустить меня.
— Хахахаа! — Каллен-старший закинул назад голову, его тело сотрясала лёгкая вибрация от смеха. Смех мужчины часто напоминал мне смесь звериного мурчания и звона, тысячи маленьких колокольчиков. — Хорошо, — руки создателя разжались на моей талии и в ту же секунду, я оказалась в двух метрах от него.
Я поманила его пальцем и сказала: — Догони меня.
Карлайл покачал головой, улыбаясь, но всё же мужчина устремил за мной.
Мы смогли поохотиться, не прекращая нашу "игру". Карлайл всё так же пытался поймать меня.
Я побежала до могучей реки. В моей голове созрел новый план.
Я зашла в воду и стала ждать. Мягкие волны, будто гладя пробегали по рукам. Приятное осознавание того, что я в своей стихии, теплом отозвалось в моём каменном теле.
Вдруг сильные руки обняли меня за талию, притягивая к себе.
— Поймал, — прошептал мне доктор, зарываясь в волосах.
— Поймал, — согласилась я и повернулась в его руках. Мои ладони легли ему на плечи. Мне пришлось закинуть голову, чтобы смотреть Карлайлу в глаза, ведь он был выше меня на голову. Наши лица стали приближаться к друг другу. Когда между нами осталось два сантиметра, мужчина замер.
— Это неправильно... — прошептал Карлайл, борясь с желанием.
— Карлайл, прошу забудь один раз о том, что правильно, а что нет... Прошу... — Карлайл качал головой. Я уже отчаялась, но после он резко вскинул голову и посмотрев в мои глаза, за считанные секунды сократил расстояние между нашими лицами. Он целовал меня нежно, его губы были такие мягкие.
— И что это было? — спросила я, когда мы сумели оторваться друг от друга.
— Я забыл... — ответил он беззаботно и мы вновь слились в страстном поцелуе.
* * *
После нашей "охоты" мы возвращались домой, мокрые, но счастливые. Мы разговаривали и смеялись.
— Однажды мы с дядей Джоном пошли на рыбалку, — я улыбнулась вспоминая мужчину. — Это затея казалась мне полной глупостью, но он настаивал и я согласилась. Хотя ему даже уговаривать меня не нужно было, я всегда бы пошла за ним, я всегда слепо доверяла ему.
— Я ему тоже, как он мне, — сказал Карлайл.
— Точно. Вечно забываю, что вы были друзьями, — прошептала я. — Так вот, представь лето я и он (ужасная смесь). Мы отправились на лодке к середине озера и вот мы остановились, он забросил удочки в воду. Перед нами была ещё одна лодка, она приплыла позже. Мы просидели на этом озере от полудня к закату, но не поймали ничего, не одной рыбки, даже маленькой. За то те люди наловили целых два полных ведра! Как? — я улыбнулась смотря как смеётся мой создатель. — Тогда я поняла, что рыболов из меня так себе.
— Джонатан обожал такие вылазки, — сказал Карлайл.
— У меня есть дневник Джонатана, — сказала я. Моя реплика вызвала у мужчины ступор.
— Что?
— У меня есть дневник Джонатана, — повторила я. — И я читала там, что... Это правда, что он был влюблён в маму? — Карлайл кивнул. — Ты знал? — я выжидающи смотрела на мужчину, но тот молчал. После того как прошли две минуты, я подумала, что сегодня я не узнаю ответы на свои вопросы, что гложат меня уже много столетий.
— Да. Наверно я знал.
— Тогда почему?
— Когда я встретил твою маму, я будто сошёл с ума. Неведомый, что такое любовь я спутал обычную симпатию с этим сильным чувством. Но кажется Джон её любил и любил сильно, — Карлайл отпустил голову. — Но я рад, что он был с тобой и с твоей мамой всё это время. Я хотел его отблагодарить отправил куча писем ему, но так и не пришёл ко мне ответ.
— Он умер.
— Я знаю прошло ведь куча времени, — сказал он.
— Ты не понял... Я вернулась в Лондон после того как побывала у Вольтури, прошло два года и я вновь ступила на родную землю. Оказалось, что Джонатан давно умер. Он покончил жизнь самоубийством.
— Я не знал.
— Да. Помнишь моего друга — Генри?
— Да. Он был милым мальчиком.
— Он стал рыцарем, но погиб. Генри не дожил положенный срок.
— Я думал он поживёт долгую жизнь.
— Так думали все. А помнишь Люси?
— Да. Не говори, что...
— Нет! Она прожила длинную жизнь, на протяжении, которой была всегда со мной. Я хотела её обратить, спрашивала каждый год в её день рождения, но она говорила упрямо нет. У неё было много детей и много внуков.
— Я искренне рад за неё.
— Так странно. Жить вечность, смотреть как родных людей уносит река под названием время, как их имена стираются в вечности...
— Такова наша доля...
* * *
Мы вернулись домой, когда солнце уже близилось к закату. Когда мы зашли в гостиную, то увидели всех Калленов. Эсми бросила на нас ревнивый взгляд, а я лишь шире улыбнулась. Я давно стала замечать, что женщина влюблена в моего создателя. Часто она смотрит на него, пытается получить его внимание, но Карлайл будто этого и не замечает.
— Почему вы мокрые? — спросил Эмметт, еле сдерживая смех.
Я села на диван рядом с Розали, закинув ногу на ногу, а Карлайл сел в кресло, что стояло рядом с потухшим камином.
— Решили рыбы наловить, — с моих губ не сходила улыбка.
— Знаем мы как вы рыбу ловите, — тихо прошептала мне Розали, чтобы никто не услышал.
— Да ну? А где улов? — уже смеясь во всю глотку, спросил мой большой "брат".
— Рыболов, не моё призвание, — сказав это, мы с Розали переглянувшись, засмеялись и наш смех поддержали все, кроме одной. Эсми.
Мы разговаривали, шутили и смеялись, как настоящая семья.
— Кстати, Калипсо, когда замуж выйдешь? — спросил Эмметт. Я украдкой взглянула на Карлайла, тот внимательно слушает наш разговор.
— Моё семейное положение — влюблен в себя!
— У Эдварда ведать тоже, — бросила язвительный комментарий Розали.
— Я и не спорю, — ответил Эдвард.
— А я и не сомневалась, — ответила Розали.
— Ладно, я пойду в комнату, — сказала я, поднимаясь с дивана.
— Хорошо, — сказали Карлайл и Розали одновременно из-за чего, гостиная вновь наполнилась общим смехом. Я лишь улыбнулась и пошла вверх по лестнице.
* * *
Войдя в комнату, я скинула одежду и взяв два полотенца отправилась в ванну. Я зашла под струи воды и окунулась в сегодняшние воспоминания и не заметила, как на моих губах расцвела улыбка.
* * *
Я вышла из душа, вытирая волосы полотенцем. Вдруг раздался приглушённый стук в дверь.
— Войдите.
— Калипсо, — в мою комнату вошёл Карлайл и замер в оцепенение. Его взгляд пробежался по мне, начиная с губ заканчивая талией.
— Что, Карлайл? — спросила я, пытаясь скрыть рвущийся наружу смех. Но всё же широкая улыбка расцвела на моём лице.
— Я хотел поговорить.
— Так говори.
— Не могла ли ты одеться перед нашим разговором.
— Тебе, что не нравится вид?
— Калипсо, тот поцелуй ничего не значит.
— Оу...
— Ты моя дочь, а я твой отец... Ничего больше между нами не может быть. Надеюсь ты это понимаешь?
— Я понимаю.
— Ладно. Я пойду.
— Пока.
— Пока.
После того как Карлайл вышел, по моим щекам побежали слёзы.
— Что? — я посмотрела на слезу. У вампиров не бывает слëз. — Как такое может быть?
— Это сила любви, — раздался голос Эдварда за моей спиной.
* * *
— Карлайл, — в кабинет к блондинку, влетел Эдвард. Карлайл поднял тусклый взгляд на сына. — Хватит мучить себя и Калипсо.
— Эдвард...
— Не перебивай. Ты можешь быть у неё не первым, не последним и не единственным. Она любила перед тем, как полюбила снова. Но если она любит тебя сейчас, что ещё не так? Она не идеальна, но ведь ты тоже, и вы оба никогда не будете идеальными вместе. Но если она заставляет тебя смеяться, тем более подумай дважды, если она даёт тебе возможность быть человеком, делать ошибки, держаться за неё и давать ей всё, что ты можешь. Она может думать о тебе не каждую секунду в день, но она может отдать тебе часть себя, потому что она знает — ты можешь разбить её сердце. Так не рань её, не меняй её, не анализируй и не ожидай от неё того, что выше её возможностей. Улыбайся, когда она делает тебя счастливым, давай ей знать, когда она тебя злит, и скучай по ней, когда её нет рядом.
— Боб Марли?
— Я подумал ситуация подходящая, чтобы блеснуть умом.
— Ха... Смешно. Но... Эдвард, всё уже решено...