6
Единственное свободное место перед Кисловым. Всем телом не хотелось садиться именно туда и слушать этот чертов голос, но... И не хочется сидеть с этими сплетницами по имени Рита и Анжела.
Я глубоко вдохнула, стараясь не показывать, как сильно меня это всё раздражает. Шепоты и косые взгляды — только фон для того, что происходит внутри. В груди горело напряжение, и я чувствовала, как с каждым днём становится всё сложнее держать эту маску.
Кислов наконец поднял глаза и посмотрел прямо на меня. В его взгляде не было ни угрозы, ни дружелюбия — просто холодное, ровное ожидание.
— Ты справилась, — сказал он тихо, но твёрдо, когда учитель отошёл на минуту.
— Да, — ответила я, стараясь не дрогнуть. — Но это только начало.
Он кивнул и откинулся на спинку стула.
— Завтра новая игра. Готовься.
В этот момент я поняла: между нами больше, чем просто договор и угрозы. Это странное, хрупкое равновесие — как на тонкой грани ножа. И мне придётся научиться ходить по ней, чтобы не упасть.
Я сжала кулаки под партой. Игра только начинается. И я не собираюсь проигрывать.
Вся школа казалась мне теперь ареной, где каждый — игрок или зритель. Я ходила по коридорам, чувствуя, как взгляды следуют за мной, как будто я стала чем-то вроде легенды — пусть и не самой приятной. Но мне было всё равно. Главное — оставаться в игре.
На перемене подошла Лена. Её глаза были холодны, но внутри пряталась какая-то неуловимая боль.
— Ты думаешь, что всё закончено? — спросила она тихо, будто проверяя меня на прочность. — Нет, это только начало. Ты нужна нам обеим.
Я посмотрела на неё, пытаясь понять, что именно она имела в виду. Лена была загадкой, частью той самой игры, которая казалась мне бесконечной.
— Что ты хочешь? — спросила я.
— Помощь, — ответила она. — И преданность. Или — это игра без победителей.
В этот момент я поняла: выбор — не между страхом и смелостью, а между союзами, которые могут либо спасти, либо погубить.
И я сделала свой ход.
— Помощь? — я насмешливо улыбнулась, не скрывая скепсиса. — Ты хочешь, чтобы я играла по вашим правилам? Чтобы снова была пешкой?
Лена посмотрела на меня так, будто читала все мои мысли. Ее глаза были усталыми, но решительными.
— Ты уже в игре, Эля. И хочешь ты или нет, ты не сможешь просто выйти. Но если мы объединимся, у нас есть шанс изменить правила.
Я замолчала, взвешивая каждое слово. Да, я устала от этой чертовой игры. Но доверять им было опасно. Особенно Кислову. Он был как тень — всегда рядом, всегда готовый нанести удар.
— Хорошо, — наконец сказала я. — Но если я решу играть, то по своим правилам.
Лена кивнула, и в ее взгляде мелькнула редкая искра уважения.
— Тогда мы начнем с малого. Завтра встреча. Будь готова.
Я ушла, чувствуя, как внутри меня загорается что-то новое — смесь страха и решимости. Это был мой выбор. И я собиралась выиграть эту игру.
Слова о очередной встрече били в сердце ножом. Снова бегать, бояться, тяжело дышать, смотреть на случайные и легкие порезы от стекол и гвоздей на теле.
***
Утро следующего дня не принесло облегчения — наоборот, давление стало ощутимее. В голове всё крутилось: «Что за встреча? С кем мы действительно будем иметь дело? И смогу ли я выдержать ещё один удар?»
Я подошла к назначенному месту — заброшенному дворику за школой, где обычно никто не задерживался. Там уже стояли несколько фигур в темных куртках, лица которых я либо знала, либо догадывалась.
Лена была рядом, её взгляд был сосредоточенным и холодным, словно она готовилась к бою. Я сжала кулаки, ощущая, как сердце бьется в такт шагам и тишине.
— Ты не одна, — сказала она, будто читая мои мысли. — Но помни, здесь никто не доверяет друг другу до конца.
В этот момент я поняла: игра меняется, и чтобы выжить, мне придётся стать хитрее, сильнее и опаснее, чем когда-либо раньше.
Сделав глубокий вдох, я сделала шаг вперёд — и в этот миг началась новая глава моей истории.