2.Шлюхи где?
Ставим звёздочки, не забываем про комментарии. Подписывайтесь на тгк:reginlbedeva!
- Лизонька... - Его уголки губ растянулись в широкой, самодовольной ухмылке, словно у Чеширского кота. Он встал, навис над ней. - Я ж с самого начала говорил...
- Не надо мне нотаций читать, - слова вырвались у неё громче и резче, чем собиралась. Она сделала шаг назад. Собрала волю в кулак, заставив себя выдохнуть: - Помоги. Пожалуйста...
Молчание повисло между ними, тяжёлое и звенящее. Наконец он коротко кивнул.
- Помогу.
Он прошёл мимо неё, и тяжёлая дверь с глухим стуком захлопнулась, отсекая любопытные взгляды пацанов из зала. Вернувшись, он грузно упал на потёртый диван, беззастенчиво раскинул колени, потянулся за бутылкой. Сделал длинный глоток, поставил бутылку на стол с чётким стуком.
- Спокойно, давай, по порядку. Что случилось?
Она вздохнула, поражаясь его ледяному спокойствию. Ей казалось, что в эту самую секунду её девочек могут убивать, а он сидит и пьёт пиво, будто обсуждает погоду, в то время как её собственное сердце готово вырваться из груди и разбиться о каменный пол.
- Уехали девочки на заказ... и не вернулись. Сели в машину к разъездовскому. И всё... пропали.
Он слушал, не сводя с неё тёмного, тяжёлого взгляда,иногда коротко кивал. На её последних словах хмыкнул, и в углу его рта дрогнула усмешка.
- Сами, значит... А они к тебе до этого приходили?
- Приходили, - кивнула Лиза, сжимая пальцы. - Как только я сюда переехала и дело открыла, сразу явились со своим «предложением». Семьдесят процентов с прибыли просили. Я их, естественно, послала, потому что мне такие условия нахуй не сдались. Потом их главный, этот рыжий, ещё пару раз наведывался, угрозами сыпал... Ну, вот и украл девочек.
Кощей медленно поднялся с дивана, расправил плечи и весь его облик мгновенно преобразился. Ни тени былой расслабленности. Теперь перед ней был не циничный болтун, а серьёзный мужчина. Он подошёл к ней вплотную, и она почувствовала исходящую от него энергию, сконцентрированную и опасную.
- Ладно... Спасём твоих девок, - он снова ухмыльнулся, но теперь в этой ухмылочке было что-то другое. - Тут посиди пока.
Он прошёл мимо, но на полпути вдруг резко обернулся. В его глазах блеснул тот огонёк озорной, хищный и наглый. Рука его молнией взметнулась, и звонкий шлепок прозвучал по шёлку, туго обтягивавшему её округлость, так ярко выделявшуюся из-под короткой шубки.
Она резко повернула голову, и её взгляд острый, как лезвие, и полный такого леденящего презрения, заставил его усмешку застыть. Кощей тяжело вздохнул, убрал руки в карманы решительным шагом вышел в зал, бросив на ходу:
- Дём! Поехали, дело есть!
С лязгом поставив на место тяжеленную штангу, поднялся Демид. Не проронив ни слова, он натянул на себя куртку, нахлобучил шапку на коротко стриженные волосы.
- Девку не трогайте, - бросил Кощей уже на выходе, не оборачиваясь.
Лиза, проведя его тревожным взглядом, медленно опустилась на потёртый диван. Изящно закинула ногу на ногу, и из сумочки появилась тонкая сигарета. Дрожащими пальцами она прикурила, пытаясь горьким дымом заглушить ком тревоги, подступивший к горлу.
- Какое дело? - коротко спросил браток, поворачивая ключ в замке зажигания «Волги».
- К разъездовским, - пробурчал Кощей, приоткрыв окошко, чтобы стряхнуть пепел. - Бабы той девок утянули.
- Сутенёрша она, что ли? - нахмурился Демид, выруливая со двора и щёлкая фарами, которые выхватили из тьмы грязный снег и голые ветки.
Кощей лишь молча кивнул, уставившись в бегущую за стеклом дорогу. Старшего из разъездовских, Филю, он знал давно, ещё до нары казённой. Рыжий авторитет, Филка, не был человеком, с которым можно было иметь дело. В нём не было ничего святого, ни чести, ни слова, за что Бессмертный всегда держался от него подальше. С таким, как он, в серьёзных делах каши не сваришь. А сейчас он ехал лишь из-за мольбы, застывшей в её карих глазах... Глазах, казавшихся такими спокойными и умиротворёнными, почти ледяными, хотя он-то понимал, каждая её жилка была натянута до предела. А ещё эта фигурка... Кощей тяжело вздохнул, губы его дрогнули в спонтанной улыбке, но он тут же погасил её, сурово нахмурив бурые брови.
«Волга» причалила к СТО. Кощей, выйдя на мороз, быстрым и решительным шагом направился к воротам. Из-за стен гаражей доносилась приглушённая музыка.
- Всем салам! - обвёл он взглядом помещение, выискивая знакомую рыжую макушку среди остальных пацанов.
Внутри, в облаке масляной пыли, стояла белая «Волга» и разбитая «Лада». Пахло мазутом, бензином, едким дымом и... странно неуместными здесь женскими духами. Вот только их обладательниц видно не было, что заставило Кощея и вошедшего следом Демида мрачно нахмуриться.
- Кощей! Какими судьбами? - Филка растянул лицо в неестественной ухмылке, выходя вперёд.
Бессмертный молча кивнул в сторону остальных парней, кучковавшихся в углу, и вернул взгляд Фильке.
- Да вот, девочек украли... не в курсе, кто? - спросил он как бы невзначай.
- Каких таких девочек? - хмыкнул Филка, но ухмылка на его лице стала напряжённой, натянутой.
- Проституток, ночных бабочек, вафлёрш,куртизанок, шмар... Называй как хочешь, - Кощей внезапно сменил тон, его голос стал твёрдым и холодным, как сталь. Он прищурился, впиваясь взглядом в Фильку. - Где девочки, знаешь?
Тот замер. Челюсти его сжались, по скулам заходили жёлваки.
- Не знаю.
- Да? - Кощей усмехнулся, но в его усмешке не было ни капли веселья. - Лизу знаешь?
- Какую Лизу?
- Элизабет.
- Ну, знаю, - кивнул Филка, чувствуя, как почва уходит из-под ног.
- Пришла ко мне, в слёзы ударилась. Девочек её украли, - Кощей говорил медленно, растягивая слова. - А девочки эти, говорят, в машину к рыжему пацану сели.
Слова эти повисли в воздухе, заставив Фильку сглотнуть. Бессмертного он побаивался с самой юности. Он всегда говорил спокойно, но в этой внешней расслабленности Кощея таилась угроза.
- Чего ты хочешь-то, Кощей? - попытался он сказать ровно, но в голосе уже проскальзывала трещина.
- Шлюхи где? - Бессмертный отрезал прямо. - По-хорошему отдавай. Я Лизу крышую, на моей она территории.
- Так чего ж ты сразу не сказал? - попытался вывернуться Филка, неестественно растягивая губы в улыбке и кивая одному из своих пацанов. - Если б знал, что они твои, ни одна б сволочь к ним пальцем не прикоснулась.
Кощей не удостоил его ответом. Он стоял, наблюдая, как из тёмного зева соседнего гаража по одной, словно испуганные тени, выводят девушек. Они были красивы, но красота эта была помята страхом: заплаканные глаза, размазанная тушь, руки, стянутые грубой верёвкой. Кляпы впивались в уголки губ, превращая любую попытку слова в стон.
- Развяжите их, - буркнул Кощей.
Он достал пачку сигарет, закурил, не сводя с Фильки тяжёлого, оценивающего взгляда.
Разъездовские пацаны замерли в нерешительности, переглядываясь со своим атаманом. Увидев короткий, почти панический кивок рыжего, один из них поспешно вытащил складной нож и ловко принялся перерезать верёвки. Девушки, освобождаясь, с судорожным облегчением вынимали изо рта грязные тряпки, растирая изуродованные верёвкой запястья, на которых проступали багровые полосы.
- Поехали, - безразличным тоном бросил Кощей, швырнув недокуренную сигарету в снег, где она с шипением угасла. Девушки переглянулись, затем покорно потянулись за его мощной фигурой к ждущей «Волге». Когда четвёртая, последняя, юркнула в салон и дверь с глухим стуком захлопнулась, Демид резко тронул с места, увозя их из этого ада.
- Мы... мы к Лизе едем? - робко, чуть слышно, осмелилась спросить одна из девушек, с подбитой губой.
Кощей, сидевший на пассажирском сиденье, даже не обернулся.
- К нам. Она там, - коротко бросил он в ответ, его голос не допускал дальнейших расспросов.
Девушки умолкли, затаившись на заднем сиденье. Лишь их испуганные, полные немого вопроса взгляды иногда встречались с отражением Демида в зеркале заднего вида, когда он на светофорах на мгновение поворачивал голову, бегло пробегаясь по ним изучающим взглядом.
- Выходим, - скомандовал Кощей, едва машина замерла в знакомом дворе.
Девушки послушно выкатились из тесного салона на снежную тропинку. Их изящные шпильки с хрустом проваливались в снег, а сами они, ежась от колючего ветра, крепче закутывались в свои лёгкие, не предназначенные для такой погоды шубки.
Спуск в подвал, показался им теперь спасением. Едва распахнулась дверь, как из комнатки, словно тень, выпорхнула Лиза. Её взгляд, метнулся по лицам девочек, выхватывая детали: не избиты, у одной лишь губа распухла и прорезана, не раздеты, волосы, правда, всклокочены, но это ерунда. Главное - живы, целы.
- Лиза! - сорвался с губ у кого-то сдавленный всхлип.
И всё, ледок сдержанности треснул. Девушки, как испуганные птенцы, кинулись к ней, ища защиты и утешения в знакомых объятиях. Лиза на мгновение застыла, её строгое, всегда подтянутое лицо дрогнуло. Она не оттолкнула их, а, наоборот, сжала в объятии, одной рукой похлопывая по спине самой младшей. Потом её полный немой благодарности взгляд поднялся через головы девочек и встретился с тяжёлым, каменным взглядом Кощея. Губы её беззвучно шевельнулись, вычертив в воздухе единственное, но самое важное слово:
«Спасибо».
Не забываем звёздочки!