11
Полицейский участок. Ветер со снегом бьется в хлипкие окна, мигает лампочка. Кира сидит в приемной, опустив голову, зарывается руками в волосы. В помещение врывается Турбо. Его лицо - испуг. Кира вскидывает голову и встает. Турбо на секунду останавливается и обхватывает Киру, крепко прижимает к себе. У нее опущены руки, молчит, даже не плачет. Кажется, Турбо никогда не обнимал ее. Она не помнит, сейчас не до этого.
- Тихо-тихо, - и чувствует грудью дыхание Киры. Та молчит. - Что случилось? Кира, Кира. Посмотри на меня.
Турбо ухватывает Киру за лицо. У Киры закрыты глаза. Турбо шершаво стирает пальцами следы туши, обводит небольшой порез на щеке, тянется к ее рукам. Кира шипит от боли, руки вырывает.
- Что это? - будто бы для себя спрашивает Турбо, забирая ладони Киры в свои.
Руки Киры испачканы в крови, ладонь правой перевязана ободранной тканью. Турбо мечет взгляд по Кире, находит ободранную рубашку.
- Ты их запомнила? Да не молчи! Видела? Тебе, - запинается, сглатывает. - Тебе что-то сделали?
Он пытается поймать ее взгляд, но Кира мычит, слабо отталкивает Турбо, качает головой - она не хочет. Не хочет говорить.
- Кира.
Слова Турбо прерывает хлопок дверью. На пороге показывается мужчина в форме. Турбо тут же выпрямляется, тянет Киру за спину, хмурится - взгляд к разборкам. Усатый мужчина беспечно смотрит сначала на сгорбленную фигуру девушки, после на парня, шлепает его по груди папкой с бумагами.
- Расслабься, пацан.
Мужчина проходит к столу, снимает пиджак, поправляет очки и садится за стол. Расставляет вещи, на молодых людей не смотрит, только ручку достает и голову поднимает.
- Сядь, - приказным тоном.
Турбо оборачивается на Киру. Та падает на стул, остается все в той же позе, в которой он ее застал.
- Мне позвать кого-нибудь? - с угрозой спрашивает мужчина.
Турбо тут же понимает мента - садись - значит, садись, иначе уведут. Турбо, чуть помедлив, опускается рядом с девушкой.
Мужчина открывает папку с бумагами, разбирает.
- Кирана Зималетдинова, - прочитывает со вздохом, смотрит из-под очков на Киру. - Правильно?
Кира кивает.
- Ну? - повторяет с нажимом. - Не слышу.
Турбо меняет положение, чуть поднимаясь со стула, Кира его рукой останавливает. Кира прокашливается.
- Правильно, - выходит слабо.
Мужчина возвращается к бумагам.
- Так сразу и надо. Спрашивают - отвечай, хорошо?
- Хорошо.
Турбо беспокойно смотрит на Киру, та не убирает ладонь с его руки. Забыла. А Турбо не может отвезти взгляда от кровавой сбитой в кровь кисти, неаккуратно наспех перевязанной. От злости, гнева, беспокойства - всего сразу - гудит в голове. Турбо прикрывает глаза, сжимает челюсть.
- Я Ильдар Владимирович. Буду вести дело об убийстве, - Ильдар откидывается на спинку стула, достает из тумбочки пачку сигарет, закуривает прямо в помещении. Он расслаблен. - Расскажи, что было.
Кира поднимает голову, убирает руку с руки Турбо, потирает запястье, тяжело дышит.
- Я шла домой.
- Ан нет, дом твой в другой стороне, - возражает мужчина, стряхивая в пепельницу сигарету.
- К нему, - Кира головой качает на Турбо.
- Хорошо, продолжай.
- Услышала, - сглатывает, - крики. Там девочку... девочку насиловал мужчина, - получается глухо и сбито, почти на выдохе, шепотом.
- Один?
- Двое. Один караулил на углу, - Кира мнет пальцами повязку, дергает ее.
- И ты все равно пошла к ним? - вскидывает брови Ильдар.
Турбо смотрит на лицо девушки. Та вбирает воздух сквозь сжатые зубы и закрывает здоровой рукой себе глаза, откидывает голову к стене.
- Я п-попросила сигарету.
- Ты нахуя полезла? - дергается Турбо, поворачиваясь корпусом к Кире.
- Помолчи, - бросает мужчина. - Кирана, на, попей воды, - пододвигает кружку к краю стола. - Как они выглядели?
Кира игнорирует слова мужчины о воде. Усталость накатывает резко, бьет исподтишка, лицо тяжелеет.
- Один худой, лет двадцати... Наверное. А второй низкий, широкий. Старше.
Ильдар записывает все в папку.
- Того, что помладше, мужчина называл Толстым.
- Хорошо, - дописывая, проговаривает мужчина, выпрямляется, смотрит на Киру. - Это все?
Кира кивает.
- Я, знаешь, чего не могу понять. Ты же медсестра, правильно? Студентка, не комсомолка, но и бог с ним. И я знаю, что девочку эту, Кристину Поюровскую, ты знала. Знала же?
Кира убирает руку от лица, вздыхает, коротко кивает.
- Так, почему ты не говоришь о вашем конфликте? В больнице-то парниша ее угрожал тебе. А у него огнестрельное. Знаешь что-нибудь об этом?
- Не знаю, - твердо.
- Да что ты? А брат твой, Вахид Зималетдинов, знает об этом что-нибудь? Где он был ночью двадцатого декабря?
- Дома, - хмуро смотрит на мужчину исподлобья.
- Да?
- Да, спал.
Турбо сжимает кулаки. Кира напряжена, сердце в груди заходится, удары отбивают совсем не ритмичный рисунок. Ильдар делает последнюю затяжку и тушит сигарету, отправляя ее к прочим, лежащим в пепельнице, и достает еще одну бумагу из тумбочки.
- Заводим дело об изнасиловании? - спрашивает мужчина, равнодушно смотрит на Киру.
- Ее не только-
- Не ее, - перебивает Киру Ильдар.
Кира не шевелится. После небольшой паузы девушка только хрипло говорит:
- Не надо. Они не успели.
Ильдар убирает бумагу.
- Заявление о нападении будешь писать?
- Может, хватит? - встревает Турбо. - Дайте ей отдохнуть. Че вам еще нужно? Делайте свою работу сами.
- Турбо, - глухо зовет девушка, призывает успокоиться.
Турбо быстро смотрит на Киру, но все равно продолжает.
- Вы ее видели? - встает. - Что она вам сейчас напишет?
Ильдар поджимает губы, взгляд у него спокойный и одновременно с тем усмешливый, где-то под усами скрывается злая усмешка.
- Успокойся, поц. Хочешь отдохнуть недельку за решеткой?
- С удов...
- Турбо, - тихо перебивает.
Турбо не поворачивается, но замолкает, зло смотрит на мужика.
- Можно нам домой? - спрашивает Кира.
Ильдар не сводит взгляда с парня.
- Идите, - закрывает папку.
Турбо сплевывает на пол, как бы с вызовом, поворачивается к поднимающейся Кире и придерживает ее руками, поправляет перепачканный в крови бушлат, сдерживает себя, чтобы не сжать плечи девушки чуть сильнее, чем надо - он аккуратен. Трепетно аккуратен, хоть эмоции и накрывают его с головой.
У двери Ильдар окликает Киру, она оборачивается.
- За ложные показания в деле об убийстве полагается срок. И передавай своему братишке, чтобы в следующий раз надевал маску. До встречи, Кира.
Турбо и Кира выходят из полицейского участка. Турбо ведет девушку к машине. Кира узнает тачку Кащея, но ничего не говорит - сил ни на что не хватает. От слабости Кира поскальзывается.
- Да чтоб тебя, - Турбо подхватывает Киру на руки, открывает дверь, сажает, придерживая голову девушки, и захлопывает. Сам садиться в машину не спешит. Турбо делает несколько шагов в одну сторону, в другую и с размаху бьет крышу машины ладонью. Еще раз и еще раз. Кира закрывает глаза. Закрывает, чтобы провалиться не то в обморок, не то в сон. А Турбо прислоняет лоб к машине, жмурится, слабо кулаком стучит по машине, часто выдыхая пар на морозном воздухе.
***
Турбо сажает Киру на диван в своей комнате. За окном тлеет темнота - ближется рассвет. Грубые очертания комнаты в полумраке тянутся, схлопываются, вяжутся. Кира разлепляет глаза, тяжело дышит, пытается сфокусировать взгляд хоть на чем-нибудь. Слышится шорох где-то за дверью, Турбо возвращается с аптечкой и стаканом воды с анальгином, помогает Кире запить таблетку. Снимает с девушки бушлат, убирает в сторону, садится на корточки и берет руку девушки, снимает повязку, протягивает Кире футболку.
- В зубы, - шепчет.
Кира не понимает, а Турбо всовывает в ее приоткрытый рот футболку так, что девушка чуть не давится и тут же сжимает зубы, кричит в футболку от боли - рану обжигает спирт. Турбо удерживает руку Киры, продолжает обливать не только ладонь, но и все предплечье, где виднеется глубокий порез, останавливает кровь, быстро заматывает бинтами. Кира заваливается на пол, выплевывает футболку, громко и часто дышит, в рот лезут склеены волосы, влажные от холодного пота. Турбо подхватывает девушку. Кира закрывает глаза, не видит, куда ее несут.
А Турбо вносит девушку в ванную, сажает на край.
- Сиди, - тихо. - Держись.
Кира сквозь усилия удерживается, хватаясь за шторку. Турбо снимает с Киры одежду, он сосредоточен на действиях, делает все быстро, хмурится. Кира остается в одном нижнем белье. Турбо сажает ее в ванную, включает воду.
- Ай! - вскрикивает девушка.
От воды идет пар.
- Блять, - Турбо быстро поворачивает ручки крана, убирает обмотанную руку девушки в сторону, чтобы не намочить, сам обливает Киру водой. Нежно. Не дыша.
Кира поднимает голову вверх, закрывает глаза и подставляет лицо под воду. Турбо рукой стирает с ее лица грязь и пот, мылит одной рукой мыло, вспенивает на ее голове, ведет рукой к шее девушки. У Турбо взгляд одно беспокойство, он так сжимает мышцы лица, что кажется, будто бы больно ему, а не ей. Он зол, он рад. Рад, что Кира запомнила номер телефона его дома, когда Вахид ворчал на сестру. Рад, что синяков не так много, как он думал. Рад, что страшная участь Кристины досталась именно Кристине. Не Кире. Только не ей.
А она сидит, вытягивает ноги. Худая, побитая. Тонкий бюстгальтер намокает и просвечивает. Турбо обратил бы на это внимания, но не сейчас. В голове ни одной пошлой мысли, только слова Киры - «не успели». Он найдет их. Найдет и уж точно успеет что-нибудь сделать.
Турбо выключает кран. Уходит и возвращается с чистым бельем. Да, трусы его, футболка тоже. Кладет в сторону, аккуратно помогает подняться Кире и обтирает полотенцем, вкладывает в руки белье.
- Сама сможешь? - пытается поймать взгляд Киры.
Кира кивает.
Турбо тихонько прикрывает дверь и встает у стены, прислоняется и закрывает руками лицо. В груди стучит сердце. С кухни крадутся лучи белого декабрьского солнца, слабо и неуверенно. На улице, как всегда, тучно. Первые лучи скрываются, оставляя парня в полумраке. Дверь открывается. Турбо быстро оборачивается, без вопросов подхватывает Киру на руки, несет к себе в комнату и укладывает на диван, раскидывает неубранные вещи, поправляет подушку под головой девушки, гладит мокрые волосы.
Дыхание Киры выравнивается. Турбо встает, разворачивается, но останавливается, чувствует, как пальцы Киры крепко держатся за его рубашку.
- Не уходи, - слабый шепот.
Сердце пропускает удар. Оно никогда так не делало. Как и Турбо, сердце всегда билось ровно, часто, громко, храбро. А сейчас гулко ухает вниз. Турбо разворачивается, садится на пол, откидывая голову на диван, притаивается в ожидании чего-то. Это что-то ведет руку вверх, слабо ухватывает кудрявые спутанные волосы парня, переворачивается на бок. Турбо руку Киры накрывает своей, поворачивается, не отпускает. Кира смотрит на него из полуприкрытых глаз, медленно с трудом садится. Турбо сказал бы, чтобы лежала. Сказал бы, но промолчал. Девушка смотрит на него сверху вниз. Турбо считывает взгляд и перемещается на диван.
- Я, - тихо выдавливает Кира. - Мне... Мне было страшно.
Турбо обнимает Киру, не дослушав ее слова. Кира утыкается лицом в острые ключицы парня, сдавленно плачет, трясется. Турбо беспомощно поглаживает Киру по спине. Почему ты такая худенькая? Почему ты?.. И сжимает крепче.
- Я могла бы не вытаскивать нож, - говорит парню на ухо. Турбо закрывает глаза, сжимает челюсть. - Я же медсестра. Медсестра, блять, что я сделала...
Рыдает.
- Что я сделала? Могла не говорить, она бы была жива. Я...
- Кира, - зовет. Кира мотает головой. - Кира, - повторяет, оттягивает девушку, берет ее лицо в ладони, стирает пальцами слезы. - Ты поступила правильно.
Кира всхлипывает, смотрит на Турбо и не узнает его. Не узнает этот взгляд. Не так он на нее смотрел раньше.
- Я найду и убью. Каждого. Никто тебя больше не тронет, слышишь?
Кира кивает, мычит. Турбо нерешительно прикладывает свой лоб ко лбу Киры. Чувствует ее дыхание.
- Будет лето. Солнце. Закончится зима, и я отвезу тебя на Волгу. Я такое место знаю. Никого там нет. Меня туда мама возила в детстве. Будет лето и мы...
Турбо нежно целует Киру в щеку, в висок, сцеловывает слезы.
- Обещаешь?
- Обещаю, - сквозь поцелуи произносит Турбо, гладит руки девушки, подносит к лицу, целует ладони, каждый пальчик. Убирает челку, целует небольшой шрам. Кира продолжает плакать, беззвучно, слезы катятся, а Турбо ловит каждую слезинку так, будто бы делал это всегда. Но он такого никогда не делал.
За окном ветер, за окном рассвет, за окном облачно. А у Турбо светит свое солнце, свое лето. И нет за этой комнатой ничего, только они. Стоит стол, стул, шкаф, вещи, диван. На диване Кира. У Киры Турбо. У Турбо Кира.
Кира тянет Турбо на себя, ложится. Он упирается локтями в подушку, склоняется над девушкой. А Кира целует его куда-то в подбородок. И сгребает ее в объятия, поддевает руку под маленькую кучерявую голову, валится на бок, накрывает Киру одеялом и целует, целует, целует. В лобик, в носик, в глаза, в волосы. Они не целовались в губы. Кира заснула быстро, ощущая теплое дыхание на своем затылке. Ей ничего не снилось. А Турбо долго не мог заснуть. Его душили чувства.
***
- Это че такое?
Турбо разлепляет глаза и сонно поднимается. Аккуратно, чтобы Кира не проснулась. Показывает Зиме пальцем, чтобы молчал. Зима его не слушает. Подходит и грубо тянет Турбо на себя.
- Ты дцпшник? Скажи честно, блять, - хватает Турбо за руку. - Ты че с моей сестрой делаешь?
Турбо утягивает друга за дверь, матерится себе под нос. Кира не проснулась. Прикрывает дверь.
- Сплю, не видно?
- Да я тебе, - замахивается Зима, Турбо перехватывает его руку.
- Да тихо ты! Разбудишь.
Зима бегло смотрит на дверь, недовольно поджимает губы, но замолкает. Турбо проходит на кухню, пьет воду прямо из графина.
- Ты ее встретил вчера? - останавливается в дверях Зима.
Турбо застывает в полуобороте от друга, закрывает глаза - как сказать.
- Не встретил, - глухо.
- Чего?
Мимо Зимы протискивается сонный Марат, тянется к графину, Турбо ему подзатыльник дает.
- За что? - обиженно спрашивает Марат.
- Домой свали. Че ты у меня делаешь?
- Турбо, блять! - повторяет Зима, прерывая парня. - В смысле, не встретил?
Пока старшие заняты разговором, Марат осторожно забирает графин у Турбо. Турбо еще раз прописывает младшему подзатыльник. Марат обливается водой.
- Стакан взял.
Марат вытирает лицо.
- Во сколько она пришла? - повторяет. - Во сколько?
- Во сколько надо. Я...
Но Турбо прерывается.
- Ваха, - зовет Кира.
Ваха оборачивается. Застывает.