Глава 4.
Проснувшись утром, я медленно пришла в себя, чувствуя тяжесть на талии.
Чья-то рука.
Тёплая, расслабленная, но уверенно прижимавшая меня к чужому телу.
Голова гудела, воспоминания о вечеринке всплывали смутными, рваными кадрами. Музыка, алкоголь, Артём… Ваня…
Блин.
Где я вообще?
Глаза открылись, и я увидела перед собой незнакомые стены. Не моя комната. Определённо не моя.
Я замерла, лихорадочно пытаясь вспомнить, как оказалась здесь, а главное — кто лежит сзади меня.
Осторожно повернув голову, я прищурилась.
Твою же… Это был Ваня.
Черт.
Сердце дернулось, а в голове зашумело ещё сильнее. Как, блин, мы оказались в одной постели, если я была с Артёмом?!
Я сглотнула и медленно заглянула под одеяло.
Нижнее бельё. Только оно.
Ну, просто зашибись.
Я закрыла глаза и попыталась собрать в кучу обрывки памяти. Последнее, что я помню… Танцы с Артёмом, алкоголь, потом поцелуй… Потом мы вышли покурить… А дальше?
Я осторожно повернулась, чтобы посмотреть на Ваню. Он спал, дыша ровно и спокойно, его лицо было расслабленным, волосы растрёпаны.
От этого мне только сильнее захотелось понять, какого черта произошло этой ночью.
Я пнула Ваню рукой, надеясь, что хоть немного разбужу его. Он вздохнул, медленно приоткрыл глаза и посмотрел на меня с той своей игривой улыбкой, от которой всегда хотелось закатить глаза.
— Что я тут делаю? — спросила я, чувствуя, как напряжение растёт, но на лице пытаясь сохранить хотя бы видимость спокойствия.
Он приподнялся на локте, его взгляд не мог быть более уверенным, а улыбка — более раздражающе обольстительной.
— Ты что, забыла? — проговорил он, немного насмешливо, но и с какой-то дурашливой ноткой в голосе. — У нас была такая шикарная ночь.
Я замерла, не зная, что думать. Моя память ещё не вернулась к полному объёму событий, но его слова звучали как что-то совершенно неуместное, будто насмешка, а может, и правда…
— Не, Кислов, быть не может! Я в нижнем белье, поэтому ничего не было!
С этими словами я, не стесняясь своей полуобнаженности, начала метаться по комнате в поисках своей одежды. Я рылась в шкафу, заглядывала под стол и в самых неожиданных местах, но все попытки оказались тщетными. Неспокойное сердце стучало, а в голове крутились мысли о том, как же так получилось. Наконец, с ноткой ярости в голосе я выкрикнула:
— Где, блять, моя одежда, Кислов?!
Эти слова эхом разнеслись по комнате, заставляя меня еще больше осознать нелепость ситуации. Взгляд моего спутника оставался спокойным, почти насмешливым, как будто он привык к таким утренним откровениям. Но для меня это утро стало началом новой главы — главы, в которой я сама должна была разобраться, что же произошло прошлой ночью и как всё это перевернулось с ног на голову.
Я, уже слегка возмущённая и не скрывая раздражения, резко вскрикнула:
— Ты козлина, чо ты лыбу тянешь? Хватит смотреть на мою жопу, скажи, где одежда!
Он лишь усмехнулся, не теряя ни секунды, и с ехидным видом, как будто вся эта утренняя сцена была для него очередной забавой, ответил:
— Дура слепая, она возле окна на стуле.
С этими словами он посмеялся, словно наблюдая за неотвратимой правдой, и жестом указал в сторону окна, где, действительно, моя одежда мирно покоилась на старом деревянном стуле. Этим насмешливым ответом он словно подтверждал: утро только начиналось, и нас ждали ещё многие странные моменты.
Я подошла к стулу, быстро схватила свою одежду и начала одеваться, на автомате натягивая вещи. Хотелось как можно скорее убраться отсюда.
Но, конечно, Ваня не собирался так просто меня отпустить. Лежа на кровати, он лениво потянулся и с довольной ухмылкой сказал:
— Куда так спешишь? Плюхайся ко мне.
Я закатила глаза, застёгивая джинсы, и, не оборачиваясь, бросила:
— Идиот, мы и так первый урок прогуляли.
Но он, кажется, был абсолютно не против этого. Сложив руки за головой, он продолжал смотреть на меня с тем самым выражением лица, которое так и просило дать ему подзатыльник.
Собравшись, я вышла из комнаты Вани, стараясь не смотреть в его самодовольную рожу. Быстро поплелась в коридор, накинула куртку, обулась, мысленно радуясь, что вот-вот выберусь отсюда.
Но как только я потянулась к ручке двери, она вдруг сама распахнулась.
— Чёрт… — только и успела подумать я, замерев на месте.
На пороге стояла мама Вани, Лариса, с сумками в руках. Она внимательно осмотрела меня с ног до головы, прищурилась, а затем с лёгким недоумением, но без явной строгости произнесла:
— Ой, а ты кто?
Я на секунду остолбенела. Ситуация была просто шикарная. Полутора секундного молчания хватило, чтобы в моей голове промелькнули все возможные варианты ответов. Но что сказать на самом деле?
Я заморгала, пытаясь быстро сообразить, как выкрутиться.
— Я… это… ну, я одноклассница Вани, меня Алиса зовут, — пробормотала я, нервно переступая с ноги на ногу.
Лариса вдруг просияла, её лицо мгновенно озарилось добродушной улыбкой.
— Ой, Алиса, так это ты? — с неподдельным восторгом в голосе сказала она. — Мне Ванюша про тебя говорил!
Я в этот момент мысленно споткнулась. Что? Говорил? Что за бред?
И тут, словно из ниоткуда, рядом со мной оказался сам виновник ситуации. Ваня резко подошёл, положил руку мне на плечо и с напряжённой улыбкой сказал:
— Мам, Алисе пора.
Я почувствовала, как его пальцы чуть сильнее сжали моё плечо, будто подталкивая меня к двери. Он выглядел раздражённым, даже злым. И я понимала почему — его явно бесило, что мама так спокойно вписала меня в свой мир.
Я же в этот момент испытывала всё: и неловкость, и смущение, и желание развернуться и стукнуть Ваню хотя бы за то, что он меня вообще втянул в этот цирк. Но, глубоко вдохнув, я просто буркнула:
— Ну да, мне пора…
И быстро выскользнула за дверь, ощущая на себе взгляды и Ларисы, и самого Кислова.
Слава богу, Ваня жил недалеко, и мне не пришлось много идти . Я быстрым шагом поплелась к себе домой, мысленно прокручивая весь этот утренний цирк. Какого чёрта вообще происходит?
Зайдя в квартиру, я даже не успела перевести дыхание, как на меня тут же налетела мама.
— Где ты была? Почему не предупредила? Почему телефон не брала? Ты вообще в школе учишься или где? — вопросы сыпались, как из пулемёта.
Я только зажмурилась на секунду, пытаясь собраться с силами, а потом коротко бросила:
— Мам, давай позже, я спешу в школу.
Не дожидаясь ответа, схватила рюкзак и уже через секунду снова оказалась за дверью. Одна проблема за другой, просто прекрасно.
Я зашла в школу под самый звонок, но это меня уже не спасало. Зашибись, ещё и на третий урок опоздываю.
Подняв глаза на расписание, почувствовала, как внутри всё сжалось.
Геометрия. Чёрт.
Быстро взлетев по лестнице на второй этаж, я ускорила шаг к классу, коротко постучала и вошла.
Елена Михайловна уже что-то писала на доске, но стоило мне переступить порог, как её рука с мелом замерла, а взгляд, полный недовольства, устремился прямо на меня.
— Алиса, как же я рада вас видеть, — протянула она холодным тоном, скрестив руки на груди. — Вы не хотите нам объяснить, почему соизволили прийти только на третий урок еще и опоздать?
Я мысленно закатила глаза, но изобразила самую безобидную улыбку.
— Ой, простите, я… эээ… — начала я неуверенно, но она тут же меня перебила.
— Только не говорите, что вас похитили инопланетяне, — она прищурилась. — Проходите уже, занимайте своё место. Но после урока мы с вами ещё поговорим.
Я молча кивнула и направилась к парте. Ну зашибись, день только начался, а я уже в центре внимания нашей классной руководительницы.
Я плюхнулась за парту, стараясь не встречаться взглядом с Еленой Михайловной. Спустя пять минут в классе снова раздался стук в дверь.
Ну кто там ещё?
Дверь открылась, и на пороге показался Ваня. Во дурак, тоже опоздал.
Я покосилась на него, и он тут же поймал мой взгляд, ухмыляясь, будто вообще не парился.
— Кислов, вы, как я погляжу, решили последовать примеру Алисы? — приподняла бровь учительница, сложив руки на груди.
— Нет, Елена Михайловна, — Ваня сделал серьёзное лицо, но я видела, как в его глазах пляшут искорки веселья. — Я просто не хотел, чтобы Алиса чувствовала себя одинокой в своём опоздании.
В классе послышался приглушённый смешок.
— Очень заботливо с вашей стороны, — сухо ответила учительница. — Но, может, вместо этого вы просто начнёте приходить вовремя?
Ваня лишь пожал плечами, проходя к своему месту.
— После урока останетесь оба, — добавила она, метнув в нас строгий взгляд.
Я только закатила глаза. Ну вот, день точно не задался.
До конца урока оставалось каких-то десять минут. Елена Михайловна что-то вдохновенно рассказывала у доски, но я её не слушала — мысли были где-то далеко.
Ночь, тусовка, Ваня… Чёрт, лучше не вспоминать.
Но моё блаженное игнорирование урока резко прервалось, когда учительница вдруг произнесла:
— Вишневская, раз уж ты соизволила посетить наш урок, ответь-ка на вопрос.
Я резко подняла голову.
— Какой?
— Теорема о трёх перпендикулярах. Сформулируй и докажи.
Ну шикарно.
Краем глаза я заметила, как Ваня ухмыляется, явно довольный тем, что попала под раздачу.
Я глубоко вздохнула и попыталась вспомнить хоть что-то:
— Эм… Если прямая перпендикулярна к плоскости… нет, если наклонная… короче…
Я заикалась, путалась в терминах и сама уже не понимала, что несу. В классе кто-то хихикнул.
— Всё, хватит, Алиса, — перебила меня Елена Михайловна, покачав головой. — На будущее — меньше опаздывай и больше слушай. Садись.
Я с облегчением плюхнулась обратно за парту и злобно посмотрела на Ваню, который еле сдерживал смех.
— Чего лыбишься, Кислов? Тебя следом вызовут.
Но он только ухмыльнулся шире.
Я уже выдохнула, готовая просто досидеть эти несчастные десять минут, но тут раздался голос Елены Михайловны:
— Раз Алиса так тяжело вспоминает материал, думаю, ей стоит помочь. Кислов, ты же у нас такой умный, объясни-ка своей однокласснице теорему о трёх перпендикулярах.
Я резко повернула голову к Ване, надеясь увидеть на его лице такую же панику, как у меня минуту назад. Но нет. Этот гад всё так же самодовольно ухмылялся, даже не пытаясь выглядеть озадаченным.
Он лениво поднялся со своего места, сунул руки в карманы и медленно пошёл к доске, бросив мне насмешливый взгляд:
— Ну что, Алиса, слушай и запоминай. Может, в следующий раз не будешь так облажаться.
Я закатила глаза и скрестила руки на груди. Вот же гад.
Ваня самодовольно подошёл к доске, взял мел и, ухмыляясь, нарисовал какой-то хаотичный набор линий.
— Итак, Алиса, смотри внимательно, — начал он, повернувшись ко мне. — Теорема о трёх перпендикулярах… Эм… Короче, если у нас есть плоскость и из неё торчит какая-то штука под углом 90 градусов… Ну, типа вот так, — он ткнул мелом в свои каракули, — то если провести ещё одну такую же линию, но сбоку… или сверху… в общем, с другой стороны, то всё будет, ну, тоже перпендикулярно.
Класс взорвался от смеха, а я уставилась на Ваню с выражением абсолютного ужаса.
— Кислов, ты хоть раз в жизни открыл учебник? — ехидно спросила Елена Михайловна, глядя на него поверх очков.
Ваня усмехнулся и развёл руками:
— Ну, вы же просили объяснить так, чтобы Алиса поняла.
— Садись, Кислов, и поменьше болтай. Алиса, тебе поставлю «ноль» за то, что даже такой ответ показался логичным.
Я фыркнула и закатила глаза. Вот же идиот.
Прозвенел долгожданный звонок, и я тут же встала с места, подхватив рюкзак. Подойдя к Рите, я наклонилась к её уху и тихо сказала:
— Пошли за школу, покурим.
Рита ухмыльнулась, кивнула и, не теряя времени, мы вышли в коридор. Быстро миновав толпу учеников, толпящихся у кабинетов, мы спустились по лестнице и выскользнули через боковой выход.
На улице было прохладно, но приятно. Мы обошли здание школы и направились к привычному месту — где даже учителя редко появлялись. Рита достала из кармана пачку сигарет, вытянула одну и протянула мне.
— Держи, а то знаю я тебя, вечно без своих ходишь, — усмехнулась она.
Я закатила глаза, но всё же взяла сигарету. Рита прикурила первая, а потом поднесла зажигалку ко мне.
— Ну, что за день-то, а? — протянула она, выпуская дым.
Я только тяжело вздохнула и закурила, грея пальцами сигарету.
Я стояла с Ритой, болтала, но взгляд сам невольно скользнул вперёд. И вот, как по заказу, я увидела Хенка, Мела и Ваню. Они стояли в окружении какого-то напряжённого молчания, а в воздухе витала бурная энергия — явно что-то обсуждали. Ваня что-то яростно доказывал, а Хенк и Мел, по всей видимости, не соглашались с ним.
— Рита, стой, я сейчас подойду, — сказала я, не дождавшись её ответа, уже направляясь к компании.
Когда я подошла ближе, их разговор был ещё более напряжённым. Я не стала тянуть время и, не удержавшись, спросила:
— Что тут происходит?
Хенк повернулся ко мне, его лицо было напряжённым, а голос был прямым и немного раздражённым:
— Да вот, Ваня вчера бухой Паше про дуэль наговорил, теперь этот хочет стреляться с Локоном! Черт, что за ерунда?
Я только удивлённо подняла брови. Ваня был пьян, и вот результат — теперь все мы получаем последствия его слов. Здорово.
Паша подошёл к нам с тем же самым взглядом, что и всегда — уверенным, но с легким оттенком сумасшествия. Он сразу начал заговаривать о дуэли, как будто это был не какой-то абсурд, а самое важное событие дня.
— Ну чё, ребята, готовьтесь! Дуэль будет, как и договорились, — сказал он, расправляя плечи.
Я не выдержала и в шутливой манере ответила:
— Паша, ты чё, мелишь? Какая дуэль? Перекурил что ли? — я усмехнулась, пытаясь развеять этот бред.
Он не отступил и продолжил уверенно:
— Да нет, всё серьёзно! Киса мне всё рассказал, он сказал, что вы обязаны!
Я закатила глаза, не сдержав смеха:
— Этот обдолбыш чего только не скажет, когда бухой. Не бери в серьёз. Мы же не идиоты.
Паша не прекратил, и его лицо стало более напряжённым.
— Если вы не устроите дуэль, я вас сдаю. Серьёзно, лучше сделайте это, или все узнают.
Я понимала, что теперь придётся идти на это, иначе последствия могут быть хуже. Я взглянула на ребят, а потом кивнула Паше.
— Ладно, ладно, договорились, только не устраивай тут паники. — Я вздохнула.
Паша самодовольно кивнул и быстро ушёл, уверенный в своём "победе". А мы с остальными стояли, как в ступоре, осознавая, что на самом деле нам не остаётся другого выбора.
Я повернулась к Ване и, не выдержав, пнула его в бок, выкрикивая:
— Вот скажи мне, пожалуйста, ты вообще думать умеешь? Ты какого фига нас всех подставляешь, идиот?!
Ваня, явно не ожидая такой реакции, начал что-то бормотать в ответ, пытаясь оправдаться. Его лицо покраснело от раздражения, и я поняла, что ссориться мы будем долго.
В этот момент Боря, который обычно всегда был сторонним наблюдателем, прервал наш спор своим голосом, решив предложить вариант решения проблемы.
— Спокойно, ребята, — сказал он, — мы устроим им дуэль с холостыми. Как вам такая идея?
Я задумалась, поймав взгляд Вани, который тоже, похоже, начал прислушиваться. Все утихло, и тут я поняла, что Боря, как всегда, нашёл способ перевести это в более мирное русло.
— Ну, с холостыми, может, и лучше, чем с реальными пулями, — сказала я, всё-таки пытаясь сгладить обстановку.