12.
Соня и Баку остались наедине. Тишина давила, словно песок в песочных часах.
– Баку, я…
– Ты должна мне все объяснить! Каждую деталь, каждый вздох!
– Но я не могу… Это слишком…
– Почему? Снова тайны?
Баку шагнул ближе, его тень накрыла Соню, как крыло хищной птицы. Он стоял напротив, словно преграда, словно страж у врат неизведанного.
– Есть причины, Соня. Веские причины.
По щекам Сони потекли слезы – горькие капли страха и неуверенности. Она боялась, что в этом искаженном мире Баку не разделит ее чувств, что все, что она пережила, покажется ему лишь бредом воспаленного сознания.
– И какая же причина может быть важнее меня? Важнее нас?
– Ладно… Хорошо. Я скажу тебе. Я все тебе расскажу, все до последнего слова. Но сначала ответь мне на вопрос, Соня!
Голос Сони дрожал, как натянутая струна, готовая вот-вот лопнуть. Слезы текли, не переставая, словно источник горя.
– Ты любишь меня? Скажи правду!
Вопрос повис в воздухе, словно хрупкая бабочка, готовая улететь от малейшего дуновения. Баку отшатнулся, словно от удара, его лицо исказилось от потрясения. Он явно не ожидал этого вопроса.
– С чего вдруг такой вопрос? Почему сейчас?
В голосе Баку прозвучала неприкрытая тревога, словно он боялся услышать ответ.
– Просто ответь! Прошу тебя, Баку, умоляю! От этого зависит все!
– Да! Я люблю тебя, Соня! Люблю больше жизни! Ты – мой свет, моя тьма, мое все!
Ответ прозвучал как выдох, как признание, вырвавшееся из самой глубины души. Соня смотрела в его глаза, утопая в их глубине, пытаясь разглядеть там истину. Слезы, казалось, не собирались заканчиваться, омывая ее лицо соленой рекой. Баку поднял руку, дрожащими пальцами коснулся ее щеки и осторожно вытер слезы.
– Глупая девчонка… Ты даже не представляешь, как сильно, до безумия, я тебя люблю.
Его голос звучал нежно и спокойно, как шепот ветра в ночи. Соня, не выдержав больше ни секунды, бросилась к нему и крепко обняла.
– Я тоже… Я тоже тебя люблю, Баку! Больше всего на свете!
Баку обнял ее в ответ, прижимая к себе, словно боясь отпустить.
– Баку, ты должен помочь мне выйти из комы. Ты должен!
Соня отстранилась и посмотрела на него с мольбой в глазах.
– Как я могу позволить тебе уйти? Как я могу отпустить тебя, если я люблю тебя больше жизни?
– Баку… Ты должен! Иначе я умру. Мне нельзя долго оставаться в коме, ты же понимаешь? Мое тело не выдержит.
– Хорошо, я помогу. Но сначала расскажи мне… Что ждет тебя, когда ты выйдешь из комы? Каким будет твой мир без сновидений?
– Меня ждешь ты. Баку, я слышу, как ты тихо плачешь возле моей койки. Как ты говоришь, что любишь меня… Я чувствую твою любовь, даже находясь здесь.
По щекам Баку потекли слезы, смешиваясь с ее слезами.
– Позволь мне вернуться к тебе. Позволь мне быть с тобой…
Она вытерла слезы с его лица, ее прикосновение было нежным и осторожным.
– Хорошо… Я помогу тебе вернуться.
Баку повел Соню вглубь лабиринта сновидений, туда, где обитали самые темные и самые светлые воспоминания.
– Мы пришли.
Они остановились напротив темницы, словно вырезанной из ночного кошмара. Внутри, свернувшись калачиком, сидел тот самый мальчик.
– Я запер его здесь, потому что он пытался проникнуть в наш мир. Он нарушал границы между реальностью и сном.
Баку открыл дверь, и Соня, набравшись смелости, вошла внутрь. Мальчик, услышав скрип двери, вскинул голову и увидел ее.
– Наконец-то! Я вас встретил! Я так долго ждал этого момента!
Мальчик подбежал к Соне, его глаза сияли надеждой.
– Ты помнишь меня? Ты знаешь, кто я?
Спросила Соня, с замиранием сердца ожидая ответа.
– Да! Вы спасли меня! Вы – моя надежда! Я прибыл в ваш сон, чтобы вытащить вас отсюда. Вы застряли в этом кошмаре слишком долго!
Мальчик протянул ей руку, его взгляд был полон решимости.
– Возьмите меня за руку, ваше высочество. Вместе мы сможем вернуться.
Соня нерешительно посмотрела на Баку, ища поддержки и одобрения. Тот лишь кивнул, его глаза говорили о доверии и любви.
– Хорошо… Я верю тебе.
Она взяла маленького мальчика за руку, и в тот же миг их окутал ослепительный свет. Мир вокруг них начал распадаться на части, словно карточный домик, разрушенный порывом ветра. Затем – пустота… И тишина.
«Настоящее время»
Баку сидел на краю больничной койки, вцепившись в холодную руку Сони. Дни и ночи слились в один бесконечный кошмар ожидания. Он боялся моргнуть, боялся пропустить тот самый момент, когда она вернется к нему.
– Сонечка… Проснись, прошу тебя! Вернись ко мне… Я не могу без тебя!
За его спиной, словно из ниоткуда, появился тот самый мальчик. В этот момент Соня слабо пошевелила рукой, ее пальцы дрогнули в его ладони.
– Соня!
Крикнул Баку, его голос сорвался от напряжения. И Соня, словно очнувшись от долгого сна, открыла глаза.
– Баку… Это ты? Я вернулась? Это… не сон?
Сказала она, с трудом садясь на кровати, ее взгляд был растерянным и слабым.
– Нет, любимая. Это не сон. Ты дома. Ты со мной.
Мальчик подошел к ней и осторожно коснулся ее руки, словно проверяя, настоящая ли она.
– Теперь, от моих прикосновений, вы больше не впадете в кому! Я разрушил проклятие!
Радостно воскликнул мальчик, его глаза сияли от счастья.
– Ты молодец! Ты настоящий герой!
Сказал Баку и ласково погладил его по голове, чувствуя благодарность, переполняющую его сердце. На него магия мальчика не действовала, поэтому он мог свободно прикасаться к нему.
– Я так рада! Я так счастлива!
Она бросилась в объятья Баку, прижимаясь к нему, словно к спасательному кругу.
– Что я вернулась… Что я снова с тобой.
Добавила Соня, ее голос дрожал от пережитых эмоций. И Баку, обняв ее в ответ, прошептал:
– Я тоже… Я тоже безумно счастлив, что ты вернулась.
– Еще раз спасибо вам, что спасли меня.
Сказал мальчик и направился к выходу из комнаты, его походка была неуверенной и тихой.
– Мальчик! Постой, ты куда? Куда ты идешь?
Спросила Соня, отстранившись от Баку и с тревогой глядя на мальчика. Тот остановился у двери и повернулся назад.
– Я… на улицу. Мне пора.
– Ты живешь на улице? У тебя нет дома?
Соня ужаснулась от этой мысли, ее сердце сжалось от жалости.
– Да… У меня нет дома. Я ничей.
Говорил мальчик тихо и печально, опустив голову.
– Ты можешь жить здесь. С нами.
– Правда? Я… Я могу жить в замке? В настоящем замке?
Спросил мальчик, его лицо озарилось робкой улыбкой надежды.
– Да, конечно! Я приглашаю тебя жить с нами. Мы будем твоей семьей.
– А как же ваш… муж? Он не будет против?
Спросил мальчик, смущенно посмотрев на Баку. Соня перевела взгляд на Баку, ожидая его решения.
– Я не против. Оставайся. Мы будем рады тебе.
– Ура! Спасибо вам! Спасибо огромное!
Мальчик подбежал к Соне и крепко ее обнял, его тело дрожало от счастья и облегчения.
– Теперь у меня есть мама и папа… Теперь я не один.
Прошептал мальчик, закрыв глаза, и моментально уснул в ее объятиях, словно измученный долгой дорогой путник, наконец-то нашедший свой приют.
– Теперь есть…
Соня аккуратно положила мальчика на кровать, накрыла его одеялом и, любуясь его безмятежным лицом, прошептала:
– Спи спокойно, сынок… Теперь ты дома.
Соня и Баку вышли из комнаты, словно из омута, где бушевали невидимые страсти.
— Ты как? – тихо спросил Баку, вглядываясь в её лицо.
— Я… даже не знаю, – прошептала Соня, словно эхо собственных мыслей.
— Что-то случилось? Тень легла на твое сердце?
— Когда я была в коме… мне приснился странный сон, – ее голос дрогнул, словно тонкая нить на ветру.
— Тебе снилось то, чего ты боишься больше всего, – проговорил Баку, зная ее душу как свою.
— Похоже на то…
— Что тебе привиделось в этом кошмаре?
— Что всё, что сейчас происходит… это лишь сон. И я скоро проснусь в своей комнате, – произнесла Соня, и ее взгляд потух, как угасшая звезда. Баку нежно приподнял ее подбородок, заставляя смотреть в глаза.
— Этого не произойдет, – твердо сказал он, словно давая клятву.
Он заключил Соню в объятия, пытаясь передать ей тепло и уверенность.
— Кстати, Баку… как в мире Духов усыновить ребенка? – неожиданно спросила Соня, отстраняясь от него.
— Ты хочешь, чтобы Гроза стал нашим сыном? – Баку был удивлен, но в его голосе звучала нежность.
— А вот как его зовут…
— Ты даже не знала его имени? Как ты вообще можешь принимать такие важные решения? – в голосе Баку прозвучало легкое удивление.
— И что? Он спас мне жизнь! Тем более… он уже назвал нас мамой и папой… – Соня начала упрашивать Баку, и в ее глазах плясали искорки надежды. Баку сдался под ее напором.
— Ладно, – проворчал он, но в его голосе слышалась улыбка.
— Спасибо, ты лучший! Но… как мы объясним народу, что подобрали мальчика с улицы?
— Мы скажем иначе. Я все решу, доверься мне, – пообещал Баку, уверенный в своих силах.
— Ладно, – выдохнула Соня, доверяя ему, как себе самой.
«Утро следующего дня»
Соня сидела на краю кровати, погруженная в чтение книги, и ждала, пока Гроза проснется. Комната была наполнена тихим ожиданием.
— Мамочка? – прозвучал сонный голосок.
— Малыш, ты проснулся, – Соня отложила книгу и улыбнулась, видя, как Гроза подползает к ней и обнимает.
— Ты же меня не бросишь? – в его голосе слышалась тревога, словно тень прошлых потерь.
— Что ты такое говоришь? Конечно же, нет, – заверила его Соня, и ее сердце сжалось от нежности.
— Правда? – переспросил Гроза, и в его глазах блеснула надежда.
— Да, – ответила Соня, и мальчик еще крепче обнял ее, словно боясь, что она исчезнет.
— Все, пошли умываться, а потом на завтрак, – предложила Соня, пытаясь развеять его страхи.
— Хорошо, – ответил Гроза, и они вместе направились в ванную.
После утренних процедур Соня одела мальчика и повела в столовую за руку.
— Папа! – Гроза вырвался из ее руки и побежал к Баку, который тут же подхватил его на руки и посадил на колени.
— Доброе утро, Гроза, – сказал Баку, и в его голосе звучала отеческая забота. Соня села за стол и с умилением смотрела, как Баку кормит Грозу.
— Ты прямо как настоящий отец, – заметила Соня, не скрывая своего восхищения.
— А ты сомневалась? – Баку лукаво посмотрел на нее.
— Только не говори, что у тебя есть дети? – с притворным ужасом воскликнула Соня.
— А как ты догадалась? – Баку рассмеялся, видя ее реакцию.
— Что?!
— Да, шучу, я шучу, – продолжал смеяться Баку, наслаждаясь ее смущением.
— Да иди ты! – обиделась Соня, но в ее глазах не было злости.
— Папа! Не обижай маму! – вступился мальчик, глядя на Баку с укором.
— Вот! Слышишь, не обижай меня! – с торжествующим видом сказала Соня, не в силах сдержать улыбку.
— Хорошо, малец. А теперь кушай, – сдался Баку, и его взгляд был полон нежности.
— Доброе утро, повелитель, и доброе утро, ваша Светлость, – прозвучал голос визиря, вошедшего в зал.
— Вы меня звали? – Визирь подошел к столу, склонив голову в знак почтения.
— Да, звал. Сообщи народу, что в 12:00 я сделаю важное объявление на площади Крушения, – приказал Баку.
— Хорошо, повелитель, – с этими словами визирь покинул зал.
— А что ты объявишь? – с любопытством спросил мальчик, нетерпеливо ожидая ответа.
— Что ты мой и моей жены сын, – ответил Баку, глядя на него с любовью.
— Ух ты! – удивился мальчик и продолжил кушать, предвкушая новое положение.
«11:59»
— Слушайте все! Король и королева царства снов хотят сделать объявление! – провозгласил глашатай, и площадь затихла в ожидании. Баку и Соня вышли на балкон, держа мальчика за руки.
— Приветствуем вас, народ! У меня и моей прекрасной жены важное объявление! Этот мальчик теперь мой и моей жены сын! – заявил Баку, и по площади пронесся шепот удивления.
— Я не просто так решил, что он будет моим сыном, – продолжил Баку, возвышая голос над шумом толпы.
— Вы все помните, что с моей женой произошло не так давно! Так вот! Этот мальчик спас мою прекрасную жену! – Баку обнял мальчика за плечи.
После этих слов народ разразился громкими аплодисментами, выражая свою благодарность и поддержку. Соня смотрела на Баку с улыбкой на лице, чувствуя, как ее сердце переполняет любовь и благодарность.