2.
Дни ползли, словно серые улитки, оставляя за собой липкий след тоски. Недели тянулись, нанизываясь на нить времени, пока не прошел целый месяц. Соня, словно упрямый утес, противилась зову духов. Баку, меж тем, восседал на троне своего царства снов, но даже всесилие не могло унять ноющую боль по его непокорной, наивной девочке. Он чувствовал, как ранил ее, но другого исхода не видел… Он должен был обрубить эту связь, словно гнилую ветвь, иначе она зачахнет.
Однажды, под покровом ночи, он проскользнул в ее сон, как лунный луч в темное окно. Он и так знал из ее грез, как отчаянно она его любит – слишком часто он становился гостем ее потаенных фантазий. Но в последнее время сон Сони был зациклен на одном – их последнем, болезненном разговоре, словно заевшая пластинка. Собрав волю в кулак, он шагнул в ее сновидение. Здесь царил призрачный полумрак, словно солнце, из последних сил, пыталось пробиться сквозь плотную завесу тумана. Он возник в ее комнате, словно из ниоткуда. Она сидела на кровати, сгорбившись над рисунком, в ее позе читалась вселенская печаль.
– Соня.
– Баку?
Она вскинула голову, и в ее глазах, словно искра, промелькнула надежда, тут же сменившаяся настороженностью.
– Я сплю?
– А тебе как кажется?
– Наверное… Но зачем ты пришел в мой сон?
– Почему ты вдруг стала такой отстраненной?
– Но ты же сам кричал, чтобы я держалась от тебя подальше. Чего ты теперь хочешь?
– Я…
– Не оправдывайся. Просто исчезни из моего сна!
– Как скажешь. Но ты скоро все поймешь.
Еще один месяц, исполненный томительного ожидания, протек сквозь пальцы, словно вода. Слова Баку, как занозы, засели в сознании Сони, терзая ее даже в снах. Однажды, в самом сердце ночи, она увидела странный сон – маленького мальчика, увлеченно орудующего деревянным мечом. Рядом стоял мужчина, его отец, и что-то терпеливо объяснял, его голос звучал приглушенно, как эхо издалека.
– Баку, успокойся и послушай папу.
"Что? Баку? Этот мальчик – это Баку?" – вихрем пронеслось в ее голове.
Мальчик подбежал к отцу, его глаза сияли детской непосредственностью.
– Я слушаю тебя, пап.
– Молодец. Когда-нибудь ты влюбишься в кого-то, и тебе придется на ней жениться, помни, демон влюбляется лишь однажды и на всю жизнь. Но ни в коем случае не влюбляйся в человека. Если ты полюбишь человека, вы оба будете обречены.
– Хорошо, пап. Я понял.
Сказал маленький мальчик и снова бросился в игру, забыв обо всем на свете.
Соня проснулась, словно от толчка, и взглянула на телефон. «10:12». "Надо вставать", – промелькнуло в голове. Поднявшись с кровати, она отправилась в ванную, а затем на кухню. Заварив чай, она села за стол, и внезапно ее накрыла волна воспоминаний о сне.
– Что все это значит? – прошептала Соня, пытаясь разгадать смысл увиденного, словно древнюю головоломку.
Посидев еще несколько минут в тягостных раздумьях, она решила позвонить Вере. Схватив телефон, она набрала номер своего ангела-хранителя.
– Набранный вами номер не существует…
Соня удивленно опустила руку. Не прошло и двух минут, как Вера перезвонила, ее голос звучал обеспокоенно.
– Что случилось?
– Вер, а дух может полюбить человека?
– Что за странные вопросы?
– Ну и? Может?
– Да, но после признания в любви и дух, и человек будут обречены…
– Как обречены?
– По законам мира духов, им вообще нельзя появляться в вашем мире. А если дух и человек полюбят друг друга, то…
– Что произойдет?
– Они умрут…
– Что?!
– Да, Соня, они умрут. Даже не думай о том, чтобы влюбляться в какого-то духа, особенно в Баку!
– Почему особенно в него?
– Потому что он король всех духов. Его ждет наказание, во много раз страшнее…
– Хорошо, Вер, спасибо…
Соня положила трубку. Она сидела, оглушенная услышанным, словно громом пораженная, и думала о том, что теперь делать. Ведь она безумно любила Баку, ее любовь к нему была подобна бушующему пламени, готовому поглотить все вокруг.
***
Весь день она пряталась в стенах своей комнаты, словно бежала от назойливых теней воспоминаний, находя призрачное спасение в рисунках, книгах и мерцающем свете экрана. Часы, словно сговорившись, застыли в тягостном молчании на отметке "23:01".
– Надо спать, – прошептала она в пустоту.
Свинцовое предчувствие сковало сердце, когда она позволила объятиям сна увлечь себя в бездну.
Pov: "сон"
Сознание Сони развернулось в роскошном зале, где каждый уголок был увит траурным бархатом черных роз. Вдали мерцала арка, словно приглашая к таинственному алтарю.
– Что это? Чья-то свадьба? – прошептала она, ощущая, как мороз пробегает по коже.
– Да, – отозвался голос, возникший из ниоткуда.
Соня резко обернулась, сердце забилось как пойманная птица.
– Баку?
В его глазах плескалась вечность и усталость.
– Соскучилась? – прозвучал его тихий вопрос, наполненный горечью.
– Что здесь происходит? Чья это свадьба? – в голосе Сони звучало отчаяние.
– Свадьба моего отца… Она была двадцать тысяч лет назад.
– С твоей мамой?
– Нет. Отец полюбил смертную женщину и решил разделить с ней вечность. Но на следующий день после свадьбы она угасла, словно догоревшая свеча. Отец был безутешен, его горе было подобно зияющей пропасти, которую ничто не могло заполнить. Две тысячи лет спустя он женился на моей матери, но, по его словам, так и не смог изгнать из сердца призрак той, первой, и до сих пор вспоминает свою ошибку, свою единственную, истинную любовь.
– Но разве духи не бессмертны? Разве они могут умереть от тоски?
– Он потерял почти всю свою силу, иссяк, как древний источник, и был вынужден искать спасение в браке с другой… К тому же, он тысячу лет провел в забвении, в попытке укрыться от боли.
– Понятно… А разве не бывает исключений? Разве любовь не может сломать эти правила?
– Нет. Многие из тех, кого я знаю, предпочитают умереть в одиночестве, лишь бы не рисковать любовью, чтобы не погубить ее… Что-то ты заспалась! Пора просыпаться, – в голосе Баку прозвучала едва уловимая грусть.
– Баку, стой! – Соня попыталась удержать его, но он становился все более призрачным.
Баку щелкнул пальцами, и реальность начала рассыпаться вокруг нее.
– Баку, подожди! – отчаянный крик утонул в наступающей тьме.
Соня вскочила в постели, задыхаясь от ужаса.
– И что теперь делать? Неужели нам никогда не суждено быть вместе? – прошептала она, глядя в потолок.
Слезы, горячие и горькие, потекли по её щекам, обжигая кожу. Она не могла понять, почему вселенная так жестока, почему любовь должна быть запретным плодом.
– Соня…
Загадочный шепот прошелестел из темноты шкафа, словно зов из другого мира.
– Морфеус? – прошептала она в ответ.
Соня встала, словно лунатик, и подошла к шкафу. Дрожащими руками выдвинула ящик, где лежал Морфеус, маленький амулет, хранящий в себе частицу властителя снов. Она взяла его в руки, словно держала в ладонях саму надежду.
– Что случилось, Морфеус? – спросила она, замирая от страха и предвкушения.
– Есть один способ, как вам с Баку быть вместе, – прозвучал тихий, но уверенный ответ.
– Какой? – Соня затаила дыхание.
– Но он опасен для тебя. Чтобы Баку остался жив и ничего не потерял, тебе придется провести ритуал.
– Какой ритуал? – повторила она, не отводя взгляда от амулета.
– Но, Соня, ты станешь духом. Будешь жить в мире снов, плести их канву, но никогда больше не увидишь свою семью, не почувствуешь тепло солнца на коже. Ты переродишься, у тебя будет другая внешность, и он может тебя не узнать. Подумай хорошенько, прежде чем решиться на этот шаг, – в голосе Морфеуса звучала искренняя тревога.
– Спасибо, Морфеус, – прошептала Соня, не отрывая взгляда от амулета. – А какой это ритуал?
– Прочитай заклинание на странице 180 Книги Снов, – ответил Морфеус, и его голос затих.
– Хорошо, я поняла, – прошептала Соня в пустоту.
Два долгих дня Соня провела в раздумьях, терзаясь сомнениями, взвешивая все "за" и "против". В глубине души она уже знала ответ, но страх перед неизвестностью сковывал ее. И все же, любовь победила. Она выбрала путь духа, путь вечной разлуки с миром смертных ради возможности быть рядом с тем, кого любила больше жизни.
На третий день, дрожащими руками, она открыла Книгу Снов, древний фолиант, хранящий в себе тайны мироздания, и начала читать заклинание на странице 180. Слова, словно ключи, открывали врата в иной мир.
В следующее мгновение она оказалась в знакомой комнате, в которой уже бывала в его снах. Напротив нее, склонившись над какими-то бумагами, сидел Баку, Пожиратель Снов.
– Баку! – выдохнула она, не веря своим глазам.
Дух вскинул голову, и в его глазах вспыхнуло удивление.
– Соня!? Что ты здесь делаешь? – спросил он, в его голосе звучала тревога.
Баку вскочил из-за стола и стремительно направился к ней, словно боясь, что она исчезнет.
– Я прочитала заклинание на странице 180, – прошептала она, не отрывая взгляда от его лица.
– Что?! Ты сошла с ума? – в голосе Баку звучал ужас.
Баку остановился вплотную к ней, и Соня почувствовала исходящую от него мощь.
– Ш-ш-ш… – прошептала она, прикладывая палец к его губам, призывая к тишине.
– Баку, я лю…
– Нет, стой! – Баку нежно сжал её руки, глядя в глаза с такой грустью и тоской, что у Сони сжалось сердце.
– У меня никого нет, кроме тебя! Пожалуйста, не делай этого! Я не хочу тебя терять! – в его голосе звучала мольба.
– Баку, просто найди меня. У меня будет другая внешность, но я останусь той же, твоей глупой девчонкой, – прошептала она, пытаясь сдержать слезы.
– Но… – Баку покачал головой, не в силах принять ее решение.
– Никаких "но"! Просто позволь мне это сделать! Я тебя очень прошу… – в ее голосе звучала мольба и решимость.
Баку смотрел на неё, словно разбитый на тысячи осколков. Его сердце разрывалось от боли, от осознания того, что он теряет самое дорогое, что у него есть.
– Баку, Пожиратель Снов, моя первая и единственная любовь… – прошептала Соня, глядя в его глаза.
– Нет… – Баку попытался остановить её, но Соня продолжала.
– Я люблю тебя! – воскликнула она, и ее голос наполнился любовью и отчаянием.
Он впился в её губы, целуя с отчаянием и нежностью, вкладывая в этот поцелуй всю свою безграничную любовь, всю боль расставания. Соня ответила взаимностью, отдаваясь этому последнему мгновению близости. Но внезапно, превозмогая боль, прервала поцелуй и упала на колени. Баку подхватил её и опустился рядом, обнимая ее слабеющее тело.
– Соня, не уходи! Прошу! – в его голосе слышалось отчаяние.
– Я ни о чем не жалею! Ты должен найти меня! – прошептала она, ее голос становился все тише и тише.
– Что ты такое говоришь?! – Баку прижал ее к себе, боясь потерять ее навсегда.
– Обещай, что найдешь меня! – Соня умоляюще смотрела на него.
– Я обещаю… – прошептал Баку, и слезы покатились по его щекам.
– Я люблю тебя, самый могущественный дух, – прошептала Соня, и ее глаза закрылись.
– Я люблю тебя, моя глупая девчонка… – прошептал Баку в ответ, и его голос утонул в рыданиях.
Баку прижал Соню к себе и зарыдал, как ребенок, потерявший свою любимую. Соня Майер умерла, оставив его одного в этом огромном, холодном мире. Она стала духом, готовая к перерождению, веря в то, что однажды он найдет ее, даже в новом обличии.