20
Я проснулся в замешательстве.Спустя мгновение осознал, что лежу на диване. Я сел, сморщившись и держась за гудящую голову. Конечно я заслужил это, но все же чувствовал себя дерьмово. Осторожно поднял взгляд, с удивлением увидев на столике перед собой бутылку воды и аспирином . Дотянувшись до них, я проглотил две таблетки и осушил бутылку. Когда я встал, одеяло, накинутое мне на торс, упало на пол. Наклонился его подобрать, и тогда на мой вялый мозг снизошло осознание.
После того, как Лалиса умчалась, я выпил еще пива , ее слова постоянно крутились в моей голове. Должно быть, в какой-то момент я отключился, и она, очевидно, пришла и укрыла меня, оставив на столе воду с лекарством, зная, что с утра у меня будет похмелье.
Несмотря на то что я был с ней еще большей сволочью чем обычно, она по-прежнему приглядывала за мной. У меня тряслись ноги, когда я присел, вспоминая брошенные ею прошлой ночью слова – почему она согласилась помочь мне. Почему она экономила и собирала деньги – чтобы заботиться о женщине, которая приютила ее и подарила безопасное место и дом. Я не смотрел дальше своего носа и унижал ее за это, ни разу не удосужившись спросить о подробностях. Никогда по-настоящему не замечая, каким хорошим человеком она была внутри.
На меня накатил рвотный позыв, и я рванул вверх по лестнице, освобождая желудок от все еще содержавшегося в нем обильного количества пива . После чего принял душ и выпил еще
аспирина. В голове по-прежнему отдавались ее слова и боль скрытая за ними. В голове неустанно проигрывалось мое поведение в течение прошлого года. Мои жестокие насмешки, резкие слова и невоспитанные манеры. Несмотря на мои третирования, она поставила потребности другого человека превыше всего, держа высоко голову. Она выполняла свою работу и, должен признать, делала это хорошо, с гордостью и без капли поощрения с моей стороны.
Я рассматривал свое лицо в зеркале, рука слишком сильно тряслась, чтобы поднести бритву к щетине на подбородке. Впервые в жизни я почувствовал, как меня окатила волна стыда, и потупил взгляд.
У меня было два выхода.
Проигнорировать то, что случилось прошлой ночью, и надеяться, что Лалиса продолжит придерживаться нашего соглашения. Я знал, что если не стану об этом упоминать, то и она тоже. Решит, что я не помню случившегося.
Или вести себя как зрелый человек, найти ее, извиниться и постараться двигаться дальше. Чтобы это сделать, мне нужно было приложить усилие и хотя бы понять ее. У меня не было сомнений, что свадьба теперь в любом случае отменялась, но мы все еще могли продолжать изображать обрученную пару.
Я отошел от умывальника, не обращая внимания на стук в голове.
Пришло время узнать побольше о моей невесте.
***
– Чонгук, я не ожидал тебя сегодня увидеть. Или, во всяком случае, не так рано.
Я оторвал взгляд от экрана компьютера.
– А, Шихёк , – я дернул за свой чуб и нервно провел рукой по затылку. – Я хотел взять пару вещей и, э-э, забрать свою машину.
Он зашел ко мне в кабинет и сел перед моим столом. Я сложил руки на темном дереве, пытаясь унять дрожь в пальцах.
– Должен извиниться за прошлый вечер. Я перебрал с выпивкой. Поверь, это не было привычным поведением для меня.
Он рассмеялся, махнув рукой.
– С кем из нас не бывало, Чонгук . После всего, через что вам пришлось пройти там, начал работать с нами и, конечно же, твой сегодняшний большой день, думаю, ты заслужил возможность расслабиться.
– Надеюсь, я не сделал ничего неподобающего.
Он покачал головой.
– Нет, все было в порядке. Думаю, ты немного вывел из себя бедную Лису. Забавно было на это смотреть.
Я вспомнил о нашем с ней разговоре и поморщился.
– Она была недовольна мной. – Затем я нахмурился, когда его слова дошли до меня. – Прости, Шихёк , но что ты имел в виду говоря «большой день»?
Он усмехнулся.
– Ты проговорился, что сегодня днем женишься, Чонгук.
– Я-я так сказал?
– Да.Лиса не переставала пытаться тебя зашикать, но ты видимо решил выдать секрет.
– Не удивительно, что она была готова меня убить. Я даже не помню этого.
– Думаю, она тебя простит, – он подмигнул. – Однако, не уверен, что моя жена и Дженни поступят также. Они хотели помочь Лисе со свадьбой.
– Мне стоит извиниться? – предложил я.
– Все в порядке. Они рады довольствоваться ужином, на который ты согласился по такому случаю.
Я сглотнул. Черт возьми. Как я мог помнить весь разговор с Лалисой и совершенно ни слова из того словесного поноса, который устроил перед Банами? Что, черт подери, я еще сказал?
– Ужин?
– Лиса объяснила, что вам обоим хотелось, чтобы церемония была очень личной. Ты был таким красноречивым, когда дополнил ее слова своими мыслями о том, почему желаешь, чтобы на ней присутствовали лишь вы двое, что Ми Ре аж прослезилась.
Я моргнул. Я это сделал?
– После того как они согласились не нарушать вашего уединения в такой день, ты согласился позволить нам присоединиться к вам на ужине сегодня вечером. – Он провел руками по своим бедрам. – Ты уверен, что не хочешь взять отгулы на следующей неделе для медового месяца?
– А, нет. У нас другие планы. Лалиса хочет заняться обустройством моей, э-э, нашей квартиры, чтобы придать ей больше уюта. Я свожу ее куда-нибудь, как только мы устроимся.
Он кивнул, встал и протянул руку.
– Поздравляю, Чонгук. Надеюсь сегодняшний день будет для тебя идеальным.
Я крепко пожал его руку в ответ.
– Спасибо.
– Думаю, сегодняшний день – это начало новой, прекрасной жизни для тебя. – Он сверкнул улыбкой. – Я рад быть частью нового направления.
Он вышел, оставив меня пялиться ему вслед.
После прошлой ночи я не был уверен, что Лалиса вообще хоть слова мне скажет, не говоря уже о замужестве. Когда я ушел, ее не было дома, а она не отвечала на телефон, когда пытался до нее дозвониться.
Я вернулся к своему компьютеру, продолжил поиски и был уверен, что нашел частный дом, где проживает сейчас Мина . Он был недалеко от моего дома, частный и – судя по информации с веб-страницы – дорогой. Я взял трубку и набрал номер.
– «Золотые дубы».
– Доброе утро, – ответил я. – Я хотел бы принести тете моей невесты букет цветов, когда навещу ее сегодня утром, и хочу удостовериться, что у нее нет на что-нибудь аллергии. Я забыл уточнить это у Лалисы до ее ухода.
– Имя постоялицы?
– Мёи Мина.
– Простите, вы сказали вашей невесты, Лисы ?
– Да.
– Я не знала, что Лиса помолвлена.
Я прочистил горло.
– Это довольно недавнее событие.
– Что ж, нужно будет ее поздравить. У Мины нет аллергии на цветы, но если вы на самом деле хотите заслужить ее благосклонность, прихватите лакомство для Джои.
– Джои?
– Ее попугая.
– О, а позвольте спросить, что лучше всего принести попугаю?
– Любимое лакомство Джои – манго, но он любит любые свежие фрукты или попкорн.
У меня было ощущение, что я оказался в Сумеречной Зоне. Даже в самых своих диких фантазиях я не ожидал, что проснусь одним субботним утром с планами жениться на мисс Манобан , после того как остановлюсь прикупить фрукты и попкорн для птицы, принадлежащей женщине, которую я никогда не встречал.
– Манго и попкорн. Все понял.
– Сиделки любят шоколад, мистер... э-э?..
–Чон Чонгук . Лалиса уже была сегодня?
– Пока нет. Но полагаю, скоро придет.
– Ладно. Спасибо, э-э, мисс?..
– Джихё. Меня зовут Джихё. Мина одна из моих любимых постояльцев.
– Рад это слышать. До скорой встречи.
Я повесил трубку. Мне нужно сделать несколько покупок.
Наряду с кучей лебезений.
***
Я остановился в дверях комнаты Мины , рассматривая ее внешность. Она была маленькой, пухленькой женщиной с белоснежными волосами и пухлыми щеками, которые были испещрены морщинами вплоть до глаз. Она подняла глаза на мой стук, с подозрением осматривая меня.
– Могу я вам чем-нибудь помочь?
Я зашел в комнату, держа в руке огромный букет.
– Здравствуйте, Мина. Я – Чон Чонгук, друг Лалисы.
– Правда? – она потянулась принять цветы. Из угла захлопал крыльями пестрый попугай, громко кудахтая. – Меня зовут Мина.
Я чуть поморщился на шум, издаваемый птицей, и вытащил свою вторую покупку.
– Я принес Джои лакомство.
– Что вы принесли?
Я порылся в пакете.
– Я принес ему манго. Положить его в клетку?
Она поджала губы, посмотрев на меня снизу-вверх.
– А вы умом не блещете, да?
– Простите, что?
– Он не может есть целое манго, молодой человек. Его нужно нарезать.
Я посмотрел на манго, потом на птицу.
– Ой. – Из пакета я вытащил упаковку с попкорном для микроволновки, которую забрал из шкафа. Лалиса ела много попкорна. – Полагаю, мне и это следовало приготовить.
Она начала смеяться. Громкие раскаты веселья эхом отдавались от стен.
– Должно быть Лисе вы нравитесь за ваш внешний вид, ведь вряд ли из-за мозгов.
Я не смог сдержать ухмылки от ее острого языка. Кого-то она мне напоминала – женщину, которую я когда-то называл Венди. За то небольшое время, что я знал Венди – она была единственным человеком, который обо мне заботился. Она была резкой, прямолинейной и без проблем выражала свое мнение.
Потянувшись слева от себя, она нажала на стене кнопку вызова сиделки.
– Джихё положит их в воду и нарежет манго для бедного Джои. А если я ее любезно попрошу, то принесет нам кофе.
Я поковырялся в пакете и протянул шоколад. По крайней мере, с этим я справился.
– Возможно, это поможет.
Она выгнула бровь.
– Может с вами еще не все потеряно. А теперь присаживайтесь и расскажите, как вы познакомились с моей Лисой... и почему вы зовете ее Лалисой. – Она улыбнулась, когда я достал вторую коробку шоколада. – Если это для меня, то разрешаю называть меня Мина .
***
Мёи Мина была яркой, умной и, как я узнал, полна историй о Лалисе в подростковом возрасте. Однако, как оказалось, ее краткосрочная память была шаткой. Не единожды я подмечал пелену, застилавшую ее взор, и она начинала запинаться, если я задавал какие-то вопросы о настоящем. Тогда я вернул ее к более связным временам, спросив о том, как она повстречала Лалису. Она просияла и рассказала подробную версию услышанной мной вчера истории. Она описала худую, напуганную девчушку, которую обнаружила роящейся в мусорном контейнере в поисках еды. Она рассказала о боли и нужде, которую увидела в голубых глазах Лалисы, и как поняла, что ей суждено было найти ее в тот роковой день. Я почувствовал ту любовь, которую она испытывала к юной Лалисе, и обнаружил, что мне нравилось слушать о ее жизни.
После этого Мина выбралась из плена своих воспоминаний, попросив принести что-нибудь попить. К тому моменту, пока нашел Джихё, та показала мне кухню и я вернулся в комнату, Мина уже дремала в своем кресле. Ее птица все еще сидела в углу, махая крыльями, а музыка, которая лилась из проигрывателя, когда я только приехал, создавала в комнате нежный фон.
Оглядевшись, было легко понять, почему Лалиса хотела, чтобы она оставалась тут и почему так усердно работала, чтобы это длилось подольше. Комната Мины была светлой и просторной, с большими окнами и наполненной мольбертами, коробками с грифельными мелками, карандашами и акварелью. На полках стояли книги и фотографии, а на стенах висело множество ее работ.
Меня окатило непривычным чувством вины, когда я вспомнил маленькую картину, которую Лалиса принесла домой в ту первую субботу. Тогда, с присущей мне язвительностью, я сказал, что она не может повесить ее в кондо. Волна вины и стыда превратилась в цунами, заполонив мой разум, а ее колючие щупальца впились мне в кожу. Я заерзал на стуле от несвойственных мне странных эмоций.
– Чонгук? – потрясенный возглас Лалисы напугал меня. – Что ты тут делаешь?
Я встал на ноги, голову захлестнуло еще больше вины. Она выглядела обессиленной, и я знал, что это из-за меня.
– Я пришел познакомиться с Миной.
– Зачем?
– Я почувствовал, что это важно.
– Не ожидала увидеть тебя уже на ногах.
Я прочистил горло, испытывая еще больший дискомфорт.
– О том...
Она вскинула руку.
– Не здесь.
Я мелкими шажками приблизился к ней.
– Ты дашь мне возможность поговорить с тобой? Я задолжал тебе извинения. – Я вздохнул. – Думаю, много извинений.
– Мне не нужна твоя жалость.
– Этого и не будет. Все, о чем я прошу – это возможность цивилизованно поговорить.
– А ты можешь быть цивилизованным?
– Я хочу попытаться. Пожалуйста, Лалиса.
Она поджала губы.
– Это как-то связано с тем, что должно произойти сегодня днем?
– Я не жду, что ты все-таки выйдешь за меня сегодня.
– Серьезно?
– После того как я вел себя прошлой ночью, нисколечко. – Я протяжно вдохнул, потирая затылок. – Я буду признателен, если ты это сделаешь, но ничего не жду.
– Ты вроде как объявил об этом вчера. Я пыталась тебя остановить. – Она махнула рукой. – Но ты видимо был настроен решительно.
– Знаю. Я слишком много выпил и, похоже, бездумно трепал языком. Я разберусь с этим. – Я провел рукой по раскалывающемуся виску. – На данный момент я счастлив, что ты вообще со мной разговариваешь.
Она закусила щеку, как делала, когда нервничала. Прежде чем она вновь заговорила, Лиса пошевелилась и открыла глаза.
– Здравствуй, моя Лиса.
Лалиса прошла мимо меня и поцеловала Мину в щеку.
– Как ты себя чувствуешь сегодня?
Мина потянулась и ущипнула ее за нос.
– Я в порядке. – Она дернула подбородком в мою сторону. – Почему я не слышала об этом до сегодняшнего дня?
Лалиса улыбнулась и покачала головой.
– Думаю, что-то я все же упоминала.
– Не очень умен, но приятен глазу и у него хороший вкус в выборе шоколада и цветов.
Я хмыкнул на шокированное выражение лица Лалисы и был благодарен, что Мина по-прежнему была с нами и осознанно. Джихё сказала, что ее сознание дрейфовало, она часто приходила в замешательство и терялась, когда просыпалась после дремы. Мне не хотелось быть тем, кто застал ее сегодня в сознании и лишил Лалису такого шанса. Я не был уверен, что смогу вынести еще больше вины.
Я взял свое пальто.
– Я покину вас, дамы.
Склонившись, взял Мину за руку и поцеловал тыльную сторону ладони, ее вены как синяя паутина просвечивали через тонкую, белесую кожу.
– Мина, это было честью.
– Если принесете еще шоколада, то можете вернуться.
– Так и сделаю. – Я положил ее руку обратно ей на колени. – Лалиса , можно тебя на секундочку?
Мы вышли в коридор.
– Ты приехала на машине? – спросил я, подумав, что дождусь ее, если она пешком.
– Да.
Я посмотрел на ее руку.
– Где твое кольцо?
– Я не надеваю его, когда прихожу сюда. Это смутит Мину. Оно в безопасности, в моей сумочке.
Это имело смысл. Я испытал облегчение, когда она не сказала, что это потому что наш уговор отменяется.
– Ладно. Хорошо. Увидимся позже в квартире?
Она колебалась, храня молчание.
– Что?
– Если я... если я соглашусь выйти за тебя сегодня, ты дашь мне кое-что? Считай это свадебным подарком.
– Чего ты хочешь?
– Я хочу узнать твою историю. О твоем детстве.
– Я не говорю о своем прошлом. – Твердость в моем голосе намекала, что это не обсуждается.
Она вся вытянулась в струнку, распрямив плечи.
– Тогда сам на себе и женись,Чон. Увидимся позже в квартире.
Я схватил ее за руку, прежде чем она успела уйти.
– Лалиса, – начал я устало.
Наши взгляды встретились, и я увидел ее решимость.
– Ладно. Выходи за меня сегодня, и я тебе расскажу.
– Обещаешь?
– Да.
– Хочу, чтобы ты носил кольцо.
– Ладно, – фыркнул я. – Ничего вычурного.
– Можешь сам выбрать.
– Хочешь еще чего-нибудь в качестве подарка? – мой голос был пронизан сарказмом.
– Нет, твою историю и кольцо.
– Схожу сейчас же и куплю.
– Тогда я выйду за тебя сегодня.
На мгновение я был ошеломлен. Я ожидал воплей, обвинений и споров. Возможно, даже слез и что на этот раз она пошлет меня на самом деле. Ее согласие меня удивило.
– Спасибо. В три часа?
– Встретимся дома. – Она развернулась и зашла в комнату Мины, оставив меня ошарашено пялиться ей в спину.
Когда это мисс Манобан стала силой, с которой приходится считаться?
Я понятия не имел, но впервые испытал благодарность, что она на моей стороне.