23
Я не знал,чем себя занять после разговора с Лалисой. Ее слова продолжали эхом звучать в моей голове, заставляя усомниться в истинах, которых я придерживался все эти годы. Я ощущал себя выжатым, и нужно было остановить шквал мыслей, что я и сделал, отправившись в свой тренажерный зал. Усиленно потренировавшись и приняв душ, направился прямиком в свой кабинет. Я ожидал, что ко мне подойдет Лалиса, желая продолжить разговор, которого мне хотелось избежать, но она была занята на кухне и даже не удосужилась взглянуть в мою сторону, когда я проходил мимо.
На столе меня ожидала тарелка с сэндвичами и термос с кофе. С минуту я таращился на подношение, после чего пожав плечами, зарылся в принесенные домой документы. Был уже ранний вечер, когда я увидел ее снова.
– Ужин готов, если ты проголодался.
Щурясь, я поднял взгляд.
– Чонгук , тебе нужно больше света, – она подошла и, качая головой, щелкнула по моей настольной лампе. – И, возможно, очки для чтения. Я заметила, как близко при чтении ты подносишь к лицу предметы.
Я посмотрел вниз, понимая, что она права.
– Запишу тебя на консультацию, – предложила она, ее губы тронула улыбка. – Сомневаюсь, что это входит в должностные инструкции твоего ассистента.
Я хмыкнул, хотя и закатил глаза. Когда в пятницу я встретился с Розе и огласил список моих ожиданий, она удивила меня наличием собственного перечня. Личные помощники в «big hit» разительно отличались от «GYT». Она была там, чтобы подготавливать и копировать документы, решать организационные вопросы и даже, при случае, приносить мне ланч, но не для того чтобы варить мне кофе, делать бейгл или забирать мои вещи из химчистки. Сказать, что меня поставили на место, будет преуменьшением. Она была достаточно любезна, чтобы показать мне большой лаундж для сотрудников, как пользоваться кофе-машиной и где найти бейглы и другую разнообразную еду, которую Шихёк предоставлял для своего персонала.
Когда я рассказал об этом Лалисе, ей пришлось выскочить из комнаты, чтобы скрыть свой смех.
– Это не смешно! – прокричал я ей вдогонку.
– Однако это так, – раздался из коридора ее сухой ответ.
Должен признать, она была права. Если подумать, меня бы не убило встать и самому взять кофе. Это была хорошая возможность размять ноги. В любом случае, у меня было такое чувство, что Розе поскупилась бы обильно намазать на мой бейгл сырного крема. Лалиса всегда готовила его именно так, как мне нравилось.
– Господи, я старею, – пробурчал я. – Очки для чтения.
Она рассмеялась.
– Да, 26 – древний просто. С тобой все будет в порядке. Уверена, что они тебе пойдут.
Я изогнул бровь.
– Ах, так? Хочешь сказать, что в очках буду еще сексуальнее?
– Я ничего не говорю. Твое эго итак довольно большое. Если хочешь ужин на кухне.
Со смехом я выключил свет и все еще настороженно последовал за ней на кухню. Некоторые из моих самых ярких воспоминаний из детства касались постоянных разногласий между родителями. Моя мама была как собака с костью, отказываясь уступать хоть на йоту. Она пилила отца, который в конечном итоге взрывался. Я беспокоился, что Лалиса попытается ухватиться за нити нашего предыдущего разговора, но она ничего не сказала. Напротив, когда мы ели, она всунула мне образец краски.
– Что думаешь?
Я рассматривал зеленоватый цвет.
– На мой вкус немного женственный.
– Это для моей комнаты.
– Если тебе нравится, то дерзай.
Она протянула мне еще один пробник, я взял его в руки. Насыщенный бордовый оттенок был глубоким и ярким. Он мне понравился.
– Для какой?
– Я подумала о стене вокруг камина. Чтобы расставить акцент в комнате.
Расставить акцент в комнате? Это еще что, черт подери, означает?
– Только одну стену?
– Я подумывала окрасить остальные в насыщенный кремовый.
С этим я мог бы ужиться.
– Хорошо.
Далее возник образец материала. Он был для диванов, из твида с вкраплениями того же бордового цвета на темно-коричневом.
– Это для чего?
– Несколько кресел для комнаты.
– Мне нравится моя мебель.
– Мне тоже, она довольно удобная. Я думала добавить, может немного видоизменить. Они будут красиво смотреться у камина.
– Что еще?
– Пару подушек и несколько других штрихов. Ничего существенного.
– Никаких излишеств или девчачьего дерьма. В своей комнате делай, что хочешь.
Она усмехнулась.
– Никакого девчачьего дерьма. Обещаю.
– Кто занимается покраской?
– Что?
– Кого ты наняла?
– Я сама делаю.
– Нет.
– Почему?
Я развернулся на своем стуле, жестом указывая на обширное пространство.
– Эти стены двенадцать футов в высоту, Лалиса. Не хочу видеть тебя на раскладной лестнице.
– В моей комнате обычная высота потолков. Я люблю красить. Мы с Миной делали это вместе, и я довольно хороша в этом.
Я постукивал по столешнице одним из образцов красок. Как мне заставить ее понять, что ей больше не нужно заниматься такими вещами? Терпеливым тоном я попытался еще раз.
– Тебе не нужно красить. Я заплачу, чтобы это сделали.
– Но мне нравится этим заниматься. Я буду осторожна.
– Давай договоримся. Ты красишь свою комнату и когда придет время, мы обсудим это.
– Ладно.
В глаза бросился еще один образец ткани. Наклонившись, я взял его в руки, ощупывая толщину плетения. Насыщенный темно-синий и бриллиантовый зеленый переплетались в «шотландку» на ярком фоне. Я поднял его, изучая. Он не казался подходящим для какой-либо из комнат.
– Тебе нравится?
– Да, бросается в глаза. Для чего это?
Она опустила глаза в стол, к ее коже начала приливать кровь.
– Что?
– Я подумала может тебе захотелось бы переделать свою комнату, когда закончу с остальными. Я увидела этот образец и подумала про тебя.
– Я похож на ткань в клетку?
– Нет, – ответила она со смешком. – Цвета, они похожи на твои глаза. Смешение зеленого с синим – удивительная комбинация.
Мне нечего было сказать, но по какой-то причине я почувствовал, что теперь уже сам покраснел. Я подвинул в ее сторону образец и встал.
– Посмотрим, как получатся другие. Что-нибудь еще?
– Мне, э-э, мне нужно убрать вещи из шкафа. Не хочу, чтобы на них попала краска.
– У меня большая гардеробная. Я даже половиной не пользуюсь. Перевесь свои вещи туда. Там есть несколько очень высоких вешалок, на которые можно повесить твои платья.
– Ты не будешь возражать?
– Все в порядке.
– Спасибо тебе.
Я качнул головой и вернулся в кабинет. Я посмеивался, вновь проигрывая весь разговор в своей голове, когда понял, как по-домашнему все это выглядело: обсуждение с собственной женой образцов красок и тканей за ужином. Мне следовало ненавидеть это.
Тем не менее, почему-то, я этого не делал.
***
Раздались раскаты грома, над головой нависли тяжелые и низкие тучи. Я развернул кресло, глядя на потемневшее послеполуденное небо за окном. Морщась, потер затылок, ощущая явные признаки головной боли. Она бывала редко, но я всегда чувствовал ее приближение, а неожиданный шторм был определяющим фактором.
В тот день в офисе было спокойно, не наблюдался привычный гул активности. Бомгю уехал в срочную командировку, Юнги был с клиентами, а Дженни не было. Шихёк забрал Ми Ре на уикэнд-сюрприз, все остальные сотрудники занимались делами на своих рабочих местах.
Находясь в «Big hit», я открыл для себя совершенно новую атмосферу в деловом мире. Энергия по-прежнему била ключом, помещение гудело голосами, встречами и стратегиями, но разительно отличалась от «GYT». Она была позитивной, почти благоприятной. Как мне и говорил Шихёк , они работали вместе как команда: администраторы, личные помощники, дизайнеры – все были задействованы и вовлечены на равных. Розе была таким же ценным сотрудником, как я. Мне потребовалось немного привыкнуть к этому, но я начал акклиматизироваться.
Вздохнув, я осознал, что акклиматизировался и в других вещах. До Лалисы я работал до поздней ночи, присутствовал на множестве деловых ужинов и встречался с кучей женщин. Находясь в квартире, я пользовался тренажерным залом, смотрел наобум программы по ТВ и заходил на кухню только ради того, чтобы взять кофе или тарелку для принесенного ужина «на вынос». В остальное время я просиживал в кабинете за работой или чтением. Изредка у меня бывала компания: редко я приводил домой женщину. Моя квартира была моим личным пространством. Если требовалось, мы либо шли к ней домой, либо я брал номер в отеле. В редких случаях мои отношения длились дольше пары свиданий, я приглашал их на ужин, но в конце вечера они отправлялись к себе домой и никогда не добирались до второго этажа моего дома.
Теперь же на тех деловых ужинах, которые я посещал, рядом со мной была Лалиса, а за столом сидели мои коллеги со своими женами и, конечно, семейство Банов.
На одном из таких ужинов я поднял глаза и встретился с леденящим взглядом Тэхёна на другом конце комнаты.
Я знал, что Тэхён слышал о моей женитьбе, а мое имя не следовало произносить в священных стенах «GYT». Я нашел его гнев забавным. Сильнее сжал рукой плечо Лалисы, вынуждая ее посмотреть на меня.
– Что? – прошептала она.
– Тэхён , – пробормотал я.
Развернувшись ко мне, она украдкой бросила взгляд в его сторону.
– Думаю, сейчас мне нужен поцелуй.
– Ты читаешь мои мысли.
С шаловливой улыбкой, я склонил голову. Ее пальцы вцепились в волосы на моем затылке, в то время как она притянула меня ближе, прижимаясь к моим губам. Это был жесткий, глубокий и слишком быстрый поцелуй, достаточный, чтобы еще сильнее разозлить Тэхёна, но не смутить Шихёка. Когда мы разорвали поцелуй, Дженни хихикала, а Тэхён направлялся к выходу. Я оставил еще один поцелуй на губах Лалисы.
– Молодчина.
Большинство вечеров я ужинал с Лалисы и обнаружил, что рассказываю о том, как прошел мой день, делюсь с ней своими проектами, желая услышать ее мнение. Она знала меня лучше, чем кто-либо в офисе и частенько придумывала словечко или концепцию, которые я до этого не рассматривал. Вместо того, чтобы сидеть в кабинете, я часто приносил ноутбук в гостиную и работал, пока она смотрела телевизор или читала. Я обнаружил, что мне нравится ее тихая компания.
Как вам этот фф?Надеюсь вам понравилась эта достаточно милая глава😊❤️