Ненависть/любовь

– Все нормально? – спросила Таня, когда мы вернулись за стол. Олег ничего не ответил – так был зол, а я шепотом поведала ей о том, что случилось. Сестра лишь головой покачала.

– Олег, все в порядке? Не злись, милый, тебе не идет, – улыбнулась она, кладя Олегу руку на плечо, и, никого не стесняясь, несколько раз поцеловала его в щеку. Он немного оттаял.

– Меня сейчас стошнит, – прокомментировал тихо Даня.

– Матвеев, молчи, – ловко всунула я ему в рот очередное канапе, боясь, что его слова могут нарушить шаткий мир.

В гостях у Чернова мы провели еще несколько часов, и это время прошло занимательно.

После обеда к Дане пристал ребенок – тот самый, который сидел на коленях у жены доктора. Не знаю, что он нашел в Матвееве, но вцепился в его ногу и не хотел отпускать. Он таскался следом за ним весь вечер. Это было смешно и вызывало умиление. Раньше я никогда не видела, чтобы Даня возился с детьми, а теперь наблюдала, как он играет с ним в машинки, и улыбалась. Это было забавно.

– Будешь отличным папой, – сказала ему мать ребенка – приятная молодая женщина по имени Катя.

Во взгляде Дани говорилось: «Надеюсь, я стану папой еще нескоро», – однако он ничего не сказал в ответ – лишь неопределенно пожал плечами.

– Сколько вы детей планируете? – поинтересовалась Катя.

– Мы их пока не планируем, – осторожно отозвалась я.

– Мы тоже не планировали, – вмешался муж Кати. – Они сами себя запланировали.

– Такой чудесной парочке нужно как минимум троих деток, – нараспев произнесла Танька, явно издеваясь над нами. – Олег уже готов стать крестным.

– Может быть, вам с Олегом детей завести? – невинным голосочком предложила я, пользуясь тем, что он не слышит этот разговор. – Олег уже совсем взрослый мальчик. Пора подумать о потомстве.

Сестра мрачно на меня уставилась – к потомству она пока что не была готова.

Люциферова ловко споили начинающий политик, хозяин квартиры и его собственный тесть, почему спустя пару часов он пришел в отличное расположение духа – подобрел так, что вдруг расчувствовался, расцеловал Стаса в обе щеки и заявил, что готов отдать за него Руслану. Все это снимала на видео Яна, время от времени переглядываясь со старшей сестрой, и мне стало понятно, что завтра утром Петр Иванович увидит на себя компромат.

Уходил Люциферов из квартиры долго и весело с помощью Стаса и его друзей. Он то и дело останавливался и начинал вести разговоры, заставляя супругу закатывать глаза.

– Руслане моей свадьбу сделаем шикарную! – заявил он уже на пороге. – Никакой скромности! У моей дочки все должно быть самое лучшее! Если не жених лучший, то хотя бы торжество!

Стас кисло улыбнулся. Себя он конечно считал лучшим кандидатом в мужья Русланы.

Следом за Петром Ивановичем братья Русланы вывели из квартиры и дедушку, который все рвался побеседовать с Олегом на научные темы. Тот же, выпив от силы два бокала вина, сидел на диване и смотрел на Лиферовых с большой долей скепсиса в глазах. Таня расположилась рядом, чопорно держа его за руку, но как только гости покинули квартиру ловко, как кошка, перебралась к нему на колени. Кроме них и нас с Матвеевым в гостиной также оставались друзья Стаса с женами. Ну и, разумеется, ребенок, который выбрал Даню в качестве дороги и катал по его плечу машинки.

– Я чуть с ума не сошел, – вернулся в гостиную Стас, вытирая вспотевший лоб. Лиферовы вместе с Русланой наконец покинули его квартиру.

– Премило, – словно невзначай заметил Олег. – Чудесные будущие родственники. Алкоголь не пила только девочка, верно?

– И Руслана, – усмехнулся Стас и, взяв открытую бутылку вина, плюхнулся на диван, стоящий рядом. – Макс тоже не пил.

– Ох уж эта идеальная Руслана, – усмехнулся его друг-доктор. – Как она вообще на тебя клюнула, дружище?

– Женщины бывают порой такие безрассудные, – притворно вздохнула Таня. – Выбирают козлов. Знаете, как тяжело любить козлов? Это целое искусство.

– Не понял, – внимательно посмотрел на нее Олег. – Ты меня козлом назвала?

Даня выразительно хмыкнул – происходящее его забавляло. Владыко в неформальной обстановке он раньше никогда не видел.

– Нет, что ты, – широко распахнула глаза сестра. – Какой же ты козел, Олежа? Ты мой медвежонок.

Даня не выдержал и рассмеялся. Ребенок почему-то тоже стал смеяться, а после радостно вцепился обеими руками ему в волосы – так, что маме пришлось его отцеплять.

– Карма, дорогой Максим, – заметил Олег – ехидство у него получалось скрывать не очень хорошо. – Кстати, неплохо смотришься с ребенком. Как будто бы твой собственный.

Как назло, малыш вырвался из рук мамы и уселся рядом с Даней, методично принявшись катать по его колену машинку. Тот подхватил его и поднял, вытянув руки.

– Ребенок, – сказал Даня. – Будешь нашим?

Малыш засмеялся, и Матвеев не нашел ничего лучше, как посадить его мне на коленки – я чуть не подавилась от неожиданности, ибо детей на руках в жизни не держала. После этогоДаня обнял меня и заявил:

– Ну как, мы похожи на семью?

Вместо ответа Ведьмина просто сфотографировала нас.

Домой мы засобирались спустя час – одновременно с Олегом и Таней. И Стас был так любезен, что проводил нас до лифта.

– Матвеев, – обратился к Дане Олег. – Если вы будете где-либо озвучивать увиденное или услышанное сегодня – особенно про медвежонка, боюсь, у нас в университете состоится долгая… дискуссия.

– Не парься, – заявил Стас. – Данька – могила.

– Надеюсь, что не моя. И не забудьте подготовиться к нашей следующей встрече, – посоветовал Владыко.

– Биту взять? – расхохотался Стас.

– Сделать домашнюю работу.

– Зануда ты, дружище.

– А ты идиот. Но я же молчу. И надеюсь, Матвеева ты больше ни во что втягивать не будешь.

С этими словами Олег первым вошел в лифт. Мы поспешили следом.

– Могу подвезти вас до дома, – предложил Даня.

– Нет, спасибо, – отказался Владыко. – Доберемся своим ходом. И да, на прощание хочу сказать – это было глупо. Впредь не совершайте подобных поступков – не всех людей можно безнаказанно обманывать. А ответственность вы, Даниил, несете не только за себя, но и за свою девушку. – Впервые на моей памяти Олег назвал Матвеева по имени, и это удивило всех нас. Похоже, даже самого Владыко.

– Я постараюсь, – ответил Даня. – Спасибо, что не выдали, Олег Владимирович.