2
Ночная поездка превратилась в нескончаемый вихрь огней, скорости и адреналина. Шэдоу вёл байк по лабиринтам ночного города, показывая Сонику те стороны мегаполиса, которые обычный турист никогда бы не увидел. Они пролетали мимо скрытых клубов, где из окон доносилась пульсирующая музыка; мимо заброшенных складов, где, казалось, скрывались тайны; поднимались на высокие холмы, откуда открывался захватывающий вид на усыпанный огнями город, спящий под покровом темноты.
Шэдоу не просто катал его, он рассказывал. О местах, о людях, о тайнах, которые хранили эти улицы. Его голос был низким, спокойным, но наполненным знанием. Соник слушал, прижавшись к его спине, вдыхая его запах, ощущая вибрацию мощного мотора и тепло тела Шэдоу. Он задавал вопросы, смеялся над шутками, и каждый раз, когда байк входил в крутой поворот, он крепче обхватывал Шэдоу за талию, чувствуя, как адреналин бурлит в венах. Страх давно исчез, уступив место чистому восторгу и удивительному ощущению свободы.
Шэдоу, в свою очередь, наслаждался каждым моментом. Слышать смех Соника за спиной, чувствовать его лёгкое прикосновение, видеть его горящие от любопытства глаза в зеркалах заднего вида – всё это было новым и невероятно приятным. Соник был как глоток свежего воздуха в его обычном, мрачном мире. Он наблюдал, как юноша расслабляется, как его лёгкое беспокойство уступает место чистому наслаждению.
Они останавливались у ночных закусочных, пили кофе из бумажных стаканчиков, наблюдая за рассветом, который медленно окрашивал небо в розовые и оранжевые тона. Время потеряло свой смысл. Было просто "сейчас", и это "сейчас" было наполнено Шэдоу, Соником и гулом мотора.
Когда они наконец вернулись к дому Мефелиса, солнце уже давно поднялось. Утренний город просыпался, спешащие люди шли на работу, и свет дня безжалостно выхватывал каждую деталь. На часах было семь утра.
Шэдоу заглушил двигатель, и тишина, казалось, оглушила их после многих часов шума ветра и мотора. Соник, слегка одеревеневший, но с сияющими глазами, слез с байка. Он был полон впечатлений, и усталость пока ещё не до конца взяла верх.
Дверь подъезда Мефелиса открылась, и на пороге появился сам Мефелис. Он выглядел немного помятым, волосы были растрёпаны, но глаза мгновенно сфокусировались на них. Его взгляд скользнул от яркого, счастливого лица Соника к слегка утомлённому, но довольному выражению Шэдоу.
Он не сказал ни слова. Просто посмотрел на часы на стене, потом обратно на них. В его взгляде читалось немое удивление, смешанное с лёгким недовольством (они ведь договаривались до двух!). Но затем выражение его лица смягчилось. Он увидел, как Соник буквально светится, как он выглядит... свободным. И в этот момент Мефелис понял, что это того стоило. Он доверял Шэдоу, и тот, очевидно, не подвёл.
— Ну что ж, — произнёс Мефелис наконец, его голос был низким и спокойным, без упрёка, — я вижу, вы отлично провели время. Заходите.
Шэдоу кивнул, его губы изогнулись в едва заметной, удовлетворённой улыбке. Он знал, что Мефелис всё понял без слов. Соник, немного смущённый, но всё ещё на подъёме, быстро прошёл мимо брата.
— Да, было круто! — выпалил Соник, прежде чем Мефелис успел что-то добавить.
Шэдоу слез с байка.
— Ему действительно было нужно проветриться, — сказал он Мефелису, его голос был тихим, но в нём слышалась нежность, которую Мефелис раньше никогда не слышал в голосе Шэдоу.
Мефелис только хмыкнул в ответ, пропуская их в квартиру. Соник уже направлялся в свою комнату, чтобы рухнуть на кровать. Шэдоу задержался на пороге. Его взгляд задержался на удаляющемся Сонике, затем снова вернулся к Мефелису.
— Присмотри за ним, — сказал Шэдоу, словно отдавая ценный груз. В его словах не было привычной властности, скорее искренняя забота.
Мефелис кивнул.
— Всегда. И, спасибо, Шэдоу.
Шэдоу лишь слегка кивнул в ответ, повернулся и пошёл к своему байку. Он знал, что провёл идеальную ночь, и этот ёж, Соник, оставил в его душе след, который уже невозможно было игнорировать. И он не собирался этого делать. Он ещё вернётся. Очень скоро.
Тихие ночные улицы, мерцающие огни города, гул мощного мотора и тепло спины Шэдоу стали для Соника не просто развлечением, а неотъемлемой частью его новой жизни. После той первой рассветной поездки, их ночные приключения стали регулярными. Почти каждый вечер, как только на город опускались сумерки, Шэдоу появлялся у дома Мефелиса. Он не звонил, не стучал, просто подъезжал на своём чёрном байке, и его фирменный рык мотора был знаком для Соника.
Так продолжалось две недели. Соник влился в график группы Мефелиса, но находил время и для своих ночных "сеансов терапии" с Шэдоу. Он рассказывал Шэдоу о репетициях, о сложностях с аранжировками, о своих мечтах и планах. А Шэдоу, к удивлению Соника, слушал. Не просто слушал, а давал советы, иногда циничные, иногда мудрые, но всегда откровенные и без сарказма. Их связь углублялась с каждой милей, с каждым рассветом, который они встречали вместе.
И вот, на часах было ровно семь вечера. Соник сидел в своей комнате на втором этаже, пытаясь освоить новый гитарный рифф. Окно было распахнуто, впуская прохладный вечерний воздух и далёкие звуки города. Внезапно он услышал знакомый, низкий, утробный рёв двигателя. Это был ни с чем не сравнимый звук мотоцикла Шэдоу.
Сердце Соника ёкнуло, и на лице появилась непроизвольная улыбка. Он отложил гитару и подошёл к окну, выглянул на балкон. Внизу, у обочины, стоял Шэдоу, опершись на свой байк. Его силуэт был чётко виден в свете уличных фонарей. Он поднял голову, и его красные глаза встретились с глазами Соника.
— Эй синяя колючка! Спускайся! — крикнул Шэдоу, его голос был достаточно громким, чтобы Соник его услышал.
— Пять минут! — ответил Соник, помахав рукой.
Он быстро переоделся. Выбор пал на любимые черные джинсы и свободную футболку, которая не стесняла движений. В его движениях была поспешность, и одновременно лёгкая, довольная грация. Он быстро сбежал по лестнице.
Внизу, в гостиной, сидел Мефелис, что-то читая на своём планшете. Он поднял голову, когда услышал шаги Соника. Его взгляд скользнул по внешнему виду брата – одетого для поездки, с сияющими глазами.
— Куда это ты опять? — спросил Мефелис, в его голосе слышалась лёгкая, добродушная усталость. — С Шэдоу кататься, я полагаю?
Соник кивнул, не замедляя шага к двери.
— Ага.
Мефелис покачал головой, возвращаясь к планшету.
— Сначала тебя из дома не выгонишь, а теперь тебя дома не бывает. Что ж, развлекайся. Только вернись до рассвета хотя бы.
Соник рассмеялся. Он схватил лёгкую куртку со спинки стула и выскользнул за дверь. Снаружи, Шэдоу уже ждал его, опершись на байк. Когда Соник приблизился, Шэдоу выпрямился, и в его глазах блеснул огонёк.
— Готов? — спросил Шэдоу.
— Всегда, — ответил Соник, запрыгивая на заднее сиденье и обхватывая Шэдоу за талию.
Двигатель взревел, и байк с лёгкостью сорвался с места. Ветерок обдувал их лица, унося прочь мысли о репетициях, сроках и домашних заботах. Только дорога, Шэдоу и Соник. И в этот момент Соник чувствовал себя на своём месте, в полной гармонии с этим диким, но таким привлекательным миром, который Шэдоу открыл для него. Он знал, что эта ночь, как и многие до неё, будет незабываемой.