МОЯ

Оливия

В какой-то момент я перестала понимать, где заканчиваюсь я... и где начинается он.

Всё смешалось.

Мысли. Дыхание. Ощущения. Его руки - тёплые, уверенные - будто знали, как меня держать, как притянуть ближе, как не дать отступить... хотя я уже и не пыталась. Я уткнулась лбом в его плечо, пытаясь хоть немного прийти в себя. Бесполезно.

Сердце билось слишком быстро.

Мысли путались, цеплялись одна за другую и тут же рвались, не давая собрать себя во что-то цельное. Внутри поднималось странное, тягучее чувство - почти незаметное, но упорное.

Вина.

Где-то очень глубоко. Она не кричала, не требовала - просто была. Давила тихо, изнутри, заставляя на секунды замирать и спрашивать себя: это ведь неправильно... так не должно быть...

Но стоило мне чуть отстраниться - хотя бы мысленно - как я снова ощущала его рядом. Тепло его тела, тяжесть руки на моей спине, медленные, почти ленивые движения пальцев... и всё это разбивало любые попытки думать.

Я не понимала себя.

Не понимала, почему в его присутствии теряю эту привычную отстранённость, почему становлюсь... мягкой. Податливой. Словно все мои мысли растворяются, оставляя после себя только ощущения. Глупое, беспомощное состояние, в котором я утопала и, к собственному стыду, ловила себя на том, что мне это нравится. Нравится быть такой рядом с ним.

И объяснить это... я не могла.

Его ладонь скользнула выше, медленно, почти невесомо. Он продолжал гладить меня по спине, не спеша, будто убаюкивая. Сам при этом смотрел в потолок - спокойно, отстранённо, как будто происходящее его совсем не выбивало из равновесия.

- Не против, если я закурю?

Я нахмурилась, даже не поднимая головы.

Тишина повисла на секунду.

- Понял, - усмехнулся он тихо. - Не буду.

Он не убрал руку. Наоборот - его пальцы чуть сильнее сжались, притягивая меня ближе.

***

Я проснулась резко - будто вынырнула с самой глубины сна, где не было ни воздуха, ни мыслей.

Несколько секунд просто лежала, не двигаясь, прислушиваясь к тишине и к себе. Сердце билось чуть быстрее обычного, дыхание было тяжёлым, как после долгого бега.

Потом взгляд скользнул к часам. Полдень.

Тяжёлые шторы пропускали свет тонкими, скупыми полосами, и в этих полосах лениво пылился воздух.

Я медленно потянулась. Тело ломило так, будто накануне я действительно пробежала марафон. Каждое движение отзывалось тянущей усталостью в мышцах.

Провела рукой по лицу, задержалась на висках, зажмурилась.

Произошедшее ночью возвращалось обрывками. Сначала - ощущениями. Тепло. Тяжесть его тела рядом. Его руки. Его голос... Его горячее дыхание на коже.

Я резко открыла глаза. И провела рукой по подушке. Постель рядом давно уже остыла. Ни следа его присутствия. Только едва уловимый запах - тёплый, с лёгкой терпкостью. Он зацепился за простыни, за подушку... за меня. И от этого внутри что-то неприятно сжалось - коротко, почти болезненно.

Я приподнялась на локтях, огляделась. Комната выглядела так же, как и вчера. Аккуратная. Спокойная.

Только халата на полу уже не было, а книга лежала на тумбочке.

Губы сами собой сжались в тонкую линию. Это чувство... вернулось. Глубокое, тихое... неправильное.

Я провела ладонью по плечу, будто пытаясь стереть с кожи остатки воспоминаний, чужих прикосновений, и тихо выдохнула:

- Чёрт...

Голос прозвучал хрипло. Непривычно. Будто не мой.

Я свесила ноги с кровати, на секунду замерла, собираясь с силами, и только потом встала. Я пошла в ванную. Не оглядываясь, на кровать, на смятые после бурной ночи простыни.

Горячая вода обрушилась на плечи почти болезненно. Кожа мгновенно покраснела, дыхание сбилось - но я даже не отступила.

Наоборот... Это было нужно.

Упёрлась лбом в прохладную плитку, пока струи воды смывали остатки сна, липкие обрывки воспоминаний, его тепло, въевшееся в кожу.

Я стояла под душем дольше, чем планировала, закрыв глаза, позволяя воде стекать по лицу, по шее, по спине... И постепенно становилось легче. Дыхание выровнялось. Мысли перестали путаться.

То тянущее чувство вины и стыда притихло, словно его накрыли плотной тканью.

Когда я вышла, обернувшись полотенцем, зеркало встретило меня привычным отражением. Почти привычным. Спокойная. Собранная. Даже... немного отстранённая.

Я быстро оделась - выбрала что-то максимально обычное, почти безликое. Домашние брюки, мягкая футболка. Провела расчёской по влажным волосам, задержалась на секунду, глядя на себя.

И вдруг едва заметно усмехнулась. Настроение, к моему же удивлению, было... хорошим.

Лёгким.

Я развернулась и вышла из комнаты.

Запахи встретили меня когда я ещё даже не вошла на кухню. Тёплые. Домашние. С лёгкими пряными нотами. Они будто обволакивали, возвращали в реальность - простую, понятную, безопасную.

На кухне всё было как обычно.

Кухарка стояла у плиты, ловко двигаясь между кастрюлями и сковородками. Её движения были уверенными, почти механическими, но в этом была какая-то своя магия - будто она действительно колдовала над чем-то, понятным только ей.

Судя по времени - готовился уже обед. Этот привычный ритм неожиданно успокоил.

Я остановилась на пороге, на секунду просто наблюдая за ней. За тем, как поднимается пар, как тихо звенит крышка, как пахнет чем-то горячим и вкусным.

Потом прошла внутрь.

- А Демид уехал...? - спросила я, стараясь, чтобы голос звучал ровно. Без лишнего интереса.

Кухарка не обернулась сразу. Сначала что-то помешала, убавила огонь, накрыла крышкой. И только потом ответила:

- Шеф? Нет, у себя. Тебя накормить?

- Нет, спасибо, - мягко улыбнулась я. - Дождусь уже обеда. Сама виновата, что так долго спала.

- Как скажешь, деточка - улыбнулась она мне и снова принялась "колдовать".

Я кивнула - скорее по привычке, чем из необходимости и, не задерживаясь, развернулась.

Шаги сами понесли меня к лестнице. К нему. И где-то внутри медленно начало подниматься чувство. Сначала едва заметное. Потом - отчётливее. Не тревога. Пока нет. Скорее... ожидание встречи. С каждой ступенью оно становилось плотнее, тяжелее.

Что сказать? "Привет, как дела?" Тупо. Неуместно. Что вообще говорят после проведённой ночи?

Я невольно хмыкнула. Не задумывалась.

- Ой, Оливия... вляпалась - шепнула я себе под нос.

Я поднялась на второй этаж и остановилась в коридоре. У кабинета. Дверь была приоткрыта. Я бы постучала. Наверное. Если бы не голоса. Один - его. Спокойный, низкий, с привычной ленцой, за которой всегда скрывалось что-то опасное.

Второй - Клим.

Я замедлилась, почти не осознавая этого. Остановилась у стены, не доходя пары шагов до двери.

Неправильно. Надо было уйти. Сразу. Не слушать. Но я осталась.

- ...я не люблю, когда тянут, - донёсся голос Демида. Тихо, но отчётливо. - Это начинает раздражать. Мне нужно знать каждый его шаг.

Короткая пауза.

- Демид, это усложняется тем, что он на другом конце планеты. Мы и так всё, что можем узнать, сразу передаём.

- Билеты он уже взял? - всё так же спокойно спросил Демид.

- По имеющимся данным - да. На следующей неделе рейс.

- Ну уже что-то... Но...

Его тон не изменился. Не повысился. Не стал жёстче..И от этого становилось только хуже. Тишина повисла на пару секунд. Тяжёлая. Давящая. Я уже почти сделала шаг назад, решив, что достаточно... что это не моё дело... зайду позже.

Когда услышала:

- Кирилла нужно убрать.

Мир на секунду качнулся. В груди что-то резко сжалось, будто не хватило воздуха. Я отступила назад, едва не задев вазу, и только в этот момент поняла - всё это время я стояла, не двигаясь. Почти не дыша. И слушала то, что слышать не должна была.

- А как же девчонка? - осторожно спросил Клим - С ней что?

- А что с ней ? - в голосе послышалась усмешка - Девчонка моя...