59 глава
Поздний вечер опустился на дом Уорон. Гостиная, ещё недавно наполненная смехом Каэды и напряжёнными разговорами на кухне, теперь погрузилась в тишину, нарушаемую лишь тиканьем старых часов. Каэду уложили спать, Кай с Саяко сели смотреть фильм в гостиной. Картер ушёл отдыхать в комнату. Изуми, сославшись на усталость после долгого дня, удалилась в свою мастерскую, её способ переваривать эмоции был хорошо известен семье.
Изана сидел на краю кровати, его фиолетовые глаза, всё ещё хранившие отблеск напряжения от разговора на кухне, медленно скользили по комнате Кейт. Здесь, в этом маленьком личном пространстве, пахнущем ею, напряжение постепенно отпускало его. Он перевёл взгляд на Кейт, которая сидела за столом, поджав под себя ногу, и крутила в пальцах ту самую ручку.
—Ну и как тебе первое... Точнее второе знакомство с отцом?–спросила она, и в её зелёных глазах плясали знакомые лукавые искры, смешанные с неподдельным любопытством.
Изана выдержал паузу, обдумывая ответ. Воспоминания о сегодняшнем дне всё ещё были слишком свежи, слишком остры, чтобы описать их парой слов. Встреча с Картером Уороном – человеком, который когда-то олицетворял для него потерю свободы, а теперь стал тем, чьё мнение имело значение, было испытанием, к которому его не готовили ни улицы, ни колония.
Повисла пауза. Изана смотрел на Кейт, сидящую за столом, и в его фиолетовых глазах, обычно таких пустых и непроницаемых, сейчас отражалась целая гамма чувств, которые он даже не пытался скрыть. Усталость, облегчение и то самое, тёплое, почти нежное восхищение, которое появлялось в них только рядом с ней.
—Это было...–он замолчал, подбирая слово.–Сложнее, чем я думал. И легче одновременно.
Кейт отложила ручку и, развернувшись на стуле, посмотрела на него с неподдельным интересом.
—Это как?
Изана медленно провёл рукой по волосам, убирая со лба светлую прядь. Жест, выдающий редкую для него неуверенность.
—Я готовился к худшему. К тому, что он будет давить, уничтожать аргументами, как на допросе. А он...–Изана покачал головой.–Он просто спросил, что я выберу. И слушал. По-настоящему слушал, а не ждал, когда я запнусь, чтобы добить.
Кейт улыбнулась той особенной, тёплой улыбкой, которая предназначалась только ему.
—Папа он такой. Сначала он тебя изучит, прощупает, а потом уже делает выводы. И если ты прошёл первичный отбор...–она многозначительно подняла бровь.
—Я прошёл?–в голосе Изаны прозвучало искреннее удивление.
—Ты сидишь в моей комнате после того, как он с тобой поговорил, а не вылетел из дома. Думаю, да, прошёл.
—А Кай?–спросил он тихо, кивая в сторону двери, за которой в гостиной старший брат Кейт смотрел фильм с женой.–Он так и будет смотреть на меня, как на таракана, которого забыли раздавить?
Кейт тихо фыркнула.
—Кайюшка? Он ещё лет десять будет на тебя так смотреть. Если не дольше. Это у него профессиональное – старший брат и наседка в одном лице. Но если он согласился, чтобы ты остался на ужин, и не пытался подсыпать тебе яд, считай, это уже большой прогресс.
Изана усмехнулся – коротко, сдавленно, но в этой усмешке не было привычной горечи.
—Значит, война выиграна, но партизаны ещё будут беспокоить?
—Именно так, капитан.–произнесла Кейт, вставая со стула и подходя к Изане.–Готов к затяжной войне?
Вместо ответа Изана поднёс её руку к своим губам и поцеловал костяшки. Жест был медленным, почти ритуальным, и от этого простого прикосновения у Кейт по коже побежали мурашки.
—Ради тебя, Фиалка, я готов на что угодно.–произнес он, резко потянув её за руку так что она оказалась на его коленях
Кейт охнула и уперлась ладонями ему в грудь. Его руки тут же легли ей на талию, фиксируя, но не сковывая. В тусклом свете настольной лампы его фиолетовые глаза казались бездонными омутами, в которых, однако, больше не было пустоты – только она, её отражение и то тёмное, голодное восхищение, от которого у неё каждый раз перехватывало дыхание.
—Наглеешь, капитан.–выдохнула она, но в её голосе не было и тени возражения.
—Учусь у лучших, Фиалка.–парировал он, и его губы изогнулись в ту самую едва уловимую усмешку, предназначенную только для неё.
Он не торопился. Просто смотрел на неё, сжимая пальцы на её талии, и в этой тишине было больше интимности, чем в любых словах. Кейт чувствовала, как бьётся его сердце под её ладонями – часто, сильно, в унисон с её собственным. Весь мир – напряжённый разговор с отцом, молчаливое неодобрение Кая, уютный хаос этой квартиры – всё отступило на задний план, оставив только их двоих в этом маленьком личном пространстве.
Она запустила пальцы в его светлые волосы, перебирая мягкие пряди, жест, ставший за последние полтора месяца таким же естественным, как дыхание. Изана замер на мгновение, а потом выдохнул – долго, шумно, всем телом расслабляясь в её руках. В этом выдохе было всё: напряжение сегодняшнего дня, страх перед встречей с её отцом, усталость от постоянной борьбы с самим собой и, наконец, долгожданное чувство безопасности, которое он мог испытывать только рядом с ней.
—Фиалка...–его голос прозвучал глухо, приглушённо, потому что он говорил, уткнувшись в изгиб её шеи.–Я думал, всё будет хуже. Намного хуже.
—Я же говорила, они не кусаются.–Кейт продолжала гладить его по голове, чувствуя, как под её пальцами тает последнее напряжение.–Ну, папа, может, слегка прикусил для профилактики, но в целом – терпимо.
Изана тихо фыркнул, и это больше походило на смешок, чем на что-либо другое. Его руки, до этого просто лежавшие на её талии, скользнули выше, обнимая крепче, прижимая к себе так, будто он боялся, что она исчезнет.
—Уже поздно, поэтому сегодня мы проведём здесь ночь.
*****
Утро воскресенья ворвалось в комнату Кейт тонкими лучами зимнего солнца, пробивавшимися сквозь неплотно задернутые шторы. Изана проснулся первым – привычка просыпаться настороженно, в любой момент готовым к опасности, въелась в него намертво даже спустя полтора месяца относительно мирной жизни. Но сегодня, открыв глаза и не увидев увидев над собой знакомый потолок своей пустой квартиры, он не почувствовал привычного напряжения.
Кейт спала, уткнувшись носом в его плечо, её фиолетовые волосы растрепались и разметались по подушке, одна рука покоилась у него на груди, вторая была зажата между их телами. Она дышала ровно и глубоко, во сне её лицо теряло ту настороженную колючесть, которая иногда появлялась днём, и становилось почти беззащитным.
Изана смотрел на неё, боясь пошевелиться, чтобы не разбудить. Внутри разливалось то самое тёплое, почти забытое чувство, которое он теперь чётко ассоциировал только с ней. Рядом с этой девушкой, сумевшей пробить брешь в его ледяной броне, он впервые за многие годы чувствовал себя... живым. Настоящим.
—Ты пялишься, воробей.–раздался сонный, хрипловатый голос Кейт, не открывавшей глаз.–Это неприлично.
Уголок его губ дрогнул.
—Ты спишь с открытыми глазами?
—Нет, но я чувствую твой взгляд. Кажется, ещё немного, и ты меня испепелишь.
Изана усмехнулся – коротко, сдавленно, но в этой усмешке слышалась та редкая, тёплая нотка.
—Тогда придётся смотреть в другую сторону. А мне это не нравится.
Кейт наконец открыла глаза. В их зелёной глубине, ещё затуманенной сном, медленно загорались знакомые лукавые искры. Она лениво потянулась, как довольная кошка, и, приподнявшись на локте, посмотрела на него сверху вниз.
—Как спалось на вражеской территории, капитан?
—Терпимо.–ответил он, не отводя взгляда.–Хотя враг пытался меня задушить во сне.
—Что?–Кейт округлила глаза, но почти сразу заметила его намёк на свою руку, всё ещё лежавшую у него на груди.–Ах ты...–она шутливо ткнула его пальцем в рёбра.–Я, между прочим, нежно тебя обнимала.
Изана перехватил её руку, прежде чем она успела ткнуть его снова, и прижал к своей груди. В его фиолетовых глазах, ещё хранивших следы сна, сейчас горел тот самый тёмный, голодный огонь.
—Нежно, значит?–переспросил он, и его голос прозвучал низко, с хрипотцой.–А мне показалось, ты пыталась меня придушить. Чтобы не сбежал.
—И как, помогло?–Кейт приподняла бровь, не делая попытки высвободиться.
—Как видишь.–он слегка сжал её пальцы.–Лежу, не рыпаюсь.
Кейт тихо рассмеялась, и этот смех был искренний, утренний, немного сонный для Изаны был лучшей музыкой. Она подалась вперёд и поцеловала его – коротко, легко, скорее касаясь губами, чем целуя по-настоящему.
Из коридора донеслись приглушённые звуки – кто-то ходил по квартире, на кухне зашумел закипающий чайник. Дом просыпался.
—Нам пора вставать.–прошептала Кейт положив голову ему на плечо.
—Угу.–согласился Изана, также не двигаясь с места.
—Я серьёзно, если Кай или отец узнают, что мы уснули вместе, хотя договаривались, что ты будешь спать в другой комнате, то нам придётся выслушать новую лекцию. И это если повезёт и всё ограничится только лекцией.–сказала Кейт так и не предприняв попытки встать.
Изана слушал её, но его рука только крепче сжалась на её талии, не давая подняться. В его фиолетовых глазах, всё ещё сонных, но уже тёплых, мелькнула тень того самого упрямства, которое Кейт так хорошо в нём изучила.
—Ещё пять минут.–пробормотал он, утыкаясь носом в её макушку.
Кейт фыркнула, но не стала спорить. Она сама не хотела выбираться из этого тёплого кокона в холодный мир, где их ждали новые лекции Кая и многозначительные взгляды отца.
Продолжение следует........…ᘛ⁐̤ᕐᐷ.....
