Если она позволит
Поздний вечер опустился на спальный район Йокогамы, укутав дома в темноту, изредка прорезаемую желтыми квадратами окон. Воздух после недавнего дождя был сырым и прохладным. Изана стоял в тени большого клена на противоположной стороне улицы, его фигура сливалась с чернотой ствола. Он не прятался специально, просто остановился, замер, как делал это уже много раз. Свет в окне Кейт горел, но взгляд Изаны был прикован не к нему.
На детской площадке, на скамейке сидела рыжеволосая девушка. Эвилия. Она была одета в простой спортивный костюм – серые штаны, свободная кофта поверх белой футболки, волосы собраны в небрежный пучок. Она сидела, откинувшись на спинку скамьи и закинув ногу на ногу, и говорила.
Напротив неё, стоял высокий, светловолосый, с резкими, но приятными чертами лица. На нем были простые джинсы и белая футболка, обтягивающая широкие плечи. Иностранец. Он слушал Эвилию с легкой улыбкой, иногда вставляя короткие фразы на английском.
—...я не просила тебя со мной ехать.–Эвилия говорила с ленивой, но отчетливой интонацией, её голос долетал до Изаны обрывками фраз, искаженный расстоянием.
—Ты не просила.–согласился парень–Зато твоя мать попросила, присмотреть за тобой. Как я мог отказать ей.–сказал он с насмешкой
Эвилия закатила глаза, и этот жест показался Изане до боли знакомым. Точно так же закатывала глаза Кейт, когда Костя или Хаттори начинали свои бесконечные подколы. Семейное.
Изана не разбирал слов, но тон был ясен. Свой. Близкий. Из того самого «другого слоя общества», о котором Кейт говорила с той странной, предупреждающей интонацией.
Он стоял, вжавшись в тень, и смотрел. В его груди снова заворочалось то самое липкое, холодное чувство, которое он безуспешно пытался выбить из себя ударами по груше. Ревность. Собственничество. Желание знать.
Парень рядом с Эвилией рассмеялся чему-то, и этот смех, беззаботный, громкий, резанул слух. Изана перевел взгляд на окна Кейт. Свет горел. Она была там, внутри, в тепле, в безопасности. А он стоял здесь, в темноте, сжимая в кармане ключ от спортзала, и не знал, имеет ли право на то, что чувствует.
Перед ним было три пути. Три варианта, три исхода.
Первый. Подойти к скамейке сейчас. Заговорить с этой рыжеволосой девчонкой, которая, судя по всему, знает о Кейт больше, чем кто-либо из её школьных друзей. Парень-иностранец вряд ли поймёт японский – можно говорить свободно. Риск? Эвилия может оказаться либо союзницей, либо врагом. Она может промолчать, а может рассказать всё Кейт, и тогда та узнает, что он вынюхивает, выспрашивает, как малолетний влюблённый идиот. Но если упустить этот шанс, он может больше никогда не пересечься с ней наедине. Собрание «Кровавой луны» показало, что она держится особняком от друзей Кейт. Значит, не разболтает? Или, наоборот, именно поэтому будет молчать?
Второй. Ждать до четверга. У Кейт практика в колледже, её не будет в школе. Можно подойти к Мин. Мин болтлива, это факт. Она разнесёт разговор по всей компании за час. Но через неё можно узнать правду. И, возможно, эта правда дойдёт до самой Кейт. В искажённом, конечно, виде, с приправами из сплетен и домыслов. Но дойдёт. И тогда... что тогда? Она узнает, что он спрашивал. И поймёт, что ему не всё равно. А нужно ли ей это знать?
Третий. Ничего не делать. Молчать. Стоять в тени и смотреть, как её жизнь идёт своим чередом без него. Продолжать терзать себя догадками, прокручивать в голове картинку, где она уходит с другим, и медленно сходить с ума от собственного бессилия. Самый безопасный путь. Самый привычный. Самый трусливый.
Изана смотрел на Эвилию, которая что-то оживлённо жестикулировала, рассказывая иностранцу очередную историю. Его пальцы сжались в кулаки в карманах пальто. Решение нужно было принимать сейчас. Сейчас или никогда.
Он сделал шаг вперёд, выходя из тени и пересек пустую дорогу, не глядя по сторонам, машин в этот час почти не было, да и вряд ли он обратил бы на них внимание.
Эвилия первая заметила приближающуюся фигуру. Её рассказ оборвался на полуслове, она проследила за Изаной. Её зелёные глаза – совсем не такие, как у Кейт, более светлые, с хитринкой – сузились, оценивая его.
Парень-иностранец проследил за её взглядом и тоже обернулся. Он выглядел расслабленно, наблюдая за Изаной.
Изана остановился в паре метров от скамьи. Его фиолетовые глаза скользнули по иностранцу, задержались на долю секунды, оценивая, и переместились на Эвилию. Он молчал, давая ей возможность первой нарушить тишину.
Эвилия изучала его с нескрываемым интересом. Она видела его утром через окно, он шёл в школу вместе с Кейт. А ещё Мин успела её посвятить, скинув фотки. Так что личность незнакомца не была для неё загадкой.
—Чем могу помочь?–спросила Эви практически на чистом японском
Изана выдержал паузу. Его голос, когда он заговорил, был ровным, лишённым эмоций, но в фиолетовых глазах горел холодный, расчётливый огонь.
—Ты сестра Кейт.
Это не было вопросом. Утверждение.
Эвилия слегка приподняла бровь, но не смутилась. Она перевела взгляд на иностранца, который с любопытством наблюдал за этой сценой, потом снова на Изану.
—Допустим.–она не подтвердила и не опровергла, просто ждала продолжения.
—Кто он?–Изана кивнул в сторону светловолосого парня. Вопрос прозвучал нейтрально, но в нём чувствовалась сталь.
Эвилия усмехнулась.
—А тебе какое дело?
Изана не ответил. Просто смотрел на неё, и в этом молчании было больше угрозы, чем в любых словах.
Парень-иностранец, не понимая японского, но отлично считывая атмосферу, сделал шаг вперёд, вставая чуть ближе к Эвилии. Жест защитника. В его голубых глазах вспыхнула настороженность.
—Эви, всё в порядке?–спросил он на английском.
—В полном.–ответила Эвилия, не сводя глаз с Изаны.–Просто любопытный местный житель.
Она помолчала секунду, оценивая его. Потом, видимо, приняв какое-то решение, заговорила снова:
—Это друг семьи. Присматривает за мной, пока я в Японии. Доволен?
Изана молчал, переваривая информацию. "Друг семьи". Это могло означать что угодно, от телохранителя до жениха. Судя по тому, как парень напрягся, скорее первое, но Изана привык не доверять словам.
—Давай сразу к сути, что тебе нужно. Знаешь ли, время – деньги.
Тишина повисла между ними, густая и тягучая. Эвилия смотрела на Изану снизу вверх с выражением, которое нельзя было назвать ни испуганным, ни заискивающим. Скорее – оценивающим. Как если бы перед ней стоял не главарь банды, а любопытный экспонат в зоопарке.
Изана выдержал её взгляд. Его глаза не отражали ни гнева, ни раздражения. Только ту самую ледяную, выжидательную пустоту, которая заставляла людей нервничать. Но Эвилия, кажется, не нервничала. Она просто ждала.
—Мне нужно знать.–наконец произнёс Изана, и его голос прозвучал ровно, без обычной хрипотцы.–Что за парень был с ней сегодня утром.
Эвилия моргнула. Всего раз. Потом уголок её губ дрогнул в едва уловимой усмешке.
—В душе не ебу, я за ней не слежу. Мне нужно фото или описание внешность.
Изана выдержал паузу, обдумывая слова. В его фиолетовых глазах, освещённых тусклым светом уличного фонаря, мелькнула тень – нерешительность? Но почти сразу исчезла, сменившись привычной пустотой.
—Короткие темные волосы, рост чуть выше 170 см, пирсинг в ухе.
—Негусто.–произнесла Эви и, достав телефон из кармана, начала что-то искать в нём. Через пару секунд она показала фотографию.–Он?
Парень был запечатлен в компании Эндо и Кости, все трое дурачились, задрав вверх бутылки с пивом. Позади виднелся фасад бара Арона.
Изана скользнул по снимку взглядом. Его челюсть едва заметно напряглась.
—Да.
—Акута Чаильз.–Эви убрала телефон в карман.–Лучший друг, по совместительству её заместитель в банде. У них вроде ничего нет, на сколько я знаю. Он для неё как брат, но его это не устраивает; претендует на титул её парня, но пока безуспешно… И вряд ли добьется желаемого.
Изана стоял неподвижно, переваривая информацию. «Как брат». Слова Эвилии врезались в его сознание, вытесняя тот липкий, холодный ужас, что сжимал грудь последние несколько часов. Претендует, но безуспешно. Она не его. Она ничья.
Он не позволил себе расслабиться, ни единым мускулом не выдал облегчения, которое тёплой волной разлилось где-то глубоко внутри, пробивая ледяную кору. Его лицо оставалось бесстрастной маской.
Эвилия изучала его с неподдельным, почти научным интересом. Перед ней стоял тот самый легендарный главарь «Поднебесья», о котором Мин строчила с таким упоением, будто это был герой её любимой дорамы. И надо же, какой занятный экземпляр. Пустые глаза, ледяное спокойствие и эта едва заметная, но отчётливая дрожь в голосе, когда он спрашивал об Акуте.
Парень-иностранец, имени которого Изана так и не узнал, стоял чуть позади, молчаливый и настороженный. Он не понимал ни слова, но язык тела говорил сам за себя: этот японец в красном пальто был опасен.
Изана, казалось, вообще не замечал его присутствия. Всё его внимание было приковано к рыжеволосой девушке, которая держалась с ним на равных, не выказывая ни тени страха.
—Почему ты мне это говоришь?–спросил он прямо, без обиняков. Прозвучало это не как вопрос, а скорее как констатация факта с требованием объяснений.–Ты меня не знаешь. Я мог бы быть врагом.
Эвилия усмехнулась, откидываясь на спинку скамьи и закидывая ногу на ногу. В этом жесте сквозила та же порода, что и у Кейт – та же уверенность, то же знание себе цены.
—Во-первых, я тебя знаю.–спокойно ответила она.–Изана Курокава, 18 лет, капитан «Поднебесья», работаешь в мотосервисе, на адресе****. Мин мне всё уши прожужжала, скинула штук двадцать твоих с Кейт фото. Так что внешность опознана, а биография изучена досконально.
Она сделала паузу, наслаждаясь эффектом. Изана не дрогнул, но внутри у него всё сжалось. Семейный бизнес, о котором Кейт говорила с той странной, предупреждающей интонацией, обретал всё более конкретные очертания.
—Во-вторых.–продолжила Эвилия.–Даже если бы я тебя не знала, я бы сказала то же самое. Потому что ты сейчас выглядишь как пёс, у которого украли кость и вернули обратно, но он всё равно не уверен, что ему её отдали по-настоящему.
Она говорила на чистейшем японском, но её метафора была универсальна. Изана сжал челюсть. Это было слишком близко к правде. Слишком точно.
—В-третьих.–её голос стал тише, но от этого только твёрже.–Я знаю Кейт. И я видела, как она на тебя смотрит. Не так, как на Акуту. Не так, как на остальных. По-другому. Сама она этого, может, и не замечает, но я замечаю.
Она поднялась со скамьи, делая шаг к нему.
—И в-четвертых.–проговорила она, и легкая, почти невинная улыбка, тронувшая её губы, заставила иностранца, стоявшего позади, ощутить, как по спине пробежали мурашки.–Посмеешь её обидеть, хоть раз поднять на неё руку – тебе не жить.
Иностранец знал эту манеру, от которой вздрагивали почти все, кто знал Эвилию, опасаясь последствий её угрозы.
Парень положил руку ей на плечо, и Эви бросила на него взгляд.
—Всё в порядке?–спросил он по-английски.
—Да.–ответила Эви тоже по-английски, отступая от Изаны.–Просто знакомлюсь с потенциальным парнем сестры.
Изана смотрел на Эвилию, и в его пустых фиолетовых глазах впервые за долгое время мелькнуло что-то похожее на уважение. Эта рыжеволосая девчонка с острым языком и ледяной угрозой в голосе была опасна. Не так, как уличные бойцы – иначе. Умно. Холодно. Расчётливо.
Он молча кивнул. Один короткий, резкий кивок – жест, который в его мире означал принятие условий. Не согласие, не подчинение, просто признание факта: правила игры приняты.
—Я понял.
Два слова. Эвилия услышала в них больше, чем любой другой мог бы сказать за час. Она усмехнулась, пряча руки в карманы кофты.
—Ну и славненько. С её братом и родителями решил, что делать? Они тебе просто так не дадут общаться с ней... Нет, общаться-то ещё дадут, но встречаться навряд ли.
Изана смотрел на неё, и в его фиолетовых глазах, освещённых тусклым светом фонаря, на секунду мелькнула тень той самой пустоты, за которой скрывалась целая вселенная боли и одиночества.
Он не привык к таким вопросам. Его мир был прост: сила, подчинение, страх. Здесь, в этом дворе, перед этой рыжеволосой девчонкой, которая смотрела на него с холодной, оценивающей уверенностью, его обычные инструменты не работали.
—Решу.–наконец произнёс он, и голос его прозвучал глухо, почти обречённо.–Если она позволит.
Эвилия хмыкнула, но в этом звуке не было насмешки. Скорее – неожиданное одобрение.
—Умный мальчик. Правильный ответ.
Она повернулась к своему спутнику, который всё это время стоял молча, но внимательно наблюдал за их разговором, не понимая ни слова.
—Я домой. До завтра.–проговорила Эви на английском. Парень кивнул, а Эви направилась к подъезду. Он же бросил мимолетный взгляд на Изану и не говоря ни слова, отправился к припаркованной машине. Едва Эви скрылась в дверном проеме, автомобиль плавно тронулся с места.
Продолжение следует...........ᘛ⁐̤ᕐᐷ.....
