Плакат
Суббота, 11:17 утра.
Стук в дверь был резким, отрывистым, не оставляющим сомнений – это он. Не два легких постукивания, а три четких, твердых удара.
Кейт, только-только допивающая чашку утреннего чая, вздохнула. Она была в шортах и просторной футболке. В гостиной на журнальном столике был разложен ватман, карандаши и стерка, а на полу рядом кисти и банки с краской. Хаку, рыжий котенок, с любопытством сидел на ватмане.
Кейт подошла к двери и открыла её увидев Изану в простой черной футболке и темных штанах, красное пальто отсутствовало. В руках он держал прозрачный пакет, в котором виднелась упаковка с печеньем и пара бутылок содовой. Его фиолетовые глаза, пустые и оценивающие, скользнули по ней.
—Заходи.–сказала она пропуская его в квартиру
Войдя в квартиру он снял обувь, поставив пакет на тумбу у входа. Его взгляд скользнул по гостиной: ватман, краски, котенок, сидящий прямо на нашей «рабочей поверхности».
—Ты завтракал?–спросила Кейт закрывая за ним дверь
Изана, стоя в прихожей, проводит взглядом по разложенным на полу и столе художественным принадлежностям, затем переводит его на котенка, развалившегося на ватмане. Уголок его губ едва заметно дергается не то усмешка, не то гримаса обреченности. Он делает шаг вглубь квартиры, его движения по-прежнему сдержанны, но в них уже нет той ледяной скованности, что была в его первый визит.
—Нет. Не успел.–коротко, без подробностей. Он кивает в сторону пакета.–Принес кое-что. На случай, если эта... творческая сессия затянется.
—Значит сначала завтрак, а потом уже возьмемся за художества.–сказала она заходя на кухню
Изана следует за ней на кухню, его взгляд скользит по знакомому пространству. Он останавливается возле стола, засунув руки в карманы. Его поза немного скованная, он всё ещё чувствует себя здесь чужим, но уже не незваным гостем
—Садись.–сказала она, указывая на стул за кухонным столом.–Омлет устроит? Или тосты?
—Омлет.–буркнул он, отводя взгляд.–Если не сложно.
—Не сложнее, чем нарисовать плакат.–парировала она с той же легкостью.
Кейт достала яйца, молоко, зелень. Движения её были быстрыми, уверенными.
Изана молча наблюдает, за ней. Его фиолетовый взгляд скользит по её рукам, потом по кухне, будто изучая каждую деталь. Он кажется неловким, но не желающим это показать. Когда она ставит тарелку с омлетом перед ним, он коротко кивает.
—Спасибо.
Он ест быстро, почти механически, но не отворачивается. Пустота в глазах слегка смягчается, пока он сосредоточен на еде. Закончив, он отодвигает тарелку.
—Будешь чай, кофе? (меня? 😏)
Изана поднял взгляд, оторвавшись от тарелки. Его фиолетовые глаза, обычно пустые и отстранённые, на секунду стали чуть более осознанными. Он слегка кивнул, один раз.
—Чай.
Его голос прозвучал тихо, но чётко. Он откинулся на спинку стула, скрестив руки на груди, и снова окинул взглядом кухню, прежде чем перевести его на Кейт.
Кейт поставила перед ним чашку дымящегося чая.
*****
Вскоре они переместились в гостиную, опустившись на пол перед ватманом. Пролистывая страницы интернета, они искали вдохновляющие образы, которые могли бы стать идеальным воплощением духа спортивного фестиваля.
Изана сидел на полу, прислонившись к дивану, его поза была небрежной, но взгляд – сосредоточенным. Он держал телефон в руке, медленно прокручивая изображения. Его брови были слегка нахмурены, выражение лица – скептическое.
—Все эти картинки выглядят одинаково. Бегущие палочки, улыбающиеся солнца...
Он отложил телефон, взгляд скользнул по разложенным краскам, затем остановился на Кейт. В его голосе прозвучала знакомая сухая интонация.
—Может, нарисовать что-нибудь более реалистичное? Например, всех падающих на первом же препятствии. Или учителя физкультуры с секундомером и зловещей улыбкой.
—Я нечего против не имею, но вот класуха не оценит, хотя с препятствием согласна.
Изана коротко хмыкнул, уголок его губ дрогнул, что-то вроде улыбки, но без тепла. Словно сама мысль о том, чтобы шокировать классную руководительницу, доставляла ему мрачное удовольствие.
—Ладно. Значит, придётся изображать этот... энтузиазм.
Прошло около 15 минут, когда Кейт и Изана наконец пришли к решению: ей суждено было воплотить задумку в наброске, а ему предстоит всё раскрасить.
Кейт, склонившись над листом ватмана, с карандашом в руке выводила черты будущего творения. Изана, потягивая газировку, наблюдая. Его взгляд, сначала прикованный к ловким движениям её пальцев, скользящих по бумаге, постепенно поднялся выше, остановившись на изгибах её открытой шее. Её волосы были собраны в небольшой, слегка небрежный хвостик.
В спортзале он видел её собранной, сосредоточенной. Здесь же она была... расслабленной. Домашней. Это было странно. Чужое. Притягательное.
Он медленно опустил бутылку, не сводя с неё взгляда. Его взгляд скользнул по линии ключицы, обрисованной вырезом футболки, задержался на мягком изгибе плеча. Он никогда не замечал таких деталей раньше. Вернее, замечал, но отбрасывал как нечто несущественное. Сейчас же они казались важными. Гипнотизирующими.
Кейт почувствовала на себе его взгляд. Она не обернулась, но движение карандаша замедлилось. Она знала этот взгляд. Не похотливый, не оценивающий вульгарно – изучающий. Как он изучал сломанный слабость противника. Только сейчас объектом изучения была она.
Внезапно Хаку, котёнок, запрыгнул ему на колени. Изана вздрогнул, резко вернувшись в реальность. Он машинально провёл рукой по рыжей шерсти, и котёнок заурчал. Его фиолетовые глаза встретились с зелёными. Кейт подняла голову, отвлекаясь от эскиза.
—Капитан, тебе, может, телевизор включить, думаю, там намного интереснее.
Изана не отвечает сразу. Его рука продолжает механически гладить кота, но взгляд не отрывается от неё. В глазах – смесь раздражения от того, что его застали, и того же самого пристального интереса.
—Зачем? Я слежу за процессом. Чтобы ты не нарисовала какую-нибудь ерунду.
Его голос звучит ровно, почти нейтрально, но в нём слышится лёгкая, едва уловимая хрипотца. Он отводит взгляд к ватману.
—Сделаю вид, что поверила.–сказала Кейт, снова погрузившись в рисование эскиза. Уголки её губ слегка приподнялись в лёгкой улыбке.
Изана молча смотрит на её улыбку. Он замечает, как уголки её губ дрогнули. Внутри что-то ёкнуло – знакомое, колючее чувство, смешанное с любопытством. Он всегда презирал слабость, а эта её... лёгкость казалась слабостью. Но почему-то не раздражала. Наоборот
—Процесс идёт слишком медленно. Ты планируешь это до вечера растянуть?
Его тон сух, но в нём нет настоящего нетерпения. Он, кажется, больше говорит, чтобы заполнить тишину, в которой слишком громко звучат его собственные мысли. Хаку на его коленях переворачивается на спину, требуя почесать живот. Изана подчиняется, его длинные пальцы погружаются в мягкую шерсть, но его внимание всё ещё рассеяно, а взгляд украдкой возвращается к карандашу в её руке и линии её запястья.
—А что куда-то торопишься, капитан?
Изана слегка нахмурился, его пальцы на секунду замерли в шерсти кота.
—Нет. Мне некуда торопиться.–он произнёс это с какой-то странной, плохо скрываемой горечью. Потом, будто осознав, что сказал слишком много, пожал плечами и снова уставился на ватман.
—Ну, значит, проведёшь этот целый день со мной, потому что я не знаю, когда мы сможем закончить эту ерунду.
Изана замер. Его фиолетовые глаза расширились на долю секунды, отражая чистый, немой шок. Слова повисли в воздухе, наливаясь невероятным, пугающим смыслом. Целый день. Не мимолетная встреча в спортзале, не вынужденное пересечение в школе. Целый день. В её квартире. С ней.
Он смотрел на Кейт, пытаясь прочитать в её глазах насмешку, вызов, что угодно, только не эту спокойную, почти бытовую констатацию факта.
Он медленно выдохнул. Голос, когда он заговорил, был тише обычного, с лёгкой хрипотцей, выдававшей внутреннюю бурю.
—Целый день... за этим?–он кивнул в сторону ватмана с пренебрежением, но в его тоне не было злости. Было что-то вроде... обреченного принятия.
Он откинулся назад, опираясь спиной о диван, и скрестил руки на груди. Его взгляд снова скользнул по ней, но теперь уже более осознанно, оценивая не только её, но и всю ситуацию. Он, капитан «Поднебесья», запертый на добровольной «творческой сессии» с дочерью полицейского, который отправил его за решётку. Абсурд достигал космических масштабов.
Уголок его рта дёрнулся в странной, почти невольной гримасе – не улыбка, а скорее признание полного поражения перед нелепостью происходящего.
—Ладно. Раз уж попал. Но если эта... художественная мука затянется до ночи, я требую компенсацию. Ужин, как минимум.–в его голосе снова проскользнула знакомая сухая нотка, но теперь в ней читался слабый, едва уловимый проблеск самоиронии. Он как будто проверял границы этого странного нового мира, в который его втянули.
—Не переживай, от меня голодным уж точно не уйдёшь.
Изана тихо фыркнул, звук, похожий на короткий, сухой выдох.
—Не уверен, стоит ли мне радоваться этому. Твои кулинарные эксперименты могут оказаться опаснее уличных разборок.
Он произнес это беззлобно, скорее как констатацию факта, и наклонился вперед, подперев подбородок рукой. Его взгляд, уже не такой отстраненный, скользнул по наброску.
—Плохого же ты мнения о моей стряпне.–сказала Кейт, посмотрев на него.–Я на минутку ещё, пока никого не отравила, это уже успех.
Изана смотрел на неё, его фиолетовые глаза сузились в притворном подозрении. Котёнок на его коленях лениво потянулся.
—Пока – ключевое слово. Может, я буду первым.
Он сделал паузу, его взгляд скользнул с её лица на эскиз. Кейт хмыкнула и продолжила рисовать эскиз.
Изана замолкает, погружаясь в наблюдение. В комнате царит тишина, нарушаемая лишь скрипом карандаша по бумаге и тихим мурлыканьем кота. Его взгляд снова скользит по её руке, сосредоточенной на работе, по линии её скулы, по фиолетовым прядям, выбившимся из хвоста.
—Будь так любезн перестать меня разглядывать и принести мне содовую.–произнесла Кейт, заметив взгляд Изаны.
Он медленно поднялся, аккуратно пересадив Хаку с колен на пол и стряхнув с колен шерсть котёнка. В его движениях была привычная грация, но сейчас она казалась слегка натянутой. Он направился к прихожей, где оставил пакет.
Продолжение следует~~~~くコ:彡~~
