27 глава
Спустя пару часов, когда уже стемнело, дверь спортзала снова открылась. Вошёл Изана. Он был один. В руках – пакет из ближайшего круглосуточного магазина. Он оглядел зал, его пустой взгляд выхватил следы чужого присутствия: не так стояла скамья. Но всё было в порядке. Чисто.
Он поставил пакет на скамью, достал оттуда пачку рамена и бутылку воды. Его движения были медленными, уставшими. Сегодня был долгий день – школа, потом мотосервис, небольшой обход с Какучо... Мысли, как всегда, возвращались к ней. К её улыбке, к тому удару ногой по груше, к ключу в её кармане.
Он уже собирался развести кипяток из кулера, когда его телефон завибрировал. Сообщение от Муто. Короткое, без лишних деталей, как и положено: «Были в зале. Встретили твою одноклассницу. Её отец – коп. Тот самый. Ждал снаружи».
Изана замер. Пальцы сжали пачку лапши так, что упаковка хрустнула. Фиолетовые глаза, отражающие тусклый свет ламп, стали абсолютно пустыми, стеклянными. Весь воздух словно вытянуло из помещения.
—💭Картер Уорон.💭–промелькнуло у него в голове
Он медленно, очень медленно поставил пачку на скамью. Выпрямился. Его взгляд упал на ключ, висевший на крючке у входа – дубликат. А у неё был оригинал.
Он не задавал вопросов Муто. Не спрашивал, что именно сказали, как отреагировала. Это было неважно. Важен был факт. Факт, который висел в воздухе тяжёлым, токсичным грузом.
—...Идиот.–сказал Изана тихо, в полной тишине зала, словно проверяя звук собственного голоса.
Кому он это сказал? Себе? Ей? Её отцу? Было неясно.
Он стоял неподвижно, словно статуя, в центре пустого, слишком тихого зала. Сообщение Муто горело на экране телефона. Слова «тот самый» прожгли его насквозь, вызвав знакомый, ядовитый привкус воспоминаний, звук защёлкивающейся двери, пустые взгляды надзирателей. И над всем этим, лицо Картера Уорона. Строгое. Неумолимое. Справедливое.
—💭Она знала? Должна знать, ведь ездила к родителям, они скорее всего предупредили.💭
Его пальцы разжались. Взгляд его, пустой и сфокусированный в никуда, упал на пачку рамена. На бутылку воды. На ключ на крючке.
—💭Идиот.💭–повторил он мысленно, на этот раз с абсолютной ясностью. Это был приговор самому себе. За что? За то, что позволил этой девчонке, этому зелёноглазому недоразумению, влезть под кожу. За то, что дал ключ. За то, что подумал, будто может существовать что-то кроме грязи и боли, что может коснуться его.
Тишину спортзала нарушает лишь едва слышный гул ночного города за стеклом. Изана стоит посреди пустоты, его тень, удлинённая тусклым светом, ложится на пол. Он не двигается. Кажется, он застыл в этой точке пространства и времени, зажатый между прошлым, которое олицетворяет её отец, и настоящим, в котором есть она.
—Картер Уорон...–его голос звучит в пустоте, глухо, почти без интонации, как эхо в пещере.
Он помнит его лицо. Помнит каждый вопрос, заданный тем холодным, профессиональным тоном в кабинете для допросов. Помнит, как тот смотрел на него не как на ребёнка, а как на проблему, которую нужно изолировать. И он был прав. Тогда.
Он подходит к окну, за которым тёмная улица, и смотрит в то место, где, по словам Муто, стояла та машина. Его пальцы сжимаются на подоконнике.
—💭Она знала. Она должна была знать. Когда она брала ключ... когда говорила «спасибо»... она знала, кто её отец и что он сделал. Что он для меня.💭
Это осознание причиняет боль острее любой физической. Не предательство, с её стороны не было обещаний. А вот ощущение глупости за то, что не вспомнил сразу, кого напоминает её фамилия. Он позволил себе поверить в какую-то... связь. В то, что кто-то может видеть в нём не только капитана «Поднебесья».
—Идиот.–сказал он тихо, сдавленно.
Он резко отталкивается от окна, подходит к груше, та самой, в которую она ударила. Смотрит на неё. Потом, без всякого размаха, с силой бьёт по ней костяшками пальцев. Глухой удар эхом разносится по залу.
—Оборона... Правило...–говорит он сквозь зубы, насмехаясь над её словами и над собой.–Какое правило? Есть только одно правило: не доверять никому. Я его нарушил.
Он дышит тяжело, его плечи напряжены. Но гнев – это вспышка. Он быстро гаснет, оставляя после себя привычную, ледяную пустоту и холодную, расчётливую ясность.
—💭Значит, так. Она – дочь Картера. Это факт. Он не изменится. Она не изменится. Изменить можно только своё отношение. Свои действия.💭
Спустя пятнадцать минут тишины и неподвижности.
Изана не поел. Он выбросил пачку рамена и нераспечатанную воду в мусорный бак у входа. Его действия были медленными, точными, лишёнными лишних движений.
Он выключил свет, вышел, защёлкнув дверь на все замки. Ночной воздух был прохладен.
Вместо того чтобы идти домой, он свернул в сторону её дома. Он не планировал встречаться с ней. Не сейчас. Ему нужно было просто посмотреть. Увидеть ту самую чёрную машину, если она там была. Увидеть свет в её окне — тот самый, который он видел раньше, и который теперь приобрёл новый, горький смысл.
Он остановился в знакомой тени деревьев напротив её подъезда. Свет в её окне горел. Машины не было. Он простоял так несколько минут, его фигура сливалась с темнотой, а лицо, освещённое отблесками уличного фонаря, было непроницаемой маской.
—💭Ключ у неё. Она может прийти. Она, наверное, придёт. Что я скажу? Что сделаю? Заберу ключ? Скажу, что это была ошибка?💭
Но... она ударила по груше. Она сказала «капитан» с этой... шутливой улыбкой. Она не выглядела испуганной его Небесными Королями. Она общалась с ними как с... людьми. Пусть и с издёвкой.
—Идиот.–сказал он тихо, про себя.
Он не знал, к кому сейчас обращено это слово. Может, ко всем сразу.
Продолжение следует........…ᘛ⁐̤ᕐᐷ.....
