gabriella gilbert 2 » the vampire diaries [rus]

Три месяца.

Три месяца мы, как идиоты, ходили за Клаусом по пятам, пытаясь найти стаю оборотней.

Мы терпеливо ждали возле дома в Теннесси, пока женщина заберет собаку, которую мы забрали. Наконец, блондинка выходит из своего дома и зовет свою собаку. Она останавливается там, где мы оставили поводок, и наклоняется, чтобы поднять его.

Клаус тычет в меня пальцем, давая понять, что пора. Мы проносимся перед ней, прежде чем она успевает поднять глаза, создавая впечатление, что мы подошли к ней.

Она подпрыгивает, прежде чем ахнуть, при виде нас.

— Мне так жаль, — извиняется Клаус, избавляясь от английского акцента. — Я не хотел вас напугать.

Она усмехается, прежде чем заправить прядь волос за ухо.

— Чем я могу вам помочь? — спрашивает девушка, явно раздраженная. Грубо.

— Да, у меня в машине кончился бензин пару миль назад. Мы с моей девушкой шли пешком, кажется, целую вечность, и это первый дом, на который мы наткнулись. — отвечает Клаус, приобнимая меня за талию.

Я борюсь с желанием оттолкнуть его от себя и вместо этого очаровательно улыбаюсь.

— Можно одолжить ваш телефон?

— У вас что, нет сотового? — спрашивает она, пристально глядя на меня.

— Вообще-то, села батарейка. — Клаус машет выключенным телефоном, а потом указывает на меня. — Она уронила свой в ближайшую лужу.

Девушка просто кивает головой, не желая впускать нас в свой дом. Логично, осторожность никогда не помешает.

— Послушайте, мы обещаем, что мы не серийные убийцы. Мы просто хотели бы воспользоваться вашим телефоном. — лжет Клаус.

Она вздыхает.

— Конечно, — девушка направляется к входной двери, заходит внутрь своего дома, позволяя нам неловко ждать снаружи.

— Итак... Мы можем войти? —как бы между прочим спрашивает Клаус.

— Нет, — отрезает она, — я принесу телефон.

Клаус вздыхает, прежде чем посмотреть на неё скучающим взглядом. Рука, обнимающая меня за талию, опускается, и я чувствую некоторое облегчение. Возвращаясь к своему английскому акценту, он говорит:

— Я думал, что вы, сельские жители, должны быть более доверчивыми.

— Я из Флориды, — нахально отвечает девушка и делает шаг из дома. Неверный ход.

— Ну, это всё объясняет, — он вздыхает, прежде чем посмотреть на меня. — Габриэлла, будь добра.

Я подбегаю, чтобы оказаться прямо перед ней, и слегка сжимаю рукой её шею, после чего наклоняюсь вперёд, заглядываю ей в глаза, чтобы запугать, прежде чем слегка улыбнуться.

— Прояви немного южного гостеприимства и пригласи нас войти.

Она начинает плакать.

— Заходите, — приглашает она. Я не могу удержаться и закатываю глаза, когда вижу, что она плачет.

Мы заходим внутрь и видим, как другая женщина готовит еду.

— Что происходит? — говорит женщина, как только замечает нас.

Клаус хватает девушку за руку, используя ее как рычаг, и спокойно говорит:

— Не бойтесь. Мне сказали, что здесь живет Рэй Саттон. — девушка начинает задыхаться.

— Он почти никогда не бывает дома, — нервно отвечает женщина. — В основном он в разъездах.

— Но я думаю, что он приезжает домой хотя бы раз в месяц. — он подходит ближе к женщине, всё ещё держа девочку на руках. Женщина не отвечает. — Я так и подумала, где он сейчас? — женщина по-прежнему не отвечает. — Если мне придется заставлять тебя говорить, тебе будет бесконечно больнее.

Женщина глупо убегает, бросив свою подругу. Она добирается до задней двери только для того, чтобы найти Стефана, ожидающего приглашения войти. Клаус насмешливо направляется к ней, я следую за ним.

— Мне нравится, когда они бегают. — Клаус ухмыляется.

— Он в Талли! Это недалеко от границы! В баре под названием «Южный комфорт», рядом с шоссе 41, — выкрикивает женщина, на этот раз плача.

— Спасибо, дорогуша. — благодарит он, — Сейчас, — начинает он. Он заправляет прядь волос за ухо первой девушки. — Можно моему другу зайти к тебе домой?

— Да! — девушка всхлипывает, кивая головой. Стефан медленно открывает дверь, входя несколько эффектно.

— Убей её быстро, — приказывает Клаус Стефану, толкая девушку перед собой. — Заставь другую страдать. Мы будем в машине, — Клаус начинает уходить. — Пойдем, Габриэлла.

Обе начинают плакать, когда мы выходим из дома.

Вскоре воздух наполняется женскими криками, и Клаус издает тихий смешок, ухмыляясь. Я никогда не был большим поклонником криков. Вкус крови меня вполне удовлетворяет. Черт возьми, теперь я проголодалась.

— Я чувствую твое разочарование, — размышляет он, когда мы возвращаемся к машине. Я достаю телефон, чтобы проверить время.

— Я провозилась с тобой три месяца, — огрызаюсь я, — и ты позволил мне убить всего, может быть, пять человек.

— Мне нравится твой энтузиазм, — делает он комплимент, — но, уверяю тебя, ты убила больше пяти. Мы все еще тренируемся с тобой. Ты еще не совсем готова, но поверь мне, ты почти завершаешь обучение.

— И все же я здесь, иду с тобой к машине.

— Важно позволить Стефану быть потрошителем.

Я раздраженно фыркаю. Глупый Стефан, которому всегда достается самое интересное.

— Не волнуйся, дорогая, — успокаивает он, — твои чары будут пущены в ход немедленно.

Мои чары. Ха! Мои «прелести» — это то, что делает каждая женщина, когда ей чего-то хочется. И это сексуально.

Я сажусь рядом с оборотнем в баре, заказываю себе напиток, прежде чем оглянуться на Рэя, стоящего рядом со мной. Я кокетливо ухмыляюсь, прежде чем поправить свое тело, чтобы моя грудь выглядела немного больше.

— Ты пьёшь одна? — спрашивает оборотень, заставляя меня тихонько усмехнуться.

— О-о-о, — восклицает Стефан, — Молодец.

Я притворяюсь, что так и хотела сделать.

— Рэй, мы можем покончить с этим прямо сейчас. Просто скажи нам, где твоя стая собирается в полнолуние, — мягко говорю я ему, доставая свой дротик. Я резко выдергиваю дротик из его шеи.

— Я... Не могу, — задыхается Рэй.

— Ага, — начинаю я, прежде чем прислониться к стене рядом с ним, и подношу заостренный конец дротика к его глазам. — Ты можешь.

— Я знаю, я знаю, — начинает Стефан, — ты живешь по правилам и все такое. Но смотри, — он указывает на Клауса. — Этот мудак не остановит нас, пока ты не скажешь мне или моей подруге.

Я громко вздыхаю, заставляя его посмотреть на меня, когда опускаю дротик.

— Мы, вроде как, должны делать все, что он говорит, — пытаюсь я оправдаться, — просто так оно и есть. Обещаю, в этом не было ничего личного, — продолжаю я, проводя дротиком по его груди. Он морщится, когда из-под дротика вытекает кровь, — пока ты не решишь проявить инициативу. — хмуро смотрю на него, прежде чем воткнуть дротик в то место, где должна была находиться его селезенка. Он вскрикивает от боли, позволяя мне усмехнуться. — Тебя ведь учили соглашаться, верно? Именно из-за таких, как ты, мы, южане, плохо выглядим.

Я замолкаю, услышав, о чем говорят Клаус и какая-то дама.

— Я видела брата этого парня, Деймона, в фермерском доме. — говорит женщина Клаусу.

Моё сердце подпрыгивает при звуке его имени. Я почти улыбаюсь. Он не сдаётся. Мы со Стефаном ничего не слышали о Деймоне и не видели его с тех пор, как покинули Мистик Фоллс, чтобы спасти ему жизнь.

— Что ж, спасибо тебе. Клаудин. Ты просто скажи своим друзьям, чтобы они продолжали хорошо работать с соседским патрулем, а? — командует Клаус. Клодин уходит, делая, как он говорит.

Стефан, должно быть, тоже услышал, потому что внезапно оказался перед Клаусом.

— Мой брат до сих пор идёт по нашему следу? — спрашивает Стефан со стоическим выражением лица. Я, нахмурившись, направляюсь к ним.

— Он приближается, — Клаус пожимает плечами. — Мне придется с этим разобраться.

— Нет, нет, нет, — говорит Стефан, хватая Клауса за руку. Клаус смотрит на него, приподняв бровь. — Позволь мне разобраться с этим.

— Почему я должен позволить тебе уйти? — весело спрашивает Клаус.

— Ты же знаешь, что я вернусь, — заверяет Стефан.

— Правда? — восклицает Клаус, слегка удивленный желанием Стефана остановить Деймона.

— Ты доверял Габби. Ты также спас жизнь моему брату. Я к твоим услугам. — отвечает Стефан, и его голос звучит немного занудно. — Кроме того, я бы не оставил Габби наедине с тобой на следующие десять лет.

— Хм, ну разве ты не очарователен? Твой тон звучит почти как нудный и приказной. Неужели тебе совсем не весело? — спрашивает Клаус с легким смешком, указывая на Рэя.

— Я позабочусь о том, чтобы мой брат больше нас не беспокоил. — обещает Стефан. Он быстро удаляется. Клаус, должно быть, одобряет это, потому что не пытается его остановить.

Я отхожу от Рэя, собираясь взять еще один дротик, когда Клаус внезапно останавливает меня:

— Габриэлла.

Я смотрю на него, макая дротик в виски мужчины.

— М-м? — я отвечаю, надеясь, что мне не придется делать что-то идиотское. Я поворачиваюсь к нему спиной и бросаю дротик в Рэя, прежде чем оказаться лицом к лицу с Клаусом. Визг Рэя дает мне понять, что я попала в цель.

Когда я оказываюсь лицом к Клаусу, меня встречает черная коробочка с красным бантом сверху. Я в замешательстве подаюсь вперед, прежде чем осторожно взять ее.

— Что это?

Он приподнимает бровь.

— Подарок?

Я закатываю глаза.

— Я понимаю, Клаус, но почему?

— Ты была вампиром всего три месяца, дорогая. Как ты могла забыть о своем дне рождения?

Я открываю и закрываю рот. Это не...

Чёрт возьми, сегодня мой день рождения.

— Откуда ты знаешь, когда у меня день рождения? — я хмурюсь в ответ.

Гибрид закатывает глаза.

— Открой коробочку, дорогая, — мужчина кивает на нее, заставляя меня вздохнуть, прежде чем поднять крышку.

Внутри оказывается ожерелье на золотой цепочке. Драгоценный камень в форме шара.

— Оно великолепное. — делаю я комплимент, поднимая его повыше, чтобы лучше рассмотреть. Оно маленькое, минималистичное и очаровательное. В нем нет ничего грандиозного, от чего я бы тоже не отказалась.

Он пожимает плечами.

— Ни один день рождения не должен остаться незамеченным, особенно восемнадцатилетний. Даже если ты вампир, — отвечает Клаус. Он ухмыляется. — Возможно, подарок на следующий год будет лучше.

Я почти вздрагиваю от этой мысли. Если бы я не была бессмертной, мне было бы двадцать восемь, когда я освободилась от контроля Клауса.

— Могу ли я? — предлагает он, указывая на ожерелье. Я киваю, прежде чем отдать его ему. Он берет его, прежде чем жестом велеть мне повернуться. Я подчиняюсь и убираю локоны в сторону. Холодная цепочка слегка пугает меня, когда касается моей кожи. Я быстро привыкаю к этому.

Как только он заканчивает застегивать ожерелье, я поправляю волосы и смотрю на бриллиант. Я проглатываю внезапно возникший страх, прежде чем изобразить легкую улыбку.

— Спасибо, — благодарю я, стараясь, чтобы это не прозвучало натянуто.

— Хочешь сыграть партию? — бросает вызов Клаус, держа в руке дротик. Я слегка улыбаюсь.

— Не расстраивайся слишком сильно, когда проиграешь.

Я всё ещё плохо прицеливаюсь.

После партии в дартс, в которой я, конечно, проиграла, мы решили отпустить Рэя и усадить его на бильярдный стол.

— Хорошо, это трехэтапный процесс, верно? — объясняет Клаус Рэю. — Это первый шаг. Я хочу, чтобы ты выпил из моего запястья.

— Я уже сказал тебе, где найти стаю. Чего ты еще хочешь от меня? — Рэй умоляет хриплым голосом.

— Ты слышал хоть слово из того, что я говорил, Рэй? У меня на тебя большие планы. — Клаус перерезает себе запястье и дает Рэю свою кровь. Рэй сопротивляется, но кровь попадает в его организм. — Молодец, мальчик! — Клаус ухмыляется.

— Что ты теперь собираешься делать? — со страхом спрашивает Рэй.

— Пришло время для второго шага, Рэй. — объясняет Клаус, прежде чем свернуть ему шею. Несколько мгновений мы оба стоим в тишине. — Ты вернулся. — внезапно приветствует он.

Я была в замешательстве, пока Стефан не подошел ко мне сзади.

— Ты сомневался во мне?

— Ни на секунду. — Клаус ухмыляется. — Я знал, что ты пройдешь испытание. Ты все еще заботишься о своем брате, о своей прежней жизни.

— Меня больше ничего не волнует. — отрицает Стефан. Это очевидная ложь.

— Ты устроил отличное шоу. Я почти верю тебе. Будем надеяться, что ради твоего брата, он так и сделает. — говорит Клаус, стоя рядом со Стефаном, пока тот пытается прогнать алкоголь из своего организма. Клаус шепчет ему прямо в ухо. — Ты никогда не переставал заботиться о семье, не так ли? Но каждый раз, когда ты питаешься, кровь помогает тебе расслабиться.

Я вдруг начинаю думать о своей семье и обо всех, кто мне дорог. Елена, Джереми, Рик, Кэролайн. Чёрт, даже о Бонни. Деймон...

Не успев опомниться, я уже выскочила из бара и растворилась в ночи.

Остановившись на некотором расстоянии, я медленно достаю свой мобильный и смотрю на экран блокировки. Я вздыхаю, прежде чем нажать кнопку вызова, чтобы связаться с ним.

Я прижимаю телефон к уху, чувствуя, что слезы уже готовы пролиться. Я ничего не могу с собой поделать, но мне почти стыдно за свои слезы. Он отвечает после второго гудка.

— Габби?

Я подавляю рыдание и вместо этого умудряюсь издать тихий смешок.

— Я была вампиром два месяца и уже забыла о своем дне рождения. — качаю головой. — Разве это не глупо?

— Всё в порядке, Габриэлла, — успокаивает он, — что бы ты ни делала, просто держись. Ты сможешь пережить это, Габби. Ты выживешь. — я ничего не говорю. Я только грустно вздыхаю. — Я люблю тебя. Габби. Я иду за тобой. Стефан пытался остановить меня, но это не сработало. Я обещаю.

— Нет, — слабо возражаю я, и слеза скатывается по моей щеке. Я быстро вытираю ее. — Деймон, ты не можешь. Я не хочу, чтобы с тобой что-нибудь случилось, пожалуйста, просто...

— Нет, Габриэлла Гилберт, я люблю тебя. Ничто не помешает мне найти тебя и забрать домой. — возражает Деймон. Он не остановится, пока не вернет нас обратно или не погибнет, пытаясь это сделать.

— Я не хочу возвращаться, — вру я, стараясь, чтобы мой тон звучал ядовито. — Я не хочу быть с тем, кто пытался меня принуждать. — внезапно гнев, который я испытывала раньше, снова начинает подниматься, подпитывая ложь/правду. — Я не хочу быть с эгоистичным мудаком, которому наплевать на мое благополучие. Я не хочу быть с тобой, Деймон.

— Ты говоришь это только для того, чтобы-...

— Прекрати нас искать! — рявкаю я в трубку. — Если бы мы хотели, чтобы нас нашли, мы бы уже давно отправились домой.

Я прерывисто выдыхаю, прежде чем заставить себя закончить разговор, и смотрю на его фотографию в контакте, на которой запечатлены мы с ним. Мы счастливы. Ничто не может нас разлучить.

Я швыряю свой телефон на землю и топчу его, слыша приятное потрескивание телефона. Проводя рукой по волосам, я раздраженно кричу.

Я пинаю стоящую рядом машину, оставляя вмятину на боку. Но это не больно. Тренировки, которые я проводил с Клаусом последние несколько месяцев, помогли мне привыкнуть к боли.

Я падаю на колени, затем на спину и смотрю в звездное ночное небо. Больше не могу продолжать лгать себе. Моя рука тянется к опаловому амулету на шее. Я хочу уничтожить его. Нет, я хочу насытиться. Кто бы мог подумать, что эмоции могут сделать человека таким голодным?

Боже, я так скучаю по Елене и Джереми. Они моя семья. Мой брат и сестрёнка. Моя двойняшка и младший брат. Чего бы я только не сделал, чтобы провести с ними ещё один вечер, попивая горячий шоколад на веранде или смотря «Сверхъестественное».

Кэролайн, я так скучала по этой разговорчивой девушке. Я скучаю по ее проблемам и по тому, как она разговаривала сама с собой, пытаясь их решить.

Рик, чокнутый охотник на вампиров, который подружился с четырьмя вампирами из-за Мистик Фоллс. Я скучаю по его классному оружию, с которым я играл, когда его не было рядом. Это было весело.

Бонни, сучка-ведьма, которую я хочу ударить и обнять одновременно. Она хорошая подружка. Я скучаю по ссорам с ней, а не по примирению, потому что какая-то другая глупая проблема все уладила.

Деймон... Он мой первый, ну... Во всём. Мой первый поцелуй, первый настоящий парень и даже мой первый раз в жизни! Но он заставил меня почувствовать себя особенной, и ничто и никто в мире не смог бы заменить меня. Он заботился обо мне, а я заботилась о нем. До сих пор чувствую этой внутри себя. Я отдала следующие десять лет своей вечности Клаусу, чтобы он все еще был жив сегодня. Я ненавижу себя за то, что солгала ему только что.

Хотя я скучаю по всем своим друзьям и семье, я должна держаться за них. Деймон прав. Мне нужно держаться и выжить. Но я не смогу этого пережить, если буду постоянно беспокоиться о безопасности других.

О Боже, я говорю как Кэтрин.

Я должна держаться и не бояться последствий, которые за этим последуют. Мне нужно пережить это, чтобы я могла вернуться к ним.

Это мои люди. Те, кто не позволят мне потерять собственную человечность, которая ещё осталась во мне.

Я Габриэлла Гилберт. Я смогу это пережить. Я переживу это. И через десять коротких лет я буду дома с теми, кого люблю.