Искры мира

Всю дорогу до башни они шли как обычно — шутили, перебрасывались какими-то бессмысленными фразами, обсуждали всё подряд и ни о чём конкретно. Жаркий летний день не особо располагал к подвигам: солнце давило сверху, воздух стоял, и даже в тени домов было душно.

— Я уже пожалел, что вообще вышел, — пробормотал Ваня, оттягивая футболку и пытаясь хоть как-то спасти себя от жары.

— Поздно, — усмехнулся Никита. — Герои не сдаются.

— Герои не потеют как свиньи, — отрезал Ваня.

Кирилл только хмыкнул:
— Запомню. Если что — запишем тебя в исключения.

Постепенно город менялся. Высокие здания оставались позади, уступая место старым хрущёвкам, потом частным домам, а затем и вовсе редким дачным участкам. Людей становилось всё меньше, шума — тоже.

И где-то впереди уже виднелась башня.
Она стояла отдельно от всего — как будто её специально поставили подальше от города. Летом здесь открывался набор новичков, и, как оказалось, желающих хватало.

Когда они подошли ближе, стало ясно — слишком много желающих.

Перед башней собралась толпа. Кто-то стоял, кто-то сидел прямо на земле, кто-то нервно ходил туда-сюда. Кто-то молчал, уставившись на двери, кто-то, наоборот, пытался шутить, будто это обычное ожидание, а не момент, который может изменить жизнь.

— Нормально так... — тихо сказал Никита.
— Я думал, мы одни такие умные, — хмыкнул Ваня.
— Очевидно, нет, — спокойно ответил Кирилл.

Но чем ближе они подходили к башне, тем меньше хотелось шутить.
Разговоры сами собой затихли. Не потому что закончились темы — просто... как-то стало не до этого.

От башни шло странное ощущение. Не страх в привычном смысле. Скорее что-то глубже. Давящее. Непонятное. Как будто она скрывала слишком много, чтобы к ней относиться спокойно.

Они остановились прямо перед входом.

Огромные двери из тёмного дерева выглядели тяжёлыми, почти монолитными. Поперёк шли металлические пластины, потемневшие от времени. Казалось, что эти двери открывались нечасто — и уж точно не для всех.

— Пришли... — тихо сказал Никита.

Неподалёку сидел парень — крепкий, примерно их возраста. Он выглядел одновременно собранным и... странно воодушевлённым, как будто ждал чего-то важного.

Ваня подошёл к нему, на секунду замявшись:
— Слушай... а чего тут так много народу? Вы чего ждёте?

Парень посмотрел на него, оценивающе, но без раздражения.
— Отбора, — ответил он. — Когда начинается сезон, сюда приходят все, кто хочет попробовать. Но внутрь пускают не всех.

— А как выбирают?

— Никак, — пожал плечами парень. — Точнее... не мы выбираем.
Он кивнул в сторону башни.
— Реликвии.

Ваня на секунду завис.
— То есть вы просто... сидите и ждёте?

— Да. Кого-то зовут. Кого-то — нет.

Он сказал это спокойно, как факт.
Ваня поблагодарил его и вернулся к друзьям.

— Короче, — сказал он, — тут всё просто. Мы сидим, ждём, и если нам повезёт — нас позовут. Если нет — сидим дальше.

— Отличный план, — кивнул Кирилл. — Чётко, понятно, без лишних деталей.
— И долго они тут сидят? — спросил Никита.
— Судя по всему — целыми днями.

Ваня посмотрел на башню, потом на толпу, потом снова на башню.
— Мы точно хотим провести тут всё лето?

Кирилл хмыкнул:
— Я — нет.

Никита ещё пару секунд смотрел на двери. Потом выдохнул.
— Ладно. Посмотрели — и хватит. Пошли обратно.

— Поддерживаю, — сразу сказал Ваня. — И давайте на этот раз на автобусе. Я не герой настолько.

Они уже развернулись и сделали несколько шагов, когда раздался звук.

Скрип.

Тяжёлый, протяжный, будто ржавые петли не двигались годами.
Все разговоры вокруг оборвались.
Никита обернулся первым.
Двери башни медленно открывались.
В проёме стоял невысокий мужчина в старых, потрёпанных одеждах, больше похожих на какие-то древние балахоны. Он молча осмотрел толпу, его взгляд был холодным, внимательным, будто он видел людей насквозь.

И вдруг остановился. На них.
— Вы трое. За мной, — сказал он.

Просто. Без лишних слов.
Они переглянулись.

— Это сейчас серьёзно?.. — тихо выдохнул Ваня.
— Похоже на то, — ответил Кирилл.

Никита ничего не сказал.
Просто шагнул вперёд.

Они пошли за мужчиной, чувствуя на себе взгляды остальных. Кто-то шептался, кто-то откровенно смотрел с завистью.
— Везёт... 
— Только пришли... 
— Значит, не просто так...
Слова долетали обрывками.

Двери за их спинами закрылись с тем же тяжёлым звуком.
Внутри было темно. И прохладно.
Они спускались по узкой винтовой лестнице. Деревянные ступени скрипели, стены были покрыты мхом, пахло сыростью и чем-то ещё — старым, почти забытым.

Никто не говорил.
Слишком странно было всё происходящее.
Через пару минут лестница закончилась.
Перед ними открылся огромный зал.
И на секунду они просто остановились.

Высокие потолки, покрытые росписями. Огромная люстра, свисающая сверху. Вдоль стен — реликвии. Много. Слишком много. Оружие, предметы, формы, которых они даже не могли сразу понять.

— Ахринеть... — выдохнул Ваня.
— Мягко сказано, — тихо добавил Никита.
— Мне даже придраться не к чему, — сказал Кирилл.

У кафедры стоял высокий старик в тёмной мантии. Его взгляд был спокойным, но в нём чувствовалась сила.

— Вы были избраны, — сказал он. — Реликвиями.

Повисла тишина.

— Вообще-то... — начал Кирилл, — мы просто посмотреть пришли.

Старик едва заметно улыбнулся.
— Это не имеет значения.

— А делать-то что? — спросил Ваня. — Мы даже не решили, куда поступать.

Никита молчал. Мысли путались. Слишком быстро. Слишком неожиданно.
Но внутри было странное ощущение.
Будто это... правильно.

Он выдохнул и посмотрел на друзей:
— Это шанс, — сказал он. — Может, единственный. Я думаю... стоит попробовать.

Кирилл посмотрел на него, потом на Ваню.
— Логично, — кивнул он. — Я за.

Ваня усмехнулся:
— Ну, если вы идёте — я тоже. Не бросать же вас.

Никита кивнул и повернулся к старику:
— Мы согласны.

Старик улыбнулся шире.
— Тогда подойдите. Реликвии сами выберут вас.

Они сделали шаг вперёд.
И в этот момент Никита вдруг ясно понял: обратного пути уже нет.
И всё только начинается.