16.
Мы приехали к неизвестному мне ресторану. Остановились неподалёку. Проверили микронаушник. Я пробежалась глазами по плану, который составил Коконой. Схема здания, точки входа и выхода, расположение камер, график смены охраны — каждая деталь была выписана чётким почерком. Если что‑то пойдёт не так, у меня будет три секунды на решение.
— Если чувствуешь, что что‑то идёт не по плану, дай знак. Мы поможем, — произнёс Риндо, кидая на меня взгляд через зеркало заднего вида. В его тоне не было ни сомнения, ни снисхождения — только холодная уверенность.
Я кивнула, не отрывая глаз от плана. Знак. Помощь. Но что, если они не успеют?
Вышла из машины. Холодный воздух ударил в лицо, но я не вздрогнула. На удивление, не почувствовала страха. Будто это была та же игра, что и раньше — взлом системы, обход защиты, поиск уязвимостей. Только теперь вместо кода — люди. Вместо серверов — живые нервы, эмоции, инстинкты.
Однако теперь цена ошибки была слишком велика.
Ресторан сиял огнями, словно драгоценный камень в тёмной оправе ночи. Высокие окна отражали городские огни, а у входа уже толпились гости — дорогие костюмы, шёлковые платья, блеск украшений. Закрытое мероприятие. Для избранных. Для тех, кто может позволить себе роскошь быть незамеченным.
Но Бонтен обо всём позаботились.
У меня в руках — приглашение с чужим именем, в кармане — легенда, отточенная до мелочей. Я поправила прядь волос, глубоко вдохнула и направилась к входу.
Швейцар окинул меня оценивающим взглядом, но, увидев приглашение, почтительно кивнул:
— Добро пожаловать.
Двери распахнулись, впуская меня в мир, где каждое слово, каждый взгляд, каждое движение должны быть выверены до миллиметра.
Войдя в помещение, я пробежалась взглядом, стараясь найти мою жертву. Просторный зал с приглушённым светом, столики, расставленные с холодной геометрической точностью, шёпот разговоров и звон бокалов — всё это на мгновение слилось в единый фон, пока я сканировала пространство.
— Видишь его? — наушник зашипел, и я услышала голос Риндо. Его тон был ровным, но в нём угадывалась напряжённая сосредоточенность.
Я утвердительно промычала, уловив в поле зрения нужную фигуру. Он сидел у окна, в полутени, но даже отсюда было видно: уверенная поза, пальцы, сжимающие бокал с янтарной жидкостью, взгляд, скользящий по залу с ленивой проницательностью.
Тянуть это всё дело мне не хотелось совершенно. Каждая секунда здесь — лишний риск. Вход. Поиск. Выход. План, выверенный до мелочей, теперь превращался в живую цепь действий.
Я поправила шубу и двинулась вперёд. Шаг уверенный, но не спешащий — женщина, которая знает, куда идёт, но не спешит добраться.
В наушнике раздался голос Рана:
— Не торопись. Пусть сам обратит внимание.
Я сдержала лёгкую усмешку. Как будто я не знаю. Остановилась у бара, заказала бокал шампанского — просто чтобы занять руки. Взгляд снова нашёл его: он чуть повернул голову, словно почувствовав моё присутствие. Попался.
Сделав глоток, я медленно двинулась в его сторону, будто выбирая место. Остановилась у соседнего столика, будто раздумывая, присесть ли. Затем, словно случайно, встретилась с ним взглядом.
Улыбка — лёгкая, загадочная. Ты уже мой.
Он приподнял бокал в молчаливом приветствии. Я ответила едва заметным наклоном головы. Первый контакт установлен.
Я сделала шаг ближе, будто случайно задев край его столика.
— Простите, — произнесла с лёгкой улыбкой. — Здесь свободно?
Он окинул меня взглядом — оценивающе, но с явным интересом.
— Теперь — да.
Я присаживаюсь напротив него. Его взгляд внимательно изучает меня, но я делаю вид, словно не замечаю этого. Пальцы неспешно обхватывают бокал с шампанским.
— Не против, если я составлю вам компанию? — спрашиваю с лёгкой полуулыбкой, чуть наклонив голову.
Он медленно ставит свой бокал на стол, не отрывая от меня взгляда. В его глазах — смесь любопытства и настороженности.
— Отчего же. Компания — это всегда приятно, — отвечает он низким, размеренным голосом. — Особенно такая... эффектная.
Я едва заметно улыбаюсь, позволяя комплименту скользнуть мимо, не задерживаясь в сознании. Не поддаваться. Не раскрываться. Оставаться загадкой.
— Вы здесь один? — продолжаю, делая небольшой глоток шампанского. Вкус кисловатый, но это неважно. Важно — держать ритм разговора.
— Как и вы, судя по всему, — парирует он, слегка приподнимая бровь. — Или ваш спутник просто задерживается?
Прощупывает. Пытается понять, кто я и зачем подошла.
— Мой спутник? — я мягко смеюсь, опуская взгляд на бокал. — Я предпочитаю приходить туда, где мне интересно, без сопровождения.
Он кивает, будто соглашаясь с некой внутренней мыслью.
— Независимость — редкое качество в этом кругу.
Я чуть сдвигаю локоть, незаметно касаясь кобуры под шубой. Всё под контролем.
— А вы? — перевожу внимание на него. — Вы тоже здесь без сопровождения?
Он слегка улыбается, но в этой улыбке нет тепла.
— Я здесь по делу. Но иногда дело само находит тебя в самых неожиданных местах.
Вот оно. Ключевая фраза.
Я медленно ставлю бокал на стол, чуть наклоняюсь вперёд, позволяя взгляду задержаться на его лице чуть дольше.
— Иногда дело — лишь предлог, чтобы найти то, что действительно важно.
Он молчит несколько секунд, затем медленно кивает. В его взгляде — искра интереса, но и настороженность. Он ещё не уверен. Но уже заинтересован.
— Как вас зовут? — спрашивает он, слегка наклонив голову, словно пытаясь разгадать меня по едва заметным жестам.
Я выдерживаю паузу — ровно столько, чтобы это не выглядело нарочитым, но достаточно, чтобы он почувствовал: ответ не будет простым.
— А разве имя что‑то меняет? — отвечаю с лёгкой улыбкой, чуть приподнимая бокал. — Иногда оно лишь маска, за которой прячут суть.
Он усмехается, но в его взгляде — ни тени раздражения. Наоборот, интерес становится острее.
— Значит, вы предпочитаете оставаться загадкой?
— Предпочитаю не размениваться на формальности, — парирую я, позволяя себе чуть более прямой взгляд. — К чему имена, если разговор может быть интересным и без них?
— Но если вам так важно знать... — делаю вид, будто колеблюсь, — можете звать меня Лили.
— Лили, — повторяет он, пробуя имя на вкус. — Меня зовут Изао, — произносит он. — Лили, не хотели бы покинуть эту скучную обстановку и уехать со мной в мой дом?
Я смазливо улыбаюсь, но внутри мгновенно напрягаюсь. Слишком быстро. Слишком прямолинейно. Либо он ведёт свою игру, либо действительно настолько самоуверен.
— Изао, — медленно произношу его имя, будто пробуя на вкус, — ваше предложение звучит... заманчиво. Но разве не сладостнее предвкушение, чем поспешная развязка?
Он слегка наклоняет голову, в глазах вспыхивает азарт.
— Предвкушение — это игра в ожидание. А я предпочитаю действовать.
Наушник в ухе зашипел. Я услышала голос Рана:
— Ты должна согласиться. Но не сразу. Поиграй из себя недоступную.
Я чуть наклоняю голову, будто размышляю над его предложением. Пальцы неспешно обводят край бокала — движение, призванное скрыть мимолётное напряжение.
— Изао, — произношу его имя с лёгкой заминкой, — ваше предложение... неожиданно.
Он улыбается, не отводя взгляда:
— Неожиданность — часть очарования, не находите?
В голове прокручиваю инструкции Риндо и Рана. Интрига. Недосказанность. Игра.
— Нахожу, — отвечаю, чуть приподнимая бровь. — Но я привыкла к тому, что сюрпризы требуют подготовки.
Изао слегка подаётся вперёд:
— А может, стоит позволить себе спонтанность? Иногда именно она приводит к самым интересным открытиям.
Ставлю бокал на стол, смотрю прямо на Изао:
— Спонтанность хороша, когда знаешь, куда она ведёт. А я предпочитаю оставлять за собой право на выбор маршрута.
Он не спешит отвечать. В его глазах — азарт, но и уважение к моей уклончивости. Он не привык к отказам. Или к условиям.
— Значит, вы предлагаете мне сыграть по вашим правилам? — спрашивает с лёгкой усмешкой.
— Я предлагаю вам возможность доказать, что ваш маршрут стоит того, чтобы по нему пройти, — отвечаю, позволяя себе едва заметную улыбку. — Не все дороги ведут к сокровищам.
Изао смеётся, откинувшись на спинку стула:
— Обещаю, вам понравится мой дом. Не думаю, что вы где‑то в Токио видели такой.
Я выдерживаю паузу, позволяя его словам повиснуть в воздухе. Хвастовство. Самоуверенность. Или правда?
— Впечатлить меня непросто, — отвечаю, чуть приподнимая бровь. — Токио умеет удивлять.
Он наклоняет голову, в глазах — азартный блеск.
— Значит, я постараюсь превзойти ожидания. Вы ведь любите сюрпризы?
Я медленно провожу пальцем по краю бокала, будто размышляя.
— Люблю, когда они оправданы, — произношу, поднимая на него взгляд. — Бессмысленные жесты лишь утомляют.
Изао усмехается:
— Это не жест. Это приглашение. И я не привык получать отказы.
Вот оно. Прорыв маски. Теперь видно: он не просто флиртует. Он привык добиваться своего.
— Что ж, хорошо. Вы меня заинтриговали, — произношу я, давая понять, что согласна с ним ехать.
— Отлично! Машина с моими людьми стоит около ресторана. Если у вас нет никаких дел, мы можем отправляться прямо сейчас, — на его губах расплывается улыбка победителя.