Глава 39
Утро началось с тихого недовольного сопения.
Чимин лежал, почти полностью забравшись на Юнги, сонно утыкаясь носом ему в шею. Одна нога закинута сверху, руки крепко держат, будто если отпустить — альфа снова куда-то исчезнет.
Юнги уже не спал. Он лежал спокойно, одной рукой придерживая омегу за спину, другой медленно поглаживая его округлившийся живот через тонкую ткань домашней футболки.
Пять месяцев.
Животик уже был заметным. Красивым. Настоящим.
Юнги каждый раз смотрел на это с каким-то особенным чувством.
— Чимка… — тихо позвал он, касаясь губами его виска.
— Мм…
— Доброе утро.
— Нет, — сонно пробормотал Чимин.
Юнги тихо усмехнулся.
— Нет?
— Не доброе…
— Почему?
Чимин медленно поднял голову. Глаза ещё сонные, волосы растрёпанные, губы недовольно надуты. Он несколько секунд просто смотрел на альфу, а потом совершенно серьёзно сказал:
— Я хочу клубнику.
Юнги моргнул.
— Сейчас?
— Да.
— С утра?
— Да.
Юнги прищурился.
— Просто клубнику?
Чимин нахмурился ещё сильнее.
— С майонезом.
В комнате повисла тишина.
Юнги молча смотрел на него. Чимин смотрел в ответ с полной уверенностью в своей правоте.
— Кто вообще ест клубнику с майонезом?.. — наконец тихо пробормотал Юнги.
Чимин тут же недовольно отстранился, садясь на кровати.
— Всё понятно.
— Чим—
— Это твой ребёнок хочет вообще-то!
Юнги закрыл глаза на секунду, будто принимая судьбу.
— Всё. Молчу.
Чимин скрестил руки на груди и отвернулся.
— Ты что, не любишь меня?
Юнги открыл глаза и посмотрел на своего абсолютно серьёзного беременного омегу.
— Конечно, не люблю.
Чимин резко повернулся.
— Что?!
Юнги сразу притянул его обратно к себе, крепко обнимая.
— Безумно люблю, — тихо сказал он, утыкаясь носом в шею омеги. — Настолько, что сейчас поеду искать тебе клубнику с майонезом.
Чимин недовольно фыркнул, но уже таял, прижимаясь ближе.
— Вот так бы сразу…
— Издеваешься надо мной.
— Это беременность.
— Конечно.
Юнги поцеловал его в щёку, потом в уголок губ и всё-таки поднялся с кровати.
— Лежи. Я принесу твоё странное королевское желание.
— И быстро!
— Да, Ваше Высочество.
Из спальни вслед ему полетел довольный тихий смешок.
Позже кухня наполнилась запахом домашнего обеда.
Чимин стоял рядом с Юнги, в одной из его белых футболок, которая привычно доходила почти до середины бёдер, и лениво помогал нарезать овощи, периодически просто прижимаясь к альфе боком.
Юнги готовил спокойно, уверенно, иногда убирая волосы с лица омеги, иногда целуя его в макушку.
— Ты специально такой липучий сегодня? — спокойно спросил он, помешивая еду.
— Да.
— Почему?
Чимин пожал плечами.
— Хочу.
И через секунду снова прижался. Юнги только тихо усмехнулся.
— Понятно.
Обед получился лёгким и домашним. Они ели спокойно, без спешки, а потом начали собираться к врачу.
Чимин уже стоял у зеркала, поправляя одежду, когда Юнги подошёл сзади и положил ладони на его живот.
Несколько секунд они просто смотрели в отражение.
— Красивый, — тихо сказал Юнги.
Чимин слегка смутился, но улыбнулся.
— Я знаю.
— И наглый.
— Это тоже твой ребёнок.
Юнги тихо рассмеялся и поцеловал его в плечо.
***
В кабинете УЗИ было спокойно.
Чимин уже привычно лежал на кушетке, а Юнги сидел рядом, не отпуская его руку.
Прохладный гель коснулся кожи, и омега слегка поморщился.
— Сейчас посмотрим, как растёт ваш малыш, — мягко сказал врач-омега.
Экран загорелся.
Юнги смотрел внимательно. Для него это уже не было первым разом, но каждый раз внутри всё равно что-то сжималось.
Маленькая жизнь. Их.
— Всё развивается хорошо, — спокойно говорил врач. — Плод развивается правильно, показатели хорошие…
Чимин выдохнул чуть легче. Юнги мягко провёл большим пальцем по его руке.
Врач продолжал что-то объяснять — про питание, режим, свежий воздух, прогулки, отдых.
— Особенно сейчас полезен морской воздух, — сказал он, обращаясь больше к Юнги. — И меньше стрессов. Омеге нужен покой, забота и внимание.
Юнги спокойно кивнул.
— Я понял.
Чимин лежал молча. И смотрел на врача уже совсем не так мирно.
Когда они наконец вышли из кабинета, омега шёл рядом с надутыми губами и очень выразительным молчанием.
Юнги прекрасно это заметил.
— Что случилось? — спокойно спросил он.
— Ничего.
— Чимин.
— Ничего.
— Чимка.
Омега резко остановился и посмотрел на него.
— Он слишком много с тобой разговаривал.
Юнги моргнул.
— Кто?
— Врач!
Юнги несколько секунд просто смотрел на него. А потом тихо усмехнулся.
— Ты сейчас серьёзно ревнуешь меня к врачу?
— Да!
— Понятно.
Чимин надул губы ещё сильнее.
— Мне не нравится.
Юнги подошёл ближе.
— Маленький ревнивый пирожоч…
— Не называй меня...
Но договорить он не успел. Юнги просто взял его за подбородок и мягко, спокойно поцеловал прямо возле машины. Сразу. Глубоко. Тепло.
Чимин сначала упрямо пытался держать обиду… а потом сам потянулся ближе. И вся ревность растаяла так же быстро, как появилась.
Когда Юнги отстранился, омега уже выглядел совсем иначе. Щёки слегка розовые. Глаза мягкие.
— Всё? — тихо спросил альфа.
Чимин проворчал:
— Пока да…
— Вот и хорошо.
И открыл перед ним дверь машины.
***
К морю они приехали ближе к вечеру.
Воздух был свежим, солёным, лёгким. Волны тихо разбивались о берег, а солнце медленно начинало опускаться ниже.
Чимин сразу выдохнул глубже.
— Здесь красиво…
Юнги смотрел не на море. На него.
— Очень.
Они долго гуляли вдоль воды. Медленно. Без спешки. Иногда Чимин снимал обувь и босыми ногами касался прохладного песка. Иногда просто держал Юнги за руку, прижимаясь плечом.
Тишина между ними была правильной. Спокойной. Той самой.
Позже, когда небо стало мягче, а закат окрасил всё вокруг в тёплые цвета, Юнги привёл его чуть дальше. Там уже был накрыт красивый ужин. Небольшой стол, мягкий свет, спокойный шум моря рядом.
Чимин остановился.
— Юнги…
Он удивлённо посмотрел на альфу.
— Это что?
Юнги выглядел слишком спокойным. Хотя внутри у него всё было совсем иначе. Сердце билось так, будто сейчас его услышит даже море.
— Просто ужин, — спокойно сказал он.
Чимин прищурился.
— Подозрительно.
— Ешь молча.
— Очень подозрительно.
Но всё равно улыбнулся.
Они ужинали медленно. Разговаривали тихо. Иногда просто смотрели друг на друга. А Юнги всё сильнее понимал, что сейчас действительно волнуется. Сильнее, чем когда-либо.
Позже, когда стало совсем тихо, он вдруг опустился перед Чимином на одно колено.
Мир словно замер.
Чимин сначала даже не понял. Просто смотрел. Не двигаясь.
Юнги достал маленькую коробочку и открыл. Тонкое, дорогое, элегантное кольцо мягко блеснуло в вечернем свете.
Голос альфы был тихим. Но абсолютно уверенным.
— Я хочу, чтобы ты носил мою фамилию.
Чимин замер. Дыхание сбилось.
— Я хочу, чтобы каждый день ты был рядом со мной. Официально. Навсегда.
Юнги смотрел только на него.
— Ты уже моя семья. Ты, наш малыш… вы — всё, что у меня есть.
Голос стал ещё тише. Теплее.
— Я люблю тебя, Чимин. Больше, чем умею говорить. Больше, чем вообще можно объяснить словами.
Слёзы уже стояли в глазах омеги. Он даже не моргал.
— И я хочу прожить с тобой всю жизнь. Хочу встречать с тобой каждое утро. Хочу быть рядом в каждом твоём страхе, в каждой радости, в каждом капризе с клубникой и майонезом.
Чимин тихо всхлипнул сквозь смех. Юнги слабо улыбнулся.
— Так что… ты выйдешь за меня?
Тишина. Одна секунда. Вторая.
Чимин смотрел на него так, будто всё ещё не верил. Слёзы уже текли по щекам. Он закрыл рот ладонью, тихо смеясь и плача одновременно.
— Ты… — голос дрожал. — Ты серьёзно?..
— Очень серьёзно.
Ещё секунда. И Чимин резко кивнул.
— Да… — сквозь слёзы. — Да, конечно да…
Юнги выдохнул так, будто всё это время вообще не дышал. Он осторожно надел кольцо на палец омеги. И в следующую секунду Чимин уже сам потянул его вверх, обнимая крепко, почти срываясь в новые слёзы.
Юнги поцеловал его сразу. Глубоко. Сильно. С любовью, которую уже невозможно было спрятать.
Чимин дрожал в его руках, смеялся сквозь слёзы, цеплялся за него.
— Я люблю тебя… — шептал он. — Боже, я так тебя люблю…
Юнги только крепче прижимал его к себе. И вдруг Чимин резко замер. Его ладонь легла на живот. Глаза расширились.
— Юнги…
— Что?
Он быстро взял альфу руку и положил себе на живот.
— Он только что толкнулся…
Юнги замер. Под ладонью — отчётливо. Маленькое, но настоящее движение. Ещё один толчок. И в этот момент в его взгляде появилось что-то совсем другое.
Счастье. Настоящее. Огромное.
Чимин тихо улыбнулся сквозь слёзы.
— Кажется… малыш тоже согласен.
Юнги тихо рассмеялся. Почти срываясь. И снова поцеловал его. Потом — живот.
— Спасибо, малыш, — тихо сказал он.
Позже они просто сидели на берегу. В обнимку.
Чимин устроился у него на груди, показывая кольцо в свете луны и всё ещё иногда неверяще улыбаясь.
Юнги молча гладил его живот.
Море шумело рядом. Ночь была тёплой. А внутри было только одно чувство.
Дом.
Конец?