The freak circus 🎪

Билетёр~

Билетёр просыпается раньше всех в цирке — ещё до того, как первые солнечные лучи касаются верхушки пёстрых шатров. Его движения выверены и отточены веками. Костюм всегда висит готовым со вчерашнего вечера, рубашка накрахмалена и туфли начищены до блеска. Он склоняется над кроватью, тонкими, прохладными губами целуя тебя в щёку, и только потом переходит к обыкновенной утренней рутине.

Билл уже собирался выходить из шатра, когда задерживается у детской колыбели. В ней сладко посапывает младенец: его кожа светлее, чем у людей, чёрный пушок волос скрывает небольшой корявый наросток у лба. Он не сдерживается и щипает сына за пухлую щёчку. Даже через ткань белых перчаток монстр ощущает мягкость чужой кожи. Его взгляд становится нежным, а маску украшает лёгкая улыбка.

Ребёнок просыпается, мило зевая и жмуря большие бездонные глазки. Он смеётся и хватает отца за палец — движение совсем неощутимое для мужчины.

— Даже не думай об этом, — вполголоса шепчет Билетёр, когда младенец потянулся укусить его.

Он осторожно освобождает свой палец из младенческих «оков», ловко подсовывая взамен игрушечного зайчика. Ты настояла на покупке этой игрушки, ещё когда была беременна. Тогда ты буквально вцепилась в нежно-голубой плюш, отказываясь уходить из магазина без него. Биллу оставалось только тяжело вздохнуть и купить этого зайца — лишь бы не видеть твоих расстроенных глаз.

Проснулась ты только через полчаса, когда сыну надоело грызть уши плюшевого зверька и он начал громко требовать внимания. Солнце к тому времени уже окрасило небо в розовые рассветные тона.

Успокоив маленького скандалиста, ты занялась утренними хлопотами: привела себя в порядок и переодела малыша в мягкий костюм цвета топлёного молока, как почувствовала слабое дуновение ветерка. Билетёр вернулся в шатёр.

— Вы уже собрались? — спокойно и тихо спросил мужчина, придерживая тяжёлый полог.

Ты кивнула и, бережно взяв ребёнка на руки, подошла к Биллу. Он галантно предложил тебе свой локоть для небольшой прогулки к фиолетовому шатру — месту, которое до сих пор внушало страх. Накануне Шут пригласил Билетёра к себе, чтобы за завтраком обсудить дела цирка, как они обычно делали. Но присутствие лидера и его нелюбовь к тебе заставляли сердце боязливо сжиматься.

Билетёр пропустил вас внутрь первыми, однако ты замялась у самого входа, тревожась встретиться с фиолетовым монстром взглядом. Младенец же с нескрываемым любопытством принялся осматривать новое помещение, мило принюхиваясь к витающему в воздухе аромату крепкого кофе.

Шут восседал на стуле у небольшого столика, просматривая свежую прессу. Он не поднял глаз, когда сухо поприветствовал вас на своей территории. Попасть в шатёр лидера было непростой задачей. Сюда нельзя было войти по собственной прихоти — только по личному приглашению самого хозяина.

Ты сидела как на иголках, крепко сжимая кружку с горячим чаем, пока два монстра обсуждали вчерашние представления и полученную выручку. Лидер настаивал на том, чтобы задержаться в этом городе ещё на несколько недель: прибыль была внушительная, люди — доверчивыми, а местные полицейские даже не берутся за расследование случаев исчезновения жителей. И здесь довольно тихо, словно горожане живут в каком-то отдельном мире, где не существует зла.

Билетёр, кивнул, соглашаясь, и заговорил о недоброжелательных поставщиках, которые задержали доставку нового инвентаря на три дня. Он также вскользь упомянул о махинациях с бухгалтерией: какой-то подрядчик самовольно увеличил стоимость товаров на несколько тысяч больше оговоренной суммы.

Ты слушала их вполуха, чувствую облегчение от того, что фиолетовый монстр не обращает на тебя никакого внимания. Лишь изредка бросал секундный, нечитаемый взгляд на младенца, но тут же отводил его, полностью погружаясь в беседу. Ты была довольна этим небольшим перемирием.

Вдруг маленькие ручки ребёнка потянулись вперёд, а его пальчики жадно хватали воздух. Он что-то забавно лепетал, моментально привлекая к себе всех присутствующих. Это было странно: ты только что закончила кормить его молоком из бутылочки и даже тихо шептала потерпеть ещё немного до окончания завтрака. Однако малыш упорно тянулся, пытаясь встать на свои слабые ножки у тебя на коленях — его глаза были направлены на Шута...

Лидер вскинул бровь в недоумении, медленно переводя взгляд фиолетовых глаз на тебя. Ты нервно сглотнула, тщетно стараясь успокоить сына, который лишь сильнее продолжил вырываться из твоих рук.

— Чего он хочет? — холодно произнёс Шут. В его интонации ты уловила упрёк — будто считал тебя никудышной матерью, неспособной унять порыв активности собственного ребёнка.

Твои глаза лихорадочно забегали по фигуре фиолетового монстра, тут же зацепляясь за золотые бубенчики на его колпаке. Видимо, их блеск и едва слышимый перезвон так привлекли мальчика.

— Эм... я думаю, что ему очень понравились ваши... — ты замялась, подбирая нужное слово, — колокольчики...

Шут, к твоему удивлению, лишь вытянул длинные руки в чёрных перчатках к тебе. Ты застыла, размышляя правильно ли толкуешь его намерения. Монстр лишь цокнул, поторапливая тебя жестом изящных кистей. В конце концов, он же не причинит вреда малышу, верно?

Бережно передав ребёнка, ты с замиранием сердца наблюдала за разворачивающейся сценой. Несколько секунд они смотрели друг на друга, а затем младенец смело схватил ближайший конец колпака, задорно рассыпая громкий звон на всему шатру. Шут аккуратно придерживал его, и тебе показалось, будто он мягко и легко улыбнулся.

Рядом сидевший Билетёр не выдержал и прыснул от смеха, поспешно скрывая его за притворным кашлем в кулак.

Доктор~

Ты была на кухне вместе с Пьеро, который готовил пирог с малиной. Сегодня ты ходила в город, чтобы купить себе новую одежду, и заодно привезла с местного рынка много свежих и ароматных ягод и фруктов. Красный монстр, едва почуяв медовый запах, сразу же предложил приготовить что-нибудь вкусное для всех. Ты радостно согласилась и вызвалась помочь ему.

— Доктор так и не выходил из шатра? — спросила ты, не сдержавшись от соблазна стащить сладкую клубнику.

— Нет, — Пьеро, не отвлекаясь, клал ажурную сеточку из теста поверх начинки. Прежде ты никогда не видела столь искусной работы, разве что на картинках в интернете. — Но к нему, вроде бы, заглядывал Арлекин. Что-то случилось, мисс?

— Просто... как бы сказать помягче, — ты запнулась, вспоминая недавний случай, когда ворон показывал вашему сыну, как правильно препарировать человеческое тело. — Я считаю, что рановато просвещать [Имя сына] во все... мрачные подробности цирка.

— Мэм, вот вы где, — протяжно произносит Арлекин, вальяжно ввалившись в кухню. Тонкими когтистыми пальцами он ловко выудил несколько ягод, пихая красного в бок. — Вас не было видно целый день, я даже успел соскучиться.

— Арлекин, — прорычал Пьеро, сверкая золотыми глазами. Из-за выходки зелёного он порвал нежную сетку, над которой так трудился, — тебе запретили появляться на кухне.

— Запретили? А почему? — ты округлила глаза, переводя взгляд с одного монстра на другого.

— Скажем так, они не понимают моей гениальности в кулинарном мастерстве и-

— Он однажды спалил кухню и чуть не сжёг цирк, — перебил мим, пытаясь восстановить испорченное украшение для пирога.

Ты прыснула от смеха, почти не вслушиваясь в их дальнейшую перепалку. Они казались странно милыми в таких ситуациях, если это, конечно же, не поножовщина, до которой иногда доходил Пьеро после чересчур провокационной шутки Арлекина. Безусловно, никто из них не мог умереть от подобных ран, но боль они чувствовали вполне реальную. И как бы ты ни была подготовлена к цирковым будням, всё равно становилось не по себе от подобных зрелищ.

Ты снова подумала о методах воспитания Доктора, невольно притихнув. Твоё внезапное молчание привлекло внимание двух монстров, которые даже на время прервали свой спор.

— Мисс, я думаю, что вы должны обговорить это с Доктором напрямую, — спокойно сказал Пьеро, придушивая локтем извивающегося зелёного змея со спины.

— Да, наверное, ты прав... — ты смотрела на эту картину, чувствуя некую неловкость. — Тогда я пойду...

Ты поспешила покинуть из кухни как можно быстрее, чтобы ненароком не стать свидетельницей «расправы» над Арлекином. Сейчас было только пять часов вечера, а представлений сегодня, как ты знаешь, не планировалось. Шут милосердно объявил небольшой выходной и дал всем набраться сил перед финальной неделей в этом городе. Нужно будет снова собирать вещи и трястись несколько дней в неудобном трейлере. Твоему малышу такие переезды в силу возраста давались особенно тяжело. Это беспокоило тебя, но изменить устои цирка ты была не в силах.

Бирюзовый шатёр встретил тебя привычным коктейлем из запахов формалина, лечебных трав, лаванды и пионов. Противоречивое сочетание, без которого ты уже не можешь представить свою жизнь.

— Сколько костей в скелете взрослого человека? — послышался из глубины шатра бас ворона. Он стоял у доски, на которой мелом схематично изобразил человеческое тело.

— Ммм... 67! — выкрикнул звонкий детский голос после небольшого раздумья.

— А если хорошенько подумать?

— А! Точно! 206!

— Молодец, птенчик.

Эта картина могла бы умилить тебя, если бы не двойное дно. Единственное, что немного успокаивало твои нервы так это то, что сыну пока не нужно питаться людской плотью. Доктор объяснил, что он уже родился более приближённым к людям, поэтому ему не требовалось есть их для поддержания облика, в отличие от других артистов цирка. Но никто не знает сколько это продлится, а потому стоило готовиться ко всему.

Доктор почуял тебя первым. Он поднял свои глаза, скрытые линзами маски, и тихо приветствовал. Мальчик, как только услышал это, сразу побежал на тебя, крепко обнимая твои бёдра своими маленькими ручками.

— Милый, ты не мог бы прогуляться? — ласково произнесла ты, поглаживая щёку ребёнка. — Мама хочет поговорить с папой.

Малыш кивнул, радостно улыбаясь и убегая к выходу.

В воздухе словно повисло ощутимое напряжение. Видимо, ворон подозревал о чём ты хотела поговорить.

— Что беспокоит тебя, моя милая? — монстр подошёл к тебе, встречаясь с тобой пристальным взглядом своей маски.

— Я... мне страшно... Я боюсь за него, понимаешь? Не хочу, чтобы ему приходилось проходить через то, что прошёл ты... — выпалила на одном дыхании ты.

В ответ мужчина обнял тебя, водя пальцами по спине. Ты прижалась к нему, вдыхая знакомый аромат свежих растений и металла. Доктор стал обнимать тебя после того случая, когда ты в сильном порыве счастья накинулась на него. Теперь он делал это всегда: будь ты злая, радостная, грустная или задумчивая — ворон подходил и обвивал твоё хрупкое тело, словно закрывал собой от всех бед.

— Я понимаю твои страхи, — наконец произнёс он. — Но по-другому я не могу. Тот мир жесток по отношению к нам. Лучше я покажу ему всё сам.

— Можно ли как-то оттянуть это?

— Если бы я мог.

Вы простояли так долго, без слов поддерживая друг друга. Доктор сам бы хотел избежать всего этого: жить где-нибудь далеко, в тихом месте у леса, чтобы вас никто не мог тронуть. Однако он не мог. Никто из них. Поэтому ворон будет готовить вас двоих, чтобы вы могли дать отпор.

Вас окликнул голос Арлекина — он звал на ужин и просил поторопиться, ведь малец нечаянно разбил одно из зеркал Билетёра. Ты от этой новости встрепенулась и, резко отстранившись, побежала к сыну. Синий монстр слишком ценил свои зеркала и никому не спускал с рук халатное отношение к ним.