Истинная личина
Сегодня был один из тех дней, когда рабочий поток казался бесконечным, словно среда обернулась безумной субботой. Клиенты шли нескончаемым потоком — старшеклассники, студенты, простые работяги и офисные планктоны; и каждый из них решил провести свой день именно в кафе, где ты работаешь.
Работать вдвоем, когда объем задач остался прежним после пропажи Кэрол, было каким-то издевательством. Босс пока не нашел замену, и вы разрывались между столиками, пытаясь обслужить каждого. И если бы только они были понимающими! Но нет, каждому хотелось внимания: нужно было не только принять заказ, но и выслушать всевозможные истории и жалобы, от которых голова шла кругом и перегревались от нагрузки. Зато теперь ты знаешь, что бабуля Луиза (кем бы она не была) предпочитает чай с молоком и двумя кубиками сахара, а после двух часов дня любит сидеть дома. Почему её подруга сочла нужным сообщить тебе эту «ценную» информацию — загадка. Этот день останется в твоей памяти, как самый долгий и выматывающий.
Твой босс, рослый мужчина средних лет с гетрохромией, также как и ты не мог нормально стоять на ногах. Но, в отличие от тебя, умел хорошо это скрывать, он же еженедельно ходит в спортивный зал и ведёт здоровый образ жизни. И была в этом мужчине ещё одна замечательная черта, которой ты иногда пользуешься. Он очень понимающий, но на шею себе садится не позволит никому (ты и Кэрол небольшое исключение из правил). Даже сейчас он настаивает на том, чтобы закрыть кафе вместо тебя, и его можно понять. На тебя без слёз не взглянешь: бледное лицо, трясущиеся ноги и нервный тик от беспрерывного общения с людьми. Конечно, ты попыталась строить из себя недотрогу, но заплетавшийся язык и то, как ты клевала носом, считая деньги в кассе, только убеждали босса в правильности своего решения.
— Ты же завтра выходишь в отпуск? — спросил он.
— Отпуск? Завтра 1-ое? — ты округлила свои глаза, понимая, что совершенно потерялась во времени. Босс лишь устало кивнул. — Чёрт, давай я позже выйду? Не будешь же ты один работать две недели.
— За меня не переживай, справлюсь. Да и должен будет подойти новенький, посмотрим как он работает в стрессовой ситуации, — посмеивался мужчина, представляя забеганного несчастного парня в свою первую смену.
— Ну раз ты так говоришь, — ты сделала вид, будто делаешь одолжение, театрально расставляя руки. — Учти, я же даже помочь не смогу, улетаю ведь.
— Улетаешь?
— Ага, к семье в другую страну. Хотела их навестить давно.
— Тем более не думай о работе. Удачно отдохнуть тебе!
— Спасибо! Пока! — ты помахала рукой, открывая дверь кафе.
Прохладный вечерний воздух ударил тебе в лицо. Ты вздохнула полной грудью, наконец освобождаясь от рабочих оков прошедшего дня. Небо было розовато-фиолетовым без единого облачка, на улице почти никого не было. В воздухе пахло свежестью, лесом и,само собой разумеющимся, кофе. Зачастую ты задумываешься, что больше никогда в жизни не сможешь вынести этого горьковато-сладкого аромата, но раз за разом возвращаешься в кофейню. Врать не умеешь.
Пройдя половину пути до дома, ты замечаешь рекламный флаер с цирком ужасов. В моменте как молнией поразило. Ты обещала Пьеро прийти на его выступление из-за того, что не смогла уделить ему внимание на работе. В бесконечном потоке заказов ты не поговорила с ним, как обычно это делаешь. Пьеро выглядел поникшим, поэтому невзначай бросила, что компенсируешь это походом в цирк. Нужно возвращаться обратно, ведь цирковые шатры стоят на окраине города. Тяжело вздохнув, ты пошла обратно чуть ли не плача.
*****
Выступление Пьеро было как всегда на высоте, особенно тебе нравились его танцы в начале каждого номера. Для своего роста и телосложения он двигался удивительно плавно и нежно, будто несколько столетий оттачивал искусство танца. Но всё же танец всегда имел нечто тревожное и опасное, впрочем как и всё в этом цирке. Словно если приоткроешь таинственную занавесу чуть больше, то откроешь ужасную истину, которую они все так тщательно скрывают. Пьеро закончил шоу кровавым трюком с помощницей в розовом клоунском амплуа. Раньше ты бы сразу сбежала на этой части, теперь же досматриваешь всё до самого конца, смакуя увиденное и производя его в голове несколько раз. Как им удаётся так реалистично изобразить кровь и ранения артистов?
Под конец ты находилась в полусонном состоянии из-за усталости; методичные движения артиста не делали ситуацию лучше — они убаюкивали тебя. Музыка стихла, зрители какое-то время рукоплескали Пьеро, а после медленно расходились, дабы успеть на остальные представления. Ты осталась сидеть на трибуне, чуть прикрыв глаза.
— Моя леди, — Пьеро аккуратно потряхивал тебя за плечо, выглядя обеспокоенным. — Вы не заболели?
— О, Пьеро, прости. Я сегодня так вымоталась на работе... — ты потёрла лицо, слегка ударив себя по щекам, дабы прийти в чувство. — Твоё выступление было потрясающим! Мне очень нравится, как ты танцуешь.
— Моя леди...
Маска Пьеро приобрела розоватый румянец, дополняя её зубастой улыбкой. Он выглядел как ребёнок, которого похвалили за самое обыденное занятие, но каким же сладким для него было признание своих способностей от тебя, его вечной любви. Артист раскачивался на пятках, забавно звеня своими золотыми бубенчиками, что казалось тебе очень милым.
— А, я должна кое-что тебе сказать, Пьеро.
— Я весь во внимании, моя дорогая.
— Я должна буду уехать послезавтра из города. Думаю, меня не будет где-то полторы недели или может больше.
Ты совершенно не заметила изменений в маске. Пьеро смотрел, как бы сквозь тебя, куда-то далеко. Он не мог поверить в услышанное. Если ты уедешь, то вы рискуете больше никогда не встретиться, ведь цирк гастролирующий. Они никогда не сидят на одном месте слишком долго, а значит Пьеро может лишиться тебя. Вдруг ты вернёшься, а его уже здесь не будет? Неужели он должен вновь потерять только появляющееся счастье? Почему ты хочешь покинуть его?
— П-пьеро, что ты делаешь? — клоун упал тебе в колени, сжимая твои руки в своих. Они было очень тёплыми и большими по сравнению с твоими. Его золотисто-жёлтые глаза неотрывно смотрели в твои и были такими горестными. От такого вида твоё сердце невольно разрывалось от боли.
— Моя госпожа... если я сделал что-то не так... если я вас чем-то обидел... — голос Пьеро дрожал, как и он сам каждой клеточкой тела. — Прошу вас, не покидайте меня...
— Я хочу навестить своих родных, — мягко произнесла ты. — Я не ухожу от тебя...
— Моя леди, если вы уедете, то... я могу больше вас не увидеть... Я не смогу это пережить, пожалуйста, не оставляйте меня.
Пьеро смотрел на тебя взглядом побитого уличного щенка, который, не смотря на предательства жестокого мира, продолжает верно следовать за тобой. Ты в нём любила эту черту характера, но и не понимала одновременно. Как он смог привязаться так сильно к тебе, когда ты просто помогла ему на улице. Мим всегда казался странно-милым: странным, потому что был бродячим артистом, никогда не снимающим шутовской костюм и белёсую маску, милым, потому что всегда бесконечно нежен к тебе. Нежность проявлялась в маленьких подарках от него — в день вашего знакомства он преподнёс бумажную розу, лепестки которой он тщательно выкрасил в алый цвет. Оттого сердце сейчас у тебя неспокойно, как можно обидеть такого чудесного мужчину?
— Пьеро, я думаю мы сможем найти выход, — аккуратно продолжаешь ты, смотря точно в маску напротив. — Я смогу как-нибудь поехать и навестить тебя, когда вы с цирком уедете. Можем списываться и созваниваться...
Ты продолжила что-то лепетать, не обращая внимания на Пьеро. У него в голове стоял глухой шум. Тело всё ещё трясло, его бросало то в жар, то в холод. Он не сможет быть без тебя. Несколько часов без тебя рядом были самыми страшными муками. Даже сегодня он еле сдерживался, чтобы не схватить тебя в кофейне, когда эти люди перетягивали внимание, предназначенное ему, на себя. И смели вести себя так нахально. Мерзкие люди, вечно думающие только о своём комфорте, но ты не такая. Ты словно ангел, посланный ему с небес. Чтобы залечить его раненную душу от прошлых издевательств. Именно поэтому Пьеро обязан защищать тебя от этого мерзкого мира; чистая по сравнению с ним. Для сохранения твоей душевной невинности он должен пойти на отчаянные меры. Позже он попросит прощения.
— Моя леди, я сейчас вернусь, — Пьеро ушёл вглубь шатра. Тебя такая резкая смена настроения повергла в шок, может быть ты смогла достучаться до него?
Мим вернулся несколько минут спустя с кусочком торта.
— Ты приготовил его для меня?
— Да, моя леди. Я хотел отдать его вам раньше, но не успел.
Ты взяла фарфоровую тарелку из когтистых лап Пьеро. Кусок торта состоял из трёх уровней ванильного бисквита, крем на вид был воздушным и белым с каким-то вареньем. Наверно, клубничным. Отхватив ложкой достаточно большую часть, ты отправила его в рот. Это какое-то райское блаженство! Торт не слишком приторный, в нём присутствовал ягодный привкус.
— Пьеро, ты просто волшебно готовишь, — ты протянула пустую тарелку. Как вдруг голова начала кружиться, становится свинцовой. — Ох...
— Моя леди.
— У меня голова заболела, похоже сильно переработал, ха-ха...
Пьеро неотрывно смотрел на тебя, а потом подошёл поближе, дабы помочь тебе сидеть на месте. Твоё зрение затуманилось, мелькали какие-то розовые облака. Всё такое расплывчатое...
Ты упала в руки Пьеро. Монстр начал громко и беспрерывно дышать, маску озарил больной румянец, золотая радужка глаз приобрела форму сердца.
— Моя госпожа... теперь никто вас не отнимет у меня. Я люблю вас так сильно, что не передать словами, что сейчас чувствую... Хочу держать тебя вечно, любить, холить и лелеять. Моя леди, моя [ваше имя].
