XXXII. Возвращение,но туда ли..
До Москвы она доехала на минивэне молча, глядя в окно. За стеклом серый лес, потом поля, потом многоэтажки. Анита не спала. Не думала. Просто смотрела, как мелькают километры.
В Москве её поселили в обычный сетевой отель. Такой же, как в прошлый раз, когда она прилетала на собеседование. Та же бежевая гамма, тот же запах хлорки и кофе из автомата.
Утром надо было вылетать в Ростов, а оттуда поездом в Крым. Смотреть Москву не хотелось. Не было сил. Не было желания. Она заказала еду в номер, поела, глядя в стену. Потом приняла душ, легла.
Сон не шёл.
Она вспоминала лица. Леру, Настю, Лиду... Адель. Её последний взгляд в коридоре. Её руки, холодные и тёплые одновременно. Её голос: «Я буду ждать. Сколько понадобится».
Анита свернулась калачиком, закрыла глаза.
«Не думай, - приказала она себе. - Ты уже ушла. Теперь надо идти дальше».
Она уснула только под утро.
Проснулась от будильника. Быстро собралась, спустилась на завтрак. Кофе, бутерброд - безвкусно, как всё в этом отеле. Взяла такси до аэропорта.
- До свидания, - сказал водитель, выгружая рюкзак.
- До свидания, - ответила Анита.
Аэропорт встречал её суетой. Люди бежали, несли чемоданы, дети плакали, в динамиках объявляли рейсы. Анита прошла регистрацию, сдала рюкзак, ведь с собой до сих пор не было ничего ценного и села в зоне ожидания.
Смотрела на взлетающие самолёты и чувствовала странную пустоту. Внутри не болело. Не ныло. Только было тихо. Слишком тихо.
Посадка. Самолёт набрал высоту. Москва осталась внизу - серая, огромная, чужая. Анита смотрела в иллюминатор, пока города не сменились облаками.
«Я лечу домой, - подумала она. - Но что меня там ждёт?»
Она не знала ответа.
Перелёт был тяжёлым. Турбулентность, тряска, ещё и соседка слева - громкая женщина с ребёнком, который орал полтора часа. Анита надела наушники, включила музыку. Свой плейлист. Тот самый, который слушала в Крыму, в своей чёрной квартире.
«Ты не одна, - пел кто-то. - Ты просто устала».
Она усмехнулась. Устала - это мягко сказано.
В Ростове её встретил холодный ветер. Пересадка на поезд - час ожидания на вокзале, где пахло пирожками и потом. Анита купила бутылку воды, села у окна.
Поезд прибыл вовремя. Вагон купе, верхняя полка. Она закинула рюкзак, легла, уставилась в потолок.
За окном проплывали поля, деревни, какие-то станции. Анита не спала. Смотрела и думала о том, что через несколько часов она будет в Крыму. Там, откуда началась эта история. И где она, вероятно, закончится.
Феодосия встретила её дождём. Мелким, противным, как в день отъезда. Анита вышла на перрон, вдохнула воздух, он пах морем, сыростью и почему-то горелыми листьями.
Она взяла такси.
- Куда едем? - спросил водитель.
Она назвала адрес.
Машина двинулась по знакомым улицам. Вот школа, где она ни разу не училась. Вот парк, где они гуляли с родителями. Вот набережная - пустая, серая, с чайками на парапете.
Анита смотрела и не узнавала. Всё казалось чужим. Или она стала чужой.
- Приехали, - сказал водитель.
Она расплатилась, взяла рюкзак. Дом - сталинка, тёмная арка, лифт с запахом кошачьей мочи. Поднялась на третий этаж, открыла дверь своим ключом.
Внутри было темно.
Она не убирала чёрные шторы. Не мыла окна. Не проветривала. Здесь всё осталось так же, как несколько недель назад. Всего пара недель, а так тяжело прощаться.
Анита села на пол в прихожей, прислонившись к стене. Рюкзак упал рядом.
«Я дома, - подумала она. - И что теперь?»
Она сидела так долго. Минуту. Десять. Час. Смотрела в стену, на знакомые трещины, на старый плинтус, на дверь в комнату родителей, которую никогда не открывала.
Внутри было пусто. Ни боли, ни радости, ни облегчения. Только тишина.
«Тишина громче песен», - вспомнила она.
Усмехнулась. Какая ирония.
Телефон она достала только через несколько часов после возвращения. Лежал в рюкзаке, выключенный - ещё в Москве она отключила его, чтобы не видеть сообщения. Но теперь надо было позвонить Лене.
Лена не знала, что Анита ушла с проекта. Не знала, что та уже в Крыму.
Анита набрала номер. Гудки. Раз. Два. Три.
- Алло? - голос Лены - весёлый, беззаботный.
- Лен, это я.
- Анита! Привет! Как дела?
Анита молчала.
- Алло? Ты здесь?
- Я ушла, - сказала Анита. - С проекта.
Пауза. Лена не дышала.
- В каком смысле - ушла?
- В прямом. Добровольно. Я дома. В Крыму. Я буквально сбежала..
- Ты... Анита, ты что, шутишь?
- Нет.
Лена заговорила быстрее, голос повысился.
- Анита, ты с ума сошла? Ты пробыла там всего несколько недель! Ради чего ты ушла? Что случилось? Тебя выгнали? Обидели? Мы же вроде с тобой поговорили, я.. Я надеюсь ты останешься, что тебе помогут.
- Никто меня не обижал. Я сама решила.
- Но зачем? - В голосе Лены слышались слёзы. - Мы же договаривались! Я ждала, что ты закончишь проект, что у тебя всё наладится! А ты просто взяла и ушла?
- Я устала, - тихо сказала Анита. - Я не могла больше. Мы уже с тобой это обсуждали, Лен.
- От чего ты устала, Анита? Мы будем это обсуждать столько сколько понадобится.
- Да от всего. От розовых колготок, от бессмысленных испытаний, от ощущения, что я кукла, которую дёргают за ниточки.
- Но там же были девочки! Ты мне сама рассказывала про Леру, про Адель...
- Они тоже устали. Просто терпят.
- Адель - та, про которую ты говорила... она что-то сделала?
- Нет. - Анита сжала телефон. - Она... она не сделала ничего плохого. Наоборот. Поэтому я и ушла.
- Не понимаю.
- Я влюбилась, Лен. И испугалась. Потерять. Привязаться. Я не умею быть в отношениях. Я только разрушаю.
Лена всхлипнула.
- Глупая. Ты не разрушаешь. Ты просто боишься. Но проект был твоим шансом!
- Он дал мне шанс. Но я хочу использовать его сама. Без камер, без психологов, без розовой формы.
- И как ты это сделаешь? Снова запрёшься в квартире?
- Нет. - Анита посмотрела на окно, за которым моросил дождь. - Я уберу шторы. Помою окна. Начну писать песни. Выйду на улицу.
- Обещаешь?
- Обещаю.
Лена долго молчала.
- Если быть честной, ты меня расстроила , - сказала она наконец. - Я так надеялась...
- Я знаю. Прости.
- Я не прощу. Пока не увижу, что ты счастлива.
- Договорились.
Они попрощались. Анита сбросила звонок.
Первые дни были самыми тяжёлыми.
Анита сидела на полу, обхватив колени, и смотрела в стену. Вспоминала. Балкон, Адель, её руки, её голос. «Я буду ждать». Но Анита не была уверена, что хочет, чтобы её ждали. Или что достойна этого.
На третий день она заставила себя встать. Подошла к окну, отдёрнула чёрную штору. Свет ударил в глаза больно, непривычно. Она зажмурилась, потом открыла.
За окном - двор, деревья, небо. Серое, но живое.
- Я справлюсь, - сказала она вслух.
Взяла тряпку, ведро, начала мыть окна. Сначала одно, потом другое. Вода была холодной, руки замёрзли, но она не остановилась.
Потом убрала оставшиеся шторы во всей квартире. Сложила в пакет, вынесла на помойку.
Теперь в комнатах было светло. Слишком светло.
- Привыкну, - сказала она себе.
Села на подоконник, достала блокнот. Открыла на чистой странице.
«Я ушла, - написала она. - Но не сдалась. Я просто меняю направление».
Она посмотрела на эти слова, потом зачеркнула.
«Я боюсь. Но иду дальше. Одна. Но не одинока».
Анита закрыла блокнот.
Вечером она снова смотрела в окно. Дождь кончился. На небе показались звёзды.
«Адель... - подумала она. - Ты тоже смотришь на небо?»
Она не знала ответа. Но внутри, где-то глубоко, шевельнулось тепло.
Не любовь. Не надежда. Просто - жизнь. Продолжающаяся жизнь.
На четвёртый день Анита проснулась с мыслью, что нужно писать.
Она долго лежала в постели, смотрела в потолок - теперь на нём не было теней от чёрных штор. Лучи солнца пробивались сквозь чистое стекло, ложились на пол жёлтыми полосами. В комнате было светло. Непривычно, но не больно.
Она встала, налила чай. Села за стол, открыла блокнот.
Чистый лист. Белый, пугающий.
«О чём писать? - подумала она. - О боли? О страхе? О ней?»
Она взяла ручку, но рука замерла.
«Многоточие, - всплыло вдруг. - Ставлю многоточие, потому что не могу поставить точку».
Анита закрыла глаза. Перед внутренним взором - Адель. Её разноцветные глаза, её голос: «Ты не одна». И поцелуй на кухне - короткий, жадный, как глоток воздуха перед тем, как уйти под воду.
Она открыла глаза, начала писать.
«Мы не допили чай,
Не договорили фразы.
Ты сказала «прощай»,
А я ответила «сразу?»
Нет, я сказала «до свидания»,
Но ты не услышала.
Между нами - расстояние,
Которое я сама создала.
Иногда надо быть чуть помягче,
Знаю что мои слова звучат глупо.»
Строчки лились сами. Не контролируя, не вычёркивая. Анита писала быстро, будто кто-то диктовал ей изнутри.
«Ты оставила след -
Не шрам, не царапину -
Тонкую нить из света,
Которую я не залатаю.
Мы оба умеем молчать,
Ты - от боли, я - от страха.
А теперь тебе не понять,
Почему я ушла без размаха».
Она остановилась, перечитала. Внутри что-то дрогнуло - не боль, не радость. Облегчение. Как будто она выдохнула то, что копилось годами.
«Я ставлю многоточие,
Но не потому, что сомневаюсь.
Я просто не знаю, что будет за ним,
И поэтому задерживаюсь.
Многоточие - это мост,
Не разрушенный, не подожжённый.
Это тишина, в которой ты рос,
Мной ещё не пройдённая».
Анита отложила ручку. Строчки стояли перед глазами - живые, дышащие.
Она взяла гитару - старую, которую когда-то привезла из Екатеринбурга. Провела пальцами по струнам, взяла аккорды. Мелодия родилась сама - простая, грустная, с тягучим припевом.
«Многоточие - это надежда,
Что однажды мы встретимся снова.
Многоточие - это ты,
Моё тихое, нежное слово».
Анита запела - тихо, почти шёпотом. В пустой квартире голос звучал глухо, но чисто. Стены слушали, не перебивая.
Она повторяла строчки снова и снова, пока не запомнила. Пока не выплакала всё, что накопилось.
Вечером она записала песню на диктофон в телефоне. Не для публики - для себя. Чтобы не забыть. Чтобы помнить, что она жива.
Потом легла на кровать, уставилась в потолок.
«Многоточие, - подумала она. - Это то, что остаётся после ухода. Не точка. Не конец. Просто пауза. Возможность для продолжения».
Она закрыла глаза.
Завтра она начнёт новую жизнь. С чистого листа. С многоточием вместо точки.
Но сегодня - она просто писала. И дышала. И верила, что когда-нибудь они встретятся снова.
Не здесь. Не сейчас. Но когда-нибудь.
А пока - только тишина. И песня. И незаконченный разговор.
______
Я не сильна в рифме, некоторые строчки я просто вспомнила иза каких то песен.
Чо за обновление ватпада, я не разбираюсь чо тыкать.
А ЕЩЁ ВОПРОС. Не устали ли вы это читать ваще? Просто от вашего ответа сейчас может зависеть количество следующих глав. У меня есть на выбор 3 концовки.