До дна

Следующие два дня прошли как в тумане.

Варя не приходила. Не писала. Семён проверял телефон каждые полчаса — блок оставался блоком. Он не спал, почти не ел. На смены выходил, работал на автомате, разливал, протирал, кивал. Гости не замечали разницы. Игорь — замечал.

Макс тоже не появлялся. Сначала Семён думал — просто занят. Потом — избегает. Потом перестал думать. У него не было сил на подозрения. Была только пустота.

На третий день Игорь пришёл на смену раньше обычного. Сказал:

— Есть разговор.

— О чём?

— О Максе.

Они сели в подсобке. Игорь закрыл дверь, сел напротив Семёна.

— Я покопался, — сказал он. — Поговорил с людьми. С официантами, с парой постоянных гостей.

Семён нахмурился.

— Зачем?

— Затем, что кто-то запустил слух про Варю. И этот кто-то не ты. Я в этом уверен.

Игорь достал телефон, открыл заметки.

— Слушай. Первое. Макс перестал шутить про вас за несколько дней до того, как слухи поползли. Раньше он постоянно подкалывал: «когда свадьба», «комнату снимайте». А потом — резко заткнулся. Почему? Потому что перестало быть смешно? Или потому что он уже сделал то, что планировал?

Семён молчал. Игорь продолжил:

— Второе. Он начал лезть к Варе. Ты сам говорил. «Ты красивая сегодня», сел рядом, не отходил. Зачем? Если он знал, что вы общаетесь, зачем ему к ней подкатывать?

— Может, просто нравилась, — тихо сказал Семён.

— Может. А может, проверял почву. Хотел понять, насколько она доверяет тебе. Насколько вы близки.

Игорь перелистнул заметку.

— Третье. Он спрашивал у меня твой график. Не у тебя — у меня. За две недели до того, как всё началось. Спросил, когда у тебя выходные, когда смена. Я не придал значения — думал, просто так. А теперь думаю — зачем ему твой график? Чтобы знать, когда ты в баре, а когда нет? Чтобы знать, когда можно подойти к Варе без тебя?

Семён сжал челюсть.

— Четвёртое. — Игорь загибал пальцы. — Он знал про Варю. Не от тебя. Ты не говорил. Но он знал. Как? Откуда? Я спросил у пары человек, откуда они услышали про ведьму. Они сказали — от знакомых. Те — от других. Но в начале цепочки — кто-то, кто знал её лично. Кто-то, кто с ней общался. Кто-то, кто был в баре, когда она приходила.

— Макс, — сказал Семён. Не вопрос. Утверждение.

— Макс, — кивнул Игорь. — Он единственный, кроме тебя, кто общался с ней почти каждый день. Кто слышал, о чём она говорит. Кто мог что-то выудить. Не специально даже — просто из разговоров. Люди иногда проговариваются.

— Она ничего ему не говорила, — сказал Семён.

— А ты уверен? — Игорь посмотрел на него. — Она могла сказать что-то невзначай. Про травы. Про энергию. Про духов. А он ухватился. Додумал. Раздул.

Семён встал. Прошёлся по подсобке. Тесно. Душно. Как в клетке.

— Пятое, — сказал Игорь. — Он не приходит с тех пор, как всё случилось. Не появился ни разу. Даже не позвонил тебе. Не написал. Ты ему написал? Он ответил?

— Написал в первый день. Спросил, знает ли он что-то про слухи. Он ответил — да, слышал, все обсуждают.

— И всё?

— Всё.

— Он не спросил, как ты? Не предложил помощь? Не пришёл в бар?

Семён покачал головой.

— Потому что он знает, что ты начнёшь задавать вопросы, — сказал Игорь. — А он не готов отвечать. Потому что ответы ему не понравятся.

Семён сел обратно. Смотрел в пол.

— Игорь, — сказал он. — Ты уверен?

— Я не был уверен, пока не сложил всё вместе. А теперь — да. Уверен.

— Но зачем? Зачем ему это?

Игорь вздохнул.

— Не знаю. Может, ревность. Может, ты ему нравишься. Или она. Или вы оба. Может, ему нравилось быть третьим лишним, а когда вы сблизились — он перестал быть нужным.

— Мы не сближались, — сказал Семён.

— Сближались. Я видел. Он видел. Поэтому и начал лезть.

Семён закрыл глаза. В голове проносились обрывки разговоров. Улыбка Макса. Его хлопок по плечу. Его «ты ей нужен». Его «я друг, я переживаю».

Друг.

— Ублюдок, — сказал Семён тихо.

— Возможно, — ответил Игорь. — Но теперь ты знаешь.

Они помолчали.

— Игорь, — спросил Семён. — А ты? Ты не боишься? Что она ведьма?

Игорь усмехнулся.

— Я не верю в ведьм. И в шаманов. И в духов. Но если это делает её счастливой — какая разница? Она хороший человек. Это главное.

Семён посмотрел на него. Впервые за несколько дней на его лице появилось что-то похожее на облегчение.

— Спасибо, — сказал он.

— Не за что. — Игорь встал. — Теперь думай, что делать. Ей надо объяснить. И Максу — тоже.

Семён кивнул. Игорь вышел из подсобки.

Семён остался один. Сидел, смотрел в стену. В голове крутилось одно и то же: «Макс. Это Макс. Всё это время — Макс».

Он вспомнил, как Макс втирался в доверие. Как слушал. Как задавал вопросы. Как записывал график. Как перестал шутить. Как начал смотреть на Варю.

Как сегодня — не подошёл. Не поздоровался. Исчез.

Семён взял телефон. Открыл диалог с Максом. Написал:

«Нам надо поговорить»

Отправил.

Ответ пришёл через час. Короткий.

«О чём?»

«Ты знаешь»

Макс больше не отвечал.

Семён убрал телефон. Встал, завязал фартук, вышел за стойку.

Работал. Ждал. Знал — Макс не придёт. Не сегодня. Может, никогда.

Но это уже не важно. Важно было другое — как сказать Варе. Как доказать, что это не он. Как вернуть её доверие.

Он не знал ответов. Но теперь хотя бы знал, куда копать.