Ночь и утро
— Знаешь, — сказала она, — Я раньше не верила, что можно просто сидеть с человеком и не говорить.
— А сейчас?
— Сейчас верю.
— И как тебе?
— Странно. Но приятно.
Он обнял её. Она уткнулась носом ему в шею. От неё пахло ванилью — её шампунь, который он ненавидел, потому что он был слишком сладким, и любил, потому что этот запах ассоциировался только с ней.
— Я хочу, чтобы мы всегда так сидели, — сказала Варя, выдыхая в его шею.
— Вечно? Это долго.
— Не вечно. Но долго.
— Договорились.
Они сидели в обнимку. Дождь за окном кончился. Выглянуло солнце — весеннее, бледное. Луч упал на стену, освещая часть гостиной.
Наступила ночь. Москва снова не спала. Люди перемещались, машины гудели, а огни домов зажигались всё больше и больше.
Варя лежала на кровати, как обычно забрав одеяло себе. Кот, Боня, лежал в своей лежанке, которую они купили специально для него.
— Ты спишь? — спросила Варя, смотря на Семёна.
— Нет, — послышалось в ответ.
— О чём ты думаешь?
— О тебе.
— Врёшь.
— Не вру.
Она подняла голову. Посмотрела на него.
— Что именно обо мне?
— О том, что ты красивая. И что мне повезло.
— Ты говоришь это каждый день.
— Потому что это правда каждый день.
Она поцеловала его. Легко, в уголок губ.
Парень посмотрел на неё. Улыбнулся и встал с кровати. Он подошёл к окну. На улице было темно. Фонари горели жёлтым — тусклым, усталым светом.
— Ты чего? — спросила она.
— Смотрю на дождь.
— Дождь кончился.
— Смотрю на то, что после дождя.
Она подошла. Встала рядом. Обняла его сзади, прижавшись щекой к его спине.
— Ты грустишь?
— Нет.
— Врёшь.
— Немного.
— О чём?
Он помолчал. Потом сказал:
— О том, что мы не знаем, что будет завтра.
— Никто не знает.
— Это меня и пугает.
Она повернулась к нему. Посмотрела в глаза.
— Слушай, — сказала девушка, — Я не знаю, что будет завтра. Я не знаю, будем ли мы вместе через год. Но я знаю, что сейчас — здесь — я с тобой. И мне хорошо. Этого достаточно.
— Этого достаточно? — переспросил он.
— Да.
Семён развернулся и обнял её в ответ. Стояли у окна — в темноте, при свете уличных фонарей.
— Пойдём спать, — сказала она.
— Пойдём.
Они лежали на кровати, обнявшись. Разговаривали обо всём на свете.
— Я люблю тебя, — сказала Варвара.
Он замер.
— Ты говорила это уже сто раз.
— Я знаю. Но каждый раз — как в первый. Я боюсь, что однажды перестану это чувствовать. Или ты перестанешь. И тогда эти слова станут пустыми.
— Не станут.
— Откуда ты знаешь?
— Знаю. Потому что я тоже боюсь. А если я боюсь — значит, мне есть что терять. А если мне есть что терять — значит, это настоящее.
Она посмотрела на него. Долго. Потом улыбнулась.
— Ты правда умный, когда не шутишь.
— Я всегда умный.
— Нет. Ты всегда шутишь.
— Это защитная реакция.
— От чего?
— От страха.
Она снова уткнулась ему в плечо. Он гладил её по голове — медленно, невесомо, боясь сделать больно.
— Я хочу, чтобы мы никогда не ссорились.
— Это невозможно.
— Знаю. Но я хочу.
— Будем ссориться, но мириться.
— Обещаешь?
— Обещаю.
Она снова уткнулась ему в плечо. Он чувствовал, как она улыбается — по тому, как дрожат её губы у его шеи. Парень обнял её крепче. Девушка вздохнула — глубоко, с облегчением, будто выдохнула то, что держала внутри годами.
— Это был хороший день, — сказала она.
— Лучший в моей жизни.
— Ты говоришь это про каждый день.
— Потому что каждый день с тобой — лучший.
— Ты неисправимый романтик.
— Я неисправимый влюблённый.
Они сидели в обнимку, и за окном снова пошёл дождь, и где-то в соседней квартире заиграла музыка — тихая, грустная, про любовь.
Они уставали. Злились. Иногда ссорились.
Но они были вместе.
Не говорили этого вслух. Любовь была в действиях. В том, как он обнимал её, целовал перед сном и просто любил.
Утро. Они проснулись из-за будильника. Варя сразу же попыталась отвернуться к окну, чтобы не слышать этот ужас, но ей пришлось открыть глаза.
— Сём, выруби будильник, — сказала она.
Парень проснулся, потёр глаза, взял телефон и вырубил будильник.
— 6 утра... Кто поставил его на такое время? — спросил он, потирая глаза.
Девушка придвинулась ближе к нему. Он обнял её, накрыл одеялом и прижал ближе к себе.
— Давай дальше спать, — предложил Семён.
Она кивнула.
В комнате было прохладно, но для них наоборот - тепло. Варя спала на этот раз без кошмаров. Просто видела какие-то сны и всё. Больше ничего.
Утро выдалось холодным. Девушка проснулась от того, что её начинало трясти от холода. Она укуталась в одеяло и попыталась уснуть, но сон не шёл. Голова резко начала болеть, не давая покоя.
Парень почувствовал неладное. Проснулся и увидел её - закутавшуюся в одеяло, дрожащую от холода и сонную.
— Варь, ты чего? — спросил он.
— Мне холодно, — ответила она.
— Странно, дома тепло уже. Ты не заболела?
— Да фиг его знает.
Он прикоснулся рукой к её лбу.
— Варь, у тебя температура поднялась, — сказал парень.
— Да блин.
Весь день девушка пролежала в кровати. Ничего не делала, просто смотрела в потолок и спала. Сил не было ни на что практически. К вечеру температура спала, но не до конца.
Варя поднялась с кровати и пошла на кухню. Она увидела там Семёна, который сидел за столом и решал какие-то важные, как ей казалось, вопросы.
— Тебе уже лучше? — спросил он, увидев её.
Варя кивнула. Голова до сих пор болела, температура осталась. Ничего интересного.
— Ты чего пришла? — нарушил тишину парень.
— Пошли спать. Я без тебя уснуть не могу, — сказала она, глядя куда-то в пол.
Ведьмак встал из-за стола и пошёл с ней в комнату.
Девушке удалось уснуть достаточно быстро, а вот ему потребовалось время.
Утро наступило незаметно. Варя уже чувствовала себя лучше, но не настолько, чтоб прям отлично. Скорее хорошо.
Она проснулась одна. Парня уже не было рядом. Варя встала с кровати и пошла на кухню. Там его тоже не было. Пришлось обойти всю квартиру, но его так нигде и не было.
— Куда он уже успел деться? — спросила Варя, глядя куда-то в пустоту.
Ответа не последовало.
Кехно тоже молчал.
Вдруг послышался щелчек дверного замка. Дверь тихо открылась, и на пороге появился Семён.
— Ой, Варь, ты уже не спишь? — спросил он.
— Нет, только встала.
— Как себя чувствуешь?
— Нормально.
Парень подошёл ближе и обнял её. Девушка не сопротивлялась, она наоборот обняла его в ответ. Они простояли так несколько минут.
