Наследница Фейрчайлд: Начало.

Калеб находился в лофте, и никто, кроме Стайлза, этого не знал. Он находился как раз рядом с кабинетом Мэттью и подслушивал всё, что они говорили. И те не подозревали об этом, но зато полезную информацию он узнал.

- Удачи, друг... - напоследок Мартин сказал, заметив, как те уже вышли и идут сюда. А сам парень успел скрыться в другую комнату и подальше с глаз долой.

Стайлз до поры до времени общался с Калебом, кстати говоря, он тоже прекрасно слышал их разговор. Наивные.

- Тебе тоже, друг... - проговорив это, на лице Стайлза появилась верная клейкая лента, как и в первый раз, когда Селена заклеила ему рот. В ожидании он смотрел, как один за другим становятся у клетки.

Сидя спокойно в кресле, он смотрел на них с усмешкой в глазах.

- Согласен... Да, стоит поговорить с ногицунэ. Всё как надо, и действовать. - Алек дослушал сестру, но ничего не успев сказать, она уже пошла разговаривать. - Лейси! Тьфу. Подожди нас. Вот же упрямая. - закатив глаза, Алек вслед за сестрой вышел из кабинета, направляясь к Стайлзу.

- За это я её и люблю, друг. За упрямство и стремление, за много чего люблю.

Усмехнувшись, Эрондейл вышел из кабинета и направился следом, дабы убедиться, что этот чертёныш ничего не сделает лишнего.

- Просто времени нет. - Лейси усмехнулась немного, ибо всё прекрасно слышала.

Она подошла ближе к клетке, где сидит Стайлз, тихо и спокойно, даже рот у него заклеен.

- Ребят, кто-нибудь снимет с его рта скотч? Надо же как-то его разговорить. - Она смотрела серьёзным взглядом, скрестив руки на груди.

Мужчина понял, что кроме него это никто не сделает, и, открыв клетку, он подошёл к креслу и, взяв за край ленты, резко дёрнул, отрывая от лица.

- А теперь поговорим, лисёныш. Только без шуток, иначе я с радостью проткну тебя клинком от таких, как ты.

Закрыв клетку, он встал рядом с Лейси, сложив руки перед собой, наблюдая, как Стайлз меняется в лице и во взгляде.

Парень оглядел четверку присутствующих и, как только его рот был на свободе, слегка зарычал, ибо такое небрежное отношение к себе не мог терпеть.

- Пришли поговорить? А как же чай с булочками? Я между прочим голодный со вчерашнего дня. - Стайлз, выдержав паузу, перевёл взгляд на рыжеволосую девушку. - Лидия... Моё почтение, очень жаль, что ты видишь меня вне стен школы... здесь. - Далее он поднял взгляд на Робин Гуда с усмешкой и посмотрел на него. - Робин Гуд, ну как там у вас с моей сестрой? Ведьмачонков ещё не сделали? Какая жалость, а я уже планировал розовые и голубые шарики колдовать. - усмехнувшись, он размял свои руки. Да, они были развязаны. Как? Очень просто: парень ловко выбирался из любого способа связывания. - В следующий раз связывайте потуже, а то будто ребёнка в пелёнки запеленали.

Алек стоял у клетки с ребятами, слушая лиса, но ничего полезного с первого раза тот не сказал. Парень на его словах лишь закатил глаза, ибо любит же тот играть на его нервах. Потом посмотрел на Лидию, давая понять, что лучше ей оставить их одних.

- Слушай сюда, лис. Мы здесь пришли не об этом говорить, и то, что происходит личное, тебя не касается. - мягко заговорил Лайтвуд, но в голосе проскальзывала раздражённость, и он дополнил: - Поэтому без игр, и вперёд, рассказывай то, что ты знаешь. Без шуточек, только, или мы не ручаемся за тебя.

Парень заметил, как Робин Гуд сделал взгляд Лидии, и выдохнул.

- Если она уйдёт, вы ничего от меня не получите и только зря потеряете время. Я говорю только в присутствии Лидии, или ищите другого лиса, который вам преподнесёт информацию на блюдечке.

Проговорив серьёзно и без шуток, Стайлз поднялся и подошёл к клетке, смотря на них.

Мужчина понял по взгляду ногицунэ, что тот говорит только в присутствии его крестницы. Задумавшись над тем, будет ли он говорить правду, он махнул рукой.

- Пусть останется, иначе действительно мы зря потеряем время и в конечном итоге повесим его как ковёр на стену. - Джейс подошёл к Стайлзу и протянул бутылку воды. - Без шуток, издёвок и игр на наших нервах. Я не шучу. Мэтт не шутит. Если девушки ещё сжалятся, то от нас пощады не жди. И ещё: не лезь в наши головы, держи свою способность при себе, и мы найдём общий язык.

Лидия с Лейси посмотрели друг на друга, а потом посмотрели на Мэттью и на дядю. Долго подумав, Лидия взглянула на лиса. И долгое время молчала, и только потом вступила в разговор.

- Джейс прав. - согласно кивнула рыжеволосая девушка. - Хорошо, Стайлз. Я не уйду, если расскажешь то, что нам необходимо. Но учти: я не буду такой нежной и доброй, как ты представляешь.

Она сделала шаг к клетке, смотря на него.

- И даже не вздумай влезать в мою голову - всё равно ничего нового не узнаешь.

Тот кивнул и уж было хотел сказать что-то, как к нему подошла Лидия, и он улыбнулся, смотря в её глаза.

- Я и не сомневался, Лиди. Другого я пока не могу заслужить отношения от тебя. - подмигнув ей, он посмотрел на её весёлую семейку. - Ну, начинайте допрос с пристрастиями. Постараюсь дать ответы.

Лейси офигела, конечно, от слов Лидии, но, посмотрев на неё, улыбнулась ей. А взглянув на Мэтта, поняла, что он дал первой ей начать разговор. Посмотрев на всех троих, Лейси первой начала.

- Первый вопрос задаю я, а потом вы, ребята. Так вот, ты прекрасно знаешь, что речь идёт о Мишель. Ты, как никак, знаешь её местоположение, так что велком, рассказывай.

Стайлз усмехнулся, откинулся на спинку кресла и сложил руки на груди, смотря на них с ленивым интересом.

- Мишель... Ах, эта девочка. Она думает, что умнее всех. Но на самом деле она всего лишь пешка в большой игре. Играет с огнём, не зная, что огонь уже давно подбирается к ней самой. - он сделал паузу, переводя взгляд на Лидию. - Она хочет заполучить кулон и Кэтрин, чтобы открыть портал и вернуть свою мамочку. Но вы даже не представляете, что будет, если она добьётся своего.

- И что же? - спросил Алек, напряжённо смотря на него.

- Лилит, - спокойно ответил Стайлз, и в его глазах мелькнула тень. - Лилит уничтожит этот мир. И весь ваш Бейкон-Хиллс станет одним большим кладбищем. Она убьёт всех - и людей, и сверхъестественных тварей. Не оставит никого.

В комнате повисла мёртвая тишина.

- Поэтому, - продолжил Стайлз, - вам нужно не просто остановить Мишель. Вам нужно найти кулон и уничтожить его. Пока не поздно.

Лейси переглянулась с братом. В её глазах читалась тревога.

- А если мы не успеем? - спросила она.

Стайлз усмехнулся, и в этой усмешке было что-то зловещее.

- Тогда будет слишком поздно для всех.

Он снова посмотрел на Лидию, и его взгляд на мгновение смягчился.

- Ты, Лидия... будь осторожна. Мишель знает о твоей связи с братом и может попытаться использовать это.

Лидия поджала губы.

- Я справлюсь, - твёрдо сказала она.

- Знаю, - тихо ответил Стайлз. - Поэтому я и хочу тебе помочь.

*****

Выйдя из кафе с Кэти, Селена взяла её за руку и, ускорив свои движения, показывая навыки вампира, они действительно очень быстро оказались на одном месте.

Это был их старый-старый дом. Селена постаралась с помощью магии сделать так, чтобы он выглядел как раньше, и саму местность.

- Тут мы... жили. Кэтти, я хочу рассказать тебе правду. То, что я рассказала, действительно так. Только... я не крёстная.

Селена запнулась. Слова застревали в горле, как комок льда. Она смотрела на дочь и не могла произнести главное. «Я не крёстная. Я твоя мать». Но язык не поворачивался. Страх, что Кэтрин возненавидит её, что сбежит, что никогда не простит - всё это парализовало волю.

- ...я... я была очень близка с твоей матерью, - выдохнула она вместо правды. - Как сестра. Мы были как сёстры. И я поклялась защищать тебя, если с ней что-то случится. Этот кулон... - она взяла его в руки и показала Кэтрин. - Он хранит в себе всё. И когда придёт время, он покажет тебе всю правду. Но сейчас... сейчас ты должна просто принять, что он - часть тебя. Часть твоей семьи.

Кэтрин, когда взяла за руку Селену, вместе с ней оказались в этом доме. К скорости вампиров она, конечно, привыкла... И, оказавшись здесь, услышала то, что говорила Селена. Сердце девушки забилось быстрее, но сказать толком ничего не могла.

- Этот дом... - Кэтрин огляделась. - Я не помню его. Но чувствую... что-то родное. Будто я здесь когда-то была.

Селена сжала её руку, сдерживая слёзы.

- Ты была. Здесь прошло твоё раннее детство. Здесь твоя мать... пела тебе колыбельные.

Она взмахнула рукой, и комната вокруг них преобразилась. Стены исчезли, и они оказались в галерее воспоминаний - живых картин, которые плыли вокруг, как кадры из старого фильма.

На одной из них - молодая женщина с тёмными волосами качает на руках младенца и тихо напевает:

- День угас
Но легкий бриз так нежен
Светлячки, как искры в небесах.
Я с тобой,
Будь сон твой безмятежен,
На моих руках в мечтах
Волшебство,
Когда со мной ты рядом
Мне светло, когда густеет мрак...
Ты уснешь
Под шелест звездопада
На моих руках в мечтах...

Кэтрин смотрела, затаив дыхание. По её щекам текли слёзы.

- Это... она? Моя мама?

- Да, - прошептала Селена, едва сдерживая рыдания. - Это она. Мэл. Она любила тебя больше жизни. Она отдала всё, чтобы ты была в безопасности.

Она взяла руку Кэтрин и провела по кулону, который висел на шее у девушки. Артефакт мягко засветился, и Селена почувствовала, как тонкие нити магии соединяют их.

- Этот кулон, - сказала она, - он не просто украшение. Он - часть тебя. Часть твоей семьи. Когда наступит самый страшный момент твоей жизни, он будет рядом. Он напомнит тебе, кто ты есть. Кем ты была. И кем станешь.

Кэтрин нахмурилась, не до конца понимая смысла её слов.

- Что ты имеешь в виду?

- Ничего, - улыбнулась Селена, убирая магию. - Просто обещай мне, что будешь носить его всегда. Что бы ни случилось. Даже если мир рухнет - этот кулон спасёт тебя.

- Хорошо, - Кэтрин кивнула и спрятала кулон под рубашку, к самому сердцу. - Но почему ты так переживаешь? Это же просто... воспоминания?

- Не просто воспоминания. Это - твоя душа. Твоя истинная суть, - тихо ответила Селена. - Рано или поздно ты всё поймёшь.

Она снова провела кулоном по плечу Кэтрин, и на мгновение под тканью платья проступил слабый свет - едва заметный, но живой.

- Эта метка, - сказала Селена. - Она иногда чешется или светится, да? Ты замечала?

- Да, - удивилась Кэтрин. - Я думала, это просто... усталость.

- Нет, - покачала головой Селена. - Это доказательство того, что ты из рода Фэйрчайлд (Маршалл-Кеннер). Метка в виде полумесяца. Каждую лунную фазу она меняет свой вид. Это досталось нам от твоей бабушки. И только у детей клана есть эта метка. - она провела кулоном по своему плечу, и на мгновение под тканью платья проступил слабый свет - точно такой же, как у Кэтрин. - Видишь? Это наша кровь. Наша связь. Ты не одна, Кэти. Даже если сейчас тебе кажется, что вокруг одна тьма.

Кэтрин смотрела на неё, и в её глазах появлялось что-то новое. Доверие? Принятие? Или просто надежда - тонкая, как свет на воде.

- Ты тоже носишь эту метку? - прошептала она.

Селена замерла. Прямо сейчас она могла бы сказать правду. Могла бы снять все маски и признаться: «Я - твоя мать. Это метка общей крови».

Но она не могла. Не сейчас.

- Я... я носила её когда-то, - уклончиво ответила она. - Она у меня с самого детства. Как и у всех в нашем роду. - Женщина убрала руку и опустила глаза, пряча слёзы. - Но сейчас важно только то, что у тебя есть она. Ты наследница великого рода. И твоя мать... - голос Селены дрогнул. - Твоя мать хотела бы, чтобы ты знала, что она гордится тобой.

Кэтрин сжала кулон в ладони.

- Я чувствую это, - тихо сказала она. - Будто она рядом. Будто... будто ты - её голос.

Селена прикрыла глаза и сделала глубокий вдох.

- Может быть, - едва слышно прошептала она. - Может быть, я просто очень хорошо знала её. И она просила меня беречь тебя. - Она обняла дочь, прижимая к себе, словно боялась снова потерять. Слёзы текли по её лицу, но она не вытирала их.
- Просто знай: я буду рядом. Что бы ни случилось. Всегда.

Над ними мерцал свет старого дома. И казалось, что в этом свете тихо звучит та самая колыбельная, которую Селена пела когда-то - тёплыми летними ночами, когда дочь спала у неё на руках и мир казался таким простым и безопасным.

- Ты не одна, Кэти, - прошептала она. - Ты никогда не была одна.

Она ещё раз поцеловала дочь в лоб, и в этом поцелуе было столько боли и любви, сколько не вместилось бы ни в одну магию. Слёзы катились по её щекам, но она не вытирала их - пусть текут. Пусть видят. Ей больше не нужно было притворяться перед собой. Только перед Кэтрин.

- Думаю нам пора обратно, как думаешь?

- Да, нам пора. Иначе подумают, что мы потерялись.

- Уж зная, что у Алека я в красном списке по приключениям. - улыбнувшись, решила пошутить Селена. - Пойдём, - тихо сказала она, беря дочь за руку. - Нам пора.

Они вышли из дома, и в проёме двери на мгновение задержался свет - будто сам дом не хотел отпускать их, храня в своих стенах эхо колыбельной и слёз, пролитых здесь когда-то.

Кэтрин шла молча, сжимая кулон в ладони. Она ещё не знала всей правды, но в груди уже зарождалось что-то тёплое, что-то очень родное. Будто сама душа узнавала то, что разум пока не мог принять.

Они сели в машину и отправились обратно в лофт. Всю дорогу Кэтрин смотрела в окно, держась за кулон. Она чувствовала его тепло. Она ещё не знала, что это тепло - не просто магия. Это - частичка её матери, которая ждала, когда она будет готова узнать всю правду.

В лофте, стоя у входа в гостиную, Селена остановилась, прислушиваясь к разговору внутри. О чём-то о 2000-м годе. Сердце сжалось от предчувствия. Она почувствовала, что время уходит. Но она взяла себя в руки и шагнула вперёд.

- Кэти, - она взяла дочь за руку. - Помни. Что бы ты ни увидела, что бы ни узнала... ты не одна.